Аномальная я, аномальная -I.

...В 2019 году я начала …«страдать на ровном месте». У меня всё чаще стала кружиться голова, я просыпалась по несколько раз за ночь, когда пыталась повернуться слева направо, сбивала косяки дверей и стены, меня шатало в темноте и не в темноте. Однажды ночью проснулась от того, что не могла проглотить накопившуюся слюну. Приступы мигрени, которой я страдаю с детства стали более специфическими: у меня не просто слабость в ногах и онемение пальцев, рвота на сутки и головная боль такая, что любой звук и свет – как гильотина: в глазах черная сетка, а иногда золотые радуги. Каждый приступ заканчивался кровоизлиянием в глаз, за год их было 6. Конечно, я обратилась к неврологам, мне назначили таблетки. Я безуспешно пыталась убедить врачей, что для меня давление 130 – это гипертонический криз, в котором я живу с беременности дочкой. Мне предложили Клинику Неврозов как универсальное средство борьбы с возрастными сосудистыми изменениями и дурным характером. Одновременно из-за некорректного лечения зуба, у меня "посыпались" все остальные, и каждый месяц я хожу к стоматологу, и у меня тяжелая реакция на анестезию, выявилась аллергия на никель... За три года мне пришлось сменить 8 врачей: одни отказывались от меня, от других отказывалась я: до тех пор пока не нашелся врач, скорректировавший анестезию так, чтобы при каждом приеме у меня не возникал тремор и обморок (как вы понимаете, остальные врачи меня пытались убедить, что это "просто нервное").
В августе того же года меня начинают обследовать на предмет рассеянного склероза (РС). От пункции я отказалась. На МРТ - "очаги сосудистого генеза".

Состояние моего здоровья к лету 2022 существенно ухудшается: слишком жарко, бытовая неустроенность, моя эмоциональность, физический труд. Я почти не ем – меня тошнит, и всё чаще сильная слабость и черная сетка в глазах, я теряюсь в пространстве. Головокружения ночью такие, что я держусь за кровать, так страшно «упасть».
25 сентября 2022 года. Тогда мы закончили работу, жгло в локте от работы молотком, мир стал каким-то черным и чувство смерти возникло очень явственно. Я кое-как не добила очередной гвоздь в столбик ограждения и бросила работать. Дошла до вагончика, полежала, немного полегчало. Рабочие закончили работать, и мы пошли к машине. И вдруг ноги мои сложились в крендель. И встать я никак не могла: я стала мешком с гречневой скорлупой, расползалась вся. И ничего мне не хотелось, потому что не моглось, я что-то лепетала. Ребята решили, что я придуриваюсь. Донесли меня до машины и отвезли в больничку. Мне вкололи магнезию и дали капотен, потому что я как-то уверила врача, что 130/90 это гипертонический криз для меня. Врач, узнав, что я на дифдиагнозе по РС развёл руками: да, мне придется так доживать.
Выглядела я в этот момент как пьяная… так выглядит вестибуло-атактический синдром, это красивое название я тогда не знала. Мне стало полегче к утру. Мы дорабатываем до 27 сентября, и я за рулем возвращаюсь в Москву 250 км.
Я обращаюсь к неврологам, мне пишут в карту ХИГМ и ЦВБ 2 стадии (на ней теряют трудоспособность и домашние навыки), я пытаюсь принять диагноз, я умоляю отправить меня в неврологическое отделение, но повода нет. «Доживайте». Я обращаюсь к профессору, чтобы раз и навсегда исключить РС и его исключают. И… снова отправляют в Клинику Неврозов, да и вообще на таких капризулях можно пахать, мне просто хочется внимания к себе. Если бы вы знали, сколько раз я это слышала от врачей... И не только врачей.

17 октября 2022 меня увозит скорая в больницу имени Вересаева. Я лежу на левом боку и не могу повернуться, не могу двигаться совсем, я просто валюсь при попытках встать, я не могу сфокусировать взгляд. Ургентный невролог Иванов А.А. исключает инсульт. Мне пытаются ввести феназепам, я отказываюсь. Меня подозревают в наркотическом опьянении. Везут на КТ. Перебраться с каталки на кушетку самостоятельно я не могу: меня перекидывают, попутно ударив головой о крышку аппарата. А потом выносят очередной приговор: чудо, что я жива, у меня врожденная киста, лежащая на области движения мозжечка. Сейчас такие кисты оперируют, но не в моем возрасте, а малышам. А я… совсем перестану двигаться, нужно принять диагноз и доживать. Когда-нибудь я совсем перестану глотать и дышать. Атрофия мозжечка.
Принятие диагноза. Я пытаюсь. Я очень стараюсь. Я говорю с друзьями, езжу на массаж. Я убеждаю себя, что я нервничаю сверх меры. Я говорю резко и отрывисто, повышаю голос на невролога, требуя от него направления "хоть к кому-нибудь еще". Я честно пью рекомендованный врачами фенибут и «работаю над собой», чтобы не быть агрессивной...