ЧЕТВЕРТАЯ ЧАСТЬ.
— Вылезай! — шипела Анна, открыв дверь машины и вытаскивая за шиворот худенького щуплого мальчишку. — Кому говорю!
И уже через мгновение Гришка очутился лежащим на пыльной дороге.
— Поднимайся! — продолжала злобно шипеть Анна.
Отряхнувшись и сунув руки в карманы, малец в ожидании смотрел на мать. Та, закрыв автомобиль, молча подталкивая сына, направилась в лесную гущу по узкой тропинке.
Спустя некоторое время они оказались у знакомой избы.
— Ну что, подкидыш, доволен? — сверкая глазами, воскликнула Анна и снова ухватив Гришу за шиворот, принялась трясти из стороны в сторону. Лесную гущу разразил угрожающий надрывный лай. Выскочившая из ниоткуда псина, свирепо рыча, бросилась в сторону матери и дитя. В ней женщина узнала ту самую Каньгу и громко заверещала:
— И ты здесь! Не подохла ещё?
До смерти напуганный мальчишка вырвался из рук матери и бросился наутек. Собака с бешеным лаем молниеносно настигла его и казалось, в туже секунду разорвет в клочья. Гриша упал на землю, поджав под себя ноги и прикрыв лицо ладонями. И вдруг теплый шершавый язык коснулся рук. Рычание сменилось радостным визгом. Огромная белая псина, приветственно махая хвостом, норовила облизать лицо.
«Хватит, перестань!» — придя в себя, прошептал Гриша. И открыв глаза, уселся на землю, с удивлением смотря на собаку. Затем робко прикоснулся к шерсти животного и провел рукой. Каньга покорно опустилась к ногам мальчика, положив морду на передние лапы. «Хорошая собака!»— осмелев и ласково трепля шерсть, повторял Гриша.
Анна сделала несколько шагов в сторону сына, отчего Каньга вскочила на четыре лапы и оскалила зубы. Шерсть на её спине поднялась, глаза угрожающе засверкали. Всем своим видом она словно говорила не приближаться к ребёнку. Анна разразилась истеричным хохотом и внезапно осеклась, заметив спешащую к ним женщину. Ею оказалась никто иная, как Лешавица. Прошедшие годы совсем не изменили её. Выглядела она так же, как и в последнюю их встречу.
Зоя остановилась у избы и, стянув с головы платок, не решалась сделать следующий шаг.
В груди у Гриши спёрло. Всё в этой, казалось бы, незнакомой женщине, стало ему давно родным. Её движения, лик, взгляд. Он поднялся. Сделал нерешительный шаг, затем ещё. И внезапно стремительно помчался и прижался всем дрожащим тельцем к Зое. Это её он видел каждую ночь в своих снах. Незримо, всегда чувствовал её присутствие рядом, заботу и поддержку, какую не получал от матери. Узнавая о его видениях, мать каждый раз приходила в бешенство, нещадно колотя Гришу, называя отпрыском нечистой силы.
— Я рада тебя видеть, — обхватив ладонями лицо мальчика, глядя в его глаза, ласково проговорила Зоя. — Ты, миленький, поиграй с Каньгой, а мне с твоей матерью потолковать надо.
Умная собака уткнулась носом в ладонь мальчика, привлекая его за собой.
Некоторое время женщины молчали, и, наконец, первой не выдержала Анна:
— Всё произошло именно так, как ты предрекла. В положенный срок на свет появились два здоровых малыша. Ещё в роддоме, приложившись носом к макушкам детей, я почувствовала, что один из них - чужой. Его запах, плач, внешность - всё в нем вызывало отвращение. Клянусь, я пыталась его принять, полюбить, но не смогла даже просто терпеть!
Анна продолжила говорить. Голос её наполняли нотки ненависти и брезгливости. Зоя не слушала женщину, вместо этого наблюдала за игрой Гриши и Каньги. Неказистый, рыжеволосый, ушастый, с рябой бледной кожей мальчишка задорно носился вдоль леса. На её губах скользнула едва заметная улыбка.
— А этот его взгляд, от которого кровь в жилах стынет. Зыркает, будто под кожу лезет, насквозь человека видит. Всё то знает, ничего от него не утаить! Соседке старой тете Шуре, заявил, что помрёт она скоро и надобно с близкими проститься. Та за сердце схватилась, проклятиями меня осыпала и рекомендовала Гришку в психиатрию упечь. А дьяволёнок то прав оказался, померла Шура спустя неделю! — делилась Анна, словно пытаясь оправдаться. — Супруг стал подозревать неладное. И однажды этот гадёныш возьми и скажи, мол, батька его сам Леший. Во снах своих видал. Припёр меня к стене Миша. Пришлось во всём сознаться. Потребовал вывести обратно, иначе второго сыночка Егорушку заберёт и уйдет от меня! — Анна замолкла.
— Ты поезжай, и никогда не возвращайся, а о мальчике я позабочусь сама! — произнесла Зоя и, развернувшись, направилась к избе.
— И это всё? — крикнула ей в спину Анна.
Зоя промолчала и, взяв Гришу за руку, повела за собой. Каньга оскалила зубы и грозно двинулась на гостью. Женщина попятилась назад, а после и вовсе побежала по тропинке прочь из леса.
Уже находясь в избе, Гриша осознал, что мать покинула его навсегда. Улучив момент, выскользнул на улицу и забрался на крышу. Сверху проглядывалась дорога, над которой в воздухе поднимались клубы пыли из-под колес поспешно удаляющегося автомобиля. Соленые слёзы наполнили глаза ребенка. Детское сердце разбилось от предательства. Ведь даже несмотря на материнскую нелюбовь и её жестокость по отношению к нему, он продолжал любить. В то время пока он одиноко сидел на крыше с разбитым сердцем, пытаясь справиться с нахлынувшей обидой, где-то позади на ветках столетних деревьев зашелестели листья. Послышался треск сучьев под тяжёлыми сапогами. Таясь в лесной чаще и наблюдая за ним, возвышался силуэт.
— Григорий, спускайся и пойдем со мной, — позвала Зоя, — Кое-кто желает видеть тебя!
— Отец! — догадался мальчик.
— Он самый. Ты, главное, не бойся! Батька твой лишь на первый взгляд грозный и свирепый. Но не так он страшен, как о нём кличут. Добр и справедлив.
— А я и не боюсь! Он приходил ко мне во снах, — уверенно ответил мальчик и засеменил вслед за Зоей в лесную чащу...
По венам Гриши текла и человеческая кровь. Тогда он ещё не знал, насколько сильным и могущественным станет, когда придет время. Не ведал он, что займет место Лешавицы после её смерти и будет помогать людям, оказавшимся в беде. Обретя дар и знания отца. Станет оберегать здешние края и зверей от лютого человека.
