Происшествие с бродягой оставило неприятный осадок. Рита хотела бы обсудить произошедшее с кем-нибудь из ее друзей, но не решалась. Мама снова могла назвать это дурным тоном.
Вскоре плохое событие забылось. Его вытеснили друзья, школа и уроки пения. Рита их обожала. У нее очень хорошо получалось петь, так что мистер Лаконте разрешил девочке ходить на дополнительные занятия.
Иногда после школы Рита шла домой не сразу. Она уходила в лес, что был всего в паре километров от дома, и гуляла там, ссылаясь родителям на уроки по пению. Почему-то это место казалось ей безопасным. Девочка не думала, что может встретить каких-нибудь диких зверей или натолкнуться на что-то плохое и опасное.
У Риты была тайная полянка, которую можно было найти только после того, как проползешь под лапами елей, что росли плотно друг к другу по кругу. Здесь девочка стелила покрывало и читала, а иногда даже успевала задремать. Возвращалась домой она к вечеру. Алоизия, бывало, сильно ругалась на длительное отсутствие и грозила посадить Риту под домашний арест.
– Но я же прихожу к ужину домой! – спорила Рита.
Она никому не говорила о своем тайном убежище. Комната давила конфетно-розовым цветом, так что казалось, что девочка живет в большой карамельке. А в лесу было спокойно, легко дышалось, и атмосфера тайны давала возможность почувствовать себя по-особенному.
- Мне кажется, она нас сторонится. Может, стоит показать ее психологу? – как-то услышала Рита разговор Алоизии с Эдгаром.
- Глупости. Просто девочка все еще не отошла от шока. Этот старик знатно ее напугал. И просто поселил сомнения в ее детской, верящей всему, душе.
Рите надо было кому-то выговориться. Кому-то, кто умел понимать ее с полуслова, кому-то, кому можно было доверять.
Микки по-прежнему избегал девочки, так что та могла пойти только к Сирене. Рита считала одноклассницу своей подругой, но на пороге ее дома вдруг остановилась. «Нет. Сирена не поймет. Ее голова забита красивыми игрушками, украшениями и нарядами».
Ноги вновь понесли девочку к заветному месту. Уже начинало темнеть, но Рита не останавливалась. Она ступила под сень деревьев, когда ее окликнули.
- Куда ты собралась? – сначала Рите показалось, что ее зовет Микки, но это был всего лишь отец.
- В лес, – пожала плечами Рита.
- Идем домой, ужин уже на столе. Мать сбилась с ног, разыскивая тебя.
Мистер Лаконте взял девочку за руку и повел домой.
На пустынной улице начали зажигаться фонари.
Здесь всегда было так тихо и пусто вечерами. Никто не отпускал детей одних гулять по темноте.
Просто идеально чистые дороги, пружинящие под ногами, желтый свет от фонарей. Ровно подстриженные газоны без единого листа с дерева. И окна домов, в которых можно увидеть счастливые до невозможности семьи, собравшиеся за общим столом ужинать.
«Микки был прав. Мы живем в кукольном домике!» – эта мысль циркулировала у Риты в голове весь оставшийся вечер. Она мешала уснуть в «конфетной комнате». Она же пришла и с рассветом. Проникла в еще сонную голову, одурманенную сновидениями. Вторглась навязчивым жужжанием, расталкивая всех на своем пути. Скользнула холодным ужом и свернулась кольцом в груди.
Рита твердо решила, что должна поговорить с Микки. Она даже вышла из дома раньше, чтобы подкараулить своего теперь уже, по какой-то причине, бывшего друга. Но тот не появлялся. Пришлось идти, так и не дождавшись, чтобы не опоздать в школу.
Микки не пришел и на уроки.
Рита места себе не находила, переживая, что с ним что-то случилось. Она даже собрала все силы и подошла к его однокласснику. Девочка всегда опасалась ребят, которые были старше ее. Они казались уже взрослыми. Так что Рита думала, что мальчишка прогонит ее и даже не станет разговаривать. Но тот спокойно пояснил, что Микки несколько дней назад заболел.
По дороге домой девочка решила заглянуть к другу, но мама Микки не пустила девочку, прогнав ту со словами, что Микель очень болен.
«Микель?» – для Риты было новостью, что Микки могут звать как-то иначе.
Странная болезнь, которой заболел мальчик, не прошла ни через неделю, ни через месяц.
А Риту все так же не пускали в дом Микки.
- А что если он умрет, а я с ним даже не попрощаюсь! – девочка каждый день обивала пороги у матери Микеля, чтобы поговорить со своим бывшим другом. Но женщина была непреклонна.
За все время, которое прошло с момента последней встречи, девочка не видела Микки ни разу. Только его мать и отца, которые ходили с озабоченным видом по первому этажу дома и о чем-то переговаривались. Окна второго этажа были занавешены в любое время суток.
***
Ей должно было исполниться утром тринадцать лет. Риту разбудил стук в дверь. Девочка ни сразу поняла, что происходит, но села на кровати и предложила незваному гостю войти.
- Срочно иди в мою комнату, – это был Айзек. У него тоже утром должен быть день рождения. Одиннадцать лет. Он теперь почти не походил на того испуганного совенка, которого девочка увидела в первый день знакомства.
Брат больше не изображал из себя недотрогу и, так же, как и Рита перестал бояться всех и каждого. Айзек подрос, но его растрепанные волосы по-прежнему не хотели ложиться нормально, а большие очки сползали на кончик носа.
- Айзек? Ты почему не спишь? – Рита сунула ноги в тапочки, и поднялась с кровати.
- Тихо ты! – шикнул он на Риту. – Быстро дуй в мою комнату. Кое у кого огромные проблемы. И я даже не переврал слова.
