Кто бы мог подумать, мы удостоились высокой чести – быть приглашенными в гости в семью Цзя!
Подходим к стенам резиденции, из-за которых не видны даже крыши построек. У дверей нас поклоном приветствует внук хозяйки Баоюй и приглашает зайти.
Мы оказываемся в открытом, пустом пространстве – дворе. По его периметру располагаются легкие деревянные постройки (жилые и хозяйственные) в один или два этажа. Удивляет их простота. Заметив это, Баоюй говорит:
«Если дом укрывает от ветра и дождя – этого довольно, он ценен «изяществом, а не роскошью».
Начинаем вглядываться, чтобы понять, за счет чего достигается это ощущение изящества и легкости. Первый прием, как нам кажется, – это карнизы крыш, загнутые вверх, они напоминают крылья птицы. Такую форму трудно объяснить какими-либо практическими потребностями.
Скорее всего, она возникла вследствие любви китайцев к декоративной отделке предметов вообще и загнутой линии в частности, а также, возможно, как напоминание о том, что крыша дома принадлежит небесному началу, ведь китайцы изображают небо в форме круга, а землю квадратной.
Впрочем, длинные карнизы, нависающие над галереями домов, не были вовсе бесполезны: они защищали и от дождей, и от палящих лучей солнца.
Легкость зданиям также придают узорные решетки на огромных окнах, а также декоративная отделка. Она везде: створки дверей, перила крыльца и галереи, а подчас и колонны были украшены затейливой резьбой. На коньке и карнизах крыши установлены фигурки мифических зверей и небожителей. Вероятно, они имеют и магическое и эстетическое предназначение. И как гармонично сочетаются красный с изумрудным, желтым и синим!
Ой, я что-то загляделась на фасады! Между тем, нас приглашают зайти внутрь большого дома.
Зачем в доме семейный алтарь?
Нас привели в центральную комнату. Осматриваемся… Напротив входа видна скульптура, перед которой стоят свечи.
Значит, это не гостиная, а семейный храм? Нет, – главная комната (зал) дома с семейным алтарем. Нам сказали, что в этой комнате происходят все важные и торжественные события семейной жизни, церемонии приема почетных гостей, и даже организовываются пиры.
Семейный алтарь хорошо виден со стороны двора и из боковых пристроек, и является символом единения всей семьи. Обстановка главной комнаты дома была строго регламентирована в использовании предметов мебели, ваз, курильниц, антикварных вещей и т.д. Семейный алтарь – особое сакральное место китайского жилья, связанное с родовой памятью и преемственностью поколений.
Поклонение предкам в дни больших праздников было прерогативой старшего мужчины в семье. Ежедневные подношения на домашнем алтаре – например, зажигание курительных палочек и свечей – были обычно обязанностью женщин, что объяснялось, вероятно, нежелательностью слишком тесных контактов мужчин с душами их предков.
Матушка Цзя показала таблички с именами предков и раскрыла их связь с душой умерших. После смерти часть души «по», относящаяся к энергии инь, отправляется в загробный мир, чтобы в конечном итоге возродиться. Другая составляющая души – хун (относится к энергии ян), остается с потомками в табличке, чтобы защищать членов семьи от неприятностей. В годовщину кончины определенного предка родственники оставляют жертвенную пищу у таблички.
В целом зал оказался комнатой с самой изысканной и самой дорогой мебелью из красного дерева. Благодаря сложному и разнообразному дизайну многие предметы мебели выглядят как дорогие украшения. Из зала можно было не только видеть сад, но и выйти в него.
В доме с двух сторон от зала располагаются спальни и кабинет старших членов семьи.
Как в интерьере комнаты отражается личность ее владельца
Оказалось, что незамужние девушки и другие домочадцы семьи Цзя живут во флигелях с западной и восточной стороны от главного дома. Мы смогли мельком заглянуть в жилые покои некоторых из «12 красавиц», населявших усадьбу.
В комнате младшей сестры Баоюя Таньчунь на столе стояли десятки дорогих тушечниц, огромное количество стаканов и подставок для кистей, аккуратно лежали листы бумаги с образцами каллиграфии. Настоящими украшениями комнаты были фарфоровая ваза и свиток с пейзажем, на котором горы, деревья и маленькие домики были окутаны туманом.
Убранство кровати намекнуло нам, что ее хозяйка была поклонницей жанра «цветы и птицы». Таньчунь пояснила, что изображения цветов на картине предполагает скрытый женский образ, а поэтическая строка в левой части рисунка, воспевающая изящество бегонии или чувственность пиона, имеет далеко не растительный подтекст.
Мы были поражены глубиной знаний этой молодой девушки.
Не очень женственной нам показалась комната другой внучки бабушки Цзя – Линь Дайюй.
Заставленные книгами полки делали ее комнату похожей на кабинет делового человека.
Основным предметом мебели в китайском доме были кушетки кан. С трех сторон у кушетки имелись ажурные спинки. Ночью кан застилали войлоком, камышовой циновкой и толстым ватным одеялом. Иногда над кушеткой делали крышу или навес. Ночью на ней спали, а днем сидели. При этом скрещивать ноги, свешивать их вниз или вытягивать вперед считалось неприличным. Чтобы принять позу, приемлемую с точки зрения китайского этикета, надо было подогнуть под себя ноги, как бы становясь на колени, и опуститься на пятки.
Мы удивились, узнав, что с древних времен в Китае используются в качестве подушек жесткие подголовники из дерева, бронзы, фарфора. Китайцы умели делать мягкие подушки, но не пользовались ими. Они полагали, что отдых на мягкой подушке приводит к потере энергии, а материал, из которого сделан подголовник, может оказывать влияние на человека. Например, нефритовым подушкам приписывали свойство повышать интеллект.
Комната госпожи Вань (вдовы старшего сына бабушки Цзя) была наполнена изысканными статуэтками и вазами, рядом с древним треножником благоухал великолепный букет редких цветов. Мы заметили, что Ли Вань строго следовала принципу симметрии: в ее комнате стояли два стула, две вазы, два подсвечника, на стене висели четыре свитка одинакового размера.
Мебель, овеянная историей
Находясь в жилых покоях, мы узнали массу интересного о некоторых предметах интерьера. Например, в один из дней рождения бабушке Цзя подарили ширмы.
В китайском слове «ширма» два иероглифа: ping (屛 "экран; загораживание") и feng (風 "ветерок"). Они указывают на то, что первоначально ширмы использовались для предотвращения сквозняков, позже – для разделения комнаты, обеспечения уединения или даже демонстрации власти и богатства владельца.
Я подумала: а, может быть, ширмы давали возможность незаметно подслушивать?
Нам рассказали историю, связанную с ширмой эпохи Хань. Ученый и каллиграф Цай Юн однажды был приглашен своим соседом на ужин. После трапезы музыкант, спрятанный за ширмой, стал играть для гостя на гуцине. Но, услышав музыку, Цай немедленно встал, чтобы уйти. Хозяин дома был шокирован и спросил, в чем дело. Цай ответил, что почувствовал в музыке убийственный замысел.
Музыкант промолвил: «Играя, я увидел богомола, гоняющегося за цикадой, и испугался, что цикаду съедят». Эту историю до сих пор часто рассказывают сегодня как свидетельство уникального музыкального слуха Цая.
Использованная литература
Малявин В.В. Повседневная жизнь Китая в эпоху Мин. Глава 3.
Sun Jiahui. The History of Chinese Screens
Дома и Дворцы Китая. Архитектура, дизайн, жилище