По цифрам с этой же шильды, начали всплывать данные, в каком подразделении мог быть самолёт. Близкие номера относительно номера на шильды на 1.4.44 были в 8 ВА также в составе 7 шак. Не зная на тот момент номер двигателя, оставалось только догадываться в каком именно полку был самолёт. Некоторые подразделения я ради интереса начал смотреть в Памяти народа, там в журналах боевых действий интересно описаны самолёто-вылеты на штурмовку противника при освобождении Севастополя. Всё это занимало меня всё более и более, но я объективно понимал, что не имея на руках номера двигателя, о судьбе экипажа этой машины мы увы не узнаем. Оставалось два варианта - ждать вестей от товарища, который забрал осколки на осмотр и второй, как мне казалось более верный - выезжать снова на место и искать номер мотора. В те дни мы так же задавались вопросом - где останки экипажа? Не фрагментов скелета, не личных вещей, ничего что касалось экипажа тогда в лесу мы не нашли. На следующий день мне позвонил мой товар