Рита нахмурила брови и попыталась понять, какие проблемы могут быть у Айзека в два часа ночи, но оказалось, что беда вовсе не у ее брата.
Напротив комнаты Айзека находился дом, в котором жил Микки. И вот сейчас из окна второго этажа кто-то выглядывал и пытался привлечь внимание.
Рита подбежала к окну и распахнула его, но Микки, а это был определенно он, хотя уже очень взрослый, не издавал звуков, а активно жестикулировал и размахивал рукой с фонариком.
Заметив, что Рита на него смотрит, парень показал ей листок, на котором огромными буквами было написано несколько слов.
«ПОМОГИ МНЕ БЕЖАТЬ! У НАС У ВСЕХ ОГРОМНЫЕ ПРОБЛЕМЫ!»
Слово «огромные» было написано в два раза больше остальных, чтобы не оставалось никаких сомнений в масштабности беды.
***
Рите вдруг вспомнилось, как два года назад, когда Микки еще никуда не пропал, а просто избегал девочку, вновь случилась очередная нештатная ситуация.
Это был один из тех солнечных дней в конце мая, когда уже ничего не хочется делать. Когда солнце припекает настолько сильно, что, кроме как лежать на траве и смотреть на проплывающие мимо облака, на другое не остается больше сил.
И в тот момент, когда Рита валялась с Сиреной и Ксенией на траве, разглядывая в бегущих по небу облаках причудливых животных, раздалась сирена.
Сейчас она звучала куда громче, чем в прошлый раз. Паника охватила девочек мгновенно. Они хотели бежать, но не знали куда, и просто сидели на земле, остолбенев от страха.
- ВНИМАНИЕ! ОБЪЯВЛЕНА ТРЕВОГА ТРЕТЬЕГО УРОВНЯ. НЕМЕДЛЕННО ВСЕМ ПРОЙТИ В БЛИЖАЙШЕЕ УБЕЖИЩЕ.
Девочки вскочили на ноги и, не обмолвившись ни словом, рванули к своим домам, которые подружкам казались убежищами, но все обстояло куда хуже.
На сей раз дома оказался мистер Лаконте, который схватил своих детей за руки, как только Рита прибежала, и потащил в сторону большого торгового дома. Туда стекались все жители ближайших улиц.
Одни бежали, испуганно озираясь, и тащили за собой детей. Другие спокойно шествовали, не чувствуя угрозы, что повисла в воздухе.
Рите казалось, что скоро должно произойти что-то очень страшное.
- Папа, отчего мы бежим? Что случилось опять? – перекрикивая сирену и механический голос, поинтересовалась девочка.
- Возможно, опять неполадки на заводах, – пожал плечами отец, но было видно, что его холодное равнодушие наиграно. Глаза бегали из стороны в сторону, а пальцы нервно с силой сжимали Ритину ладошку.
В магазине открыли двери в подвал.
Люди спускались торопливо, толкая друг дружку, стараясь как можно быстрее протиснуться. Казалось, они хотят задавить соперников, которые могут занять свободные места. Это выглядело настолько странно и жутко в жаркий день, слепящий глаза солнцем, что Рита не могла поверить в происходящее.
Девочка жалась к отцу, который казался единственной опорой в данной ситуации. Рите все чудилось, что на улице стали происходить какие-то действия, но их заглушал недовольный гул людских голосов и их тела, то и дело толкающие девочку.
От большого напора толпы со всех сторон дышать было трудно. За несколько минут Рита с отцом и Айзеком прошли всего пару метров. А очередь в подвалы все не уменьшалась.
- Папа, а если мы не успеем? А что будет тогда? – захныкал перепуганный Айзек и его очки стали запотевать.
- Мы успеем. Обычно предупреждают заранее так, чтобы всем хватило времени, – попытался успокоить сына мистер Лаконте, только Айзек все равно начал реветь, испуганно всхлипывая.
Другие дети, которые, как и Рита с братом, жались к родителям, словно испуганные собачонки к ногам хозяина, тоже стали впадать в истерикиу и панику. То там, то здесь слышались надрывные голоса, перемешивающиеся со всхлипами и завываниями.
Наконец семье Риты удалось протиснуться в укрытие и даже найти себе место около стены. Здесь везде были разбросаны матрасы, на которых уже расположились другие люди.
Тусклое освещение давало лишь возможность не наталкиваться друг на друга, даже лиц нельзя было разобрать.
Рита присела на край матраса. Ей было ужасно холодно, от страха колотило в ознобе. Руки вспотели, а кончик носа заледенел. Девочке показалось, что мимо нее к дверям нырнул кто-то очень знакомый, возможно, даже это был Микки, но вскоре Рита совсем забыла о нем.
Большие тяжелые двери в убежище закрылись.
- Мне не хватает воздуха, – пожаловался Айзек. – Мне кажется, нас придавит этим потолком и кучей земли, которая сейчас над нами.
- Айзек, у тебя просто клаустрофобия, успокойся. Сейчас все паникуют. Не добавляй еще больших переживаний, – мистер Лаконте обнял мальчика и притянул к себе Риту.
Так они и сидели, со страхом смотря на дверь и на потолок.
Но стены были настолько прочными и толстыми, что никакие звуки из внешнего мира не проникали в большой зал с огромным количеством людей. Все собравшиеся здесь также жались друг к дружке и молчали, изредка переговариваясь между собой едва шепча слова.
***
Вот и сейчас, когда Микки в окне своей комнаты показывал эту табличку с предупреждением, Рита ощутила тот самый ужас, что сковывал ее в убежище. Тот душащий страх, который липкими лапками пробирался в горло и не давал спокойно дышать.
Девочка прислонилась косяку и пару раз вздохнула, стараясь привести мысли и чувства в порядок.
