Это был мой последний поход в таёжные дебри (1978г). На этот раз я отправился на Приполярный Урал. Мне рассказали, что там есть очень красивая река с названием Кожим. Этот регион вполне можно назвать туристским. По нему проходит много туристских маршрутов. Я, как обычно, поехал один. Взял надувную лодку “Ветерок”, болотные сапоги, кинокамеру, рыболовные принадлежности и опять зачем-то ружьё, хотя охотиться не собирался.
В поезде “Москва - Воркута” доехал до станции Кожим (1956 км от Москвы). В нынешнее время эта станция выглядит иначе (фото из интернета).
Пройдя от станции назад около двух км, вышел к реке на её правый берег. Вверх по течению по берегу идут скалы. Дорога, упоминаемая в описании маршрута, идет вдоль левого берега немного в стороне от него.
Пришлось накачать лодку и переплыть на левый берег. Сначала шёл берегом реки. Встретился местный мужик, ловивший на “кораблик” хариуса. Просветил меня, рассказал, что по реке плавает лодка моторная с рыбнадзором. Ловля рыбы запрещена, поскольку в бассейне Печоры водится сёмга. Ловля сёмги всегда была под запретом, а вот хариуса местные жители ловили, более того, тот же рыбнадзор поощрал вылов хариуса, так как тот поедает мальков сёмги. Запрет его ловли возмутил местных, так как они этим занимались всю жизнь. В результате рыбнадзор и местные жители стали врагами. Поэтому они рассказывали всем приезжим, кто собирается рыбку половить, как объегорить этот рыбнадзор. Плавают они раз в день до порогов и обратно. Когда идут вверх по реке, шум мотора слышен за несколько километров. Поскольку течение быстрое, все успеют спрятать снасти. Если есть пойманная рыба, её тоже надо спрятать. Стражи порядка на берегу обыски устраивают. Вниз спускаются без мотора, тихо, Когда проедут, можно дальше рыбачить.
Вышел на дорогу. Её называют трактом. Но проехать по ней можно только на гусеничном транспорте. Мне проще. Ехать ни на чём не надо. Ножками топаю. Перешёл через несколько речек и ручейков. Удалось обойтись без лодки. Переходил по камням или вброд, благо были болотные сапоги. Тракт иногда удаляется от реки, поэтому, где возможно, шёл берегом.
С реки ветерок поддувает и комаров меньше. Воду для питья брал из ручейков. Она совершенно чистая, ведь вдоль их течения нет никакого жилья. Привал устроил около одного ручейка. Место сухое, дров, сколько хочешь, береста для розжига. Приготовил на костре ужин, поел, лёг спать. Спалось хорошо.
На второй день к вечеру мне встретился парень из Москвы. Он, как и я, забрался в тайгу один. Раньше он был геологом, а потом стал работать на радио, певец, бас. Петь мы не стали, поставили палатки, поужинали. И у него, и у меня оказалась “заначка” от простуды, мы её приняли, поговорили. Увидев моё ружьё, сказал, что с некоторых пор ружьё в тайгу не берет. Обычно ружьё берут для защиты от зверя. Но зверь на человека летом без причины не нападает, а от медведя ружьё вряд ли спасет. Рассказал, что был свидетелем охоты на медведя. Раненый медведь помчался на людей, они палили в него из карабинов, а он всё бежал и свалился за несколько шагов от охотников. Если бы добежал, наверняка кого-нибудь разорвал. Насчитали, кажется семь пулевых ранений. Кстати многие охотники-профессионалы рассказывали, что пуля от медвежьего лба рикошетит, как от брони.
Утром парень связал из двух сухих древесных стволов плот и отправился на нём по реке к железной дороге.
А я пошёл дальше, вышел к тракту и вскоре добрался до реки Дурная, впадающей в Кожим. На высоком берегу стоял бревенчатый сруб без крыши, но пол и потолок были. Этот сруб был прибежищем туристов. Я не стал ставить палатку, расположился в этой избе. Там было четверо парней из Перми, они спускались с верховьев Кожима и собирались двигаться дальше. У них было несколько вёдер с солёным хариусом. Рыбины были порезаны на куски, но их размер меня потряс, не думал, что хариусы могут быть такими большими. Поперечный размер сантиметров тридцать. Угостили меня, дали здоровый кусок. К вечеру подтянулись еще несколько человек. Все разместились в избушке.
Когда я утром выглянул за дверь, увидел, что всё покрыто снегом. Было 1 августа. Но мороза не было. Я решил всё-таки попробовать порыбачить. За избушкой обнаружил какое-то подобие удилища. Леска, крючки и поплавки у меня были. Соорудил удочку. Пошёл к реке, стал забрасывать. В один из забросов поплавок утонул. Потянул, что-то сопротивляется. Подтянул поближе – вижу рыбина на крючке. Большая! Неужели сорвётся? Был бы сачок… Спрыгнул в воду, не глубоко, где-то по колено, а на мне всё-таки болотные сапоги. Когда рыбина оказалась совсем рядом, я прямо в воде схватил её за жабры и выпрыгнул на берег. Хариус килограмма на два! Люди, увидав такое, схватили, у кого были с собой, удочки, бросились ловить. Но ни у кого ни разу даже не клюнула. Наверное, я последнего дурного хариуса в реке Дурная выловил. Ну, мне ничего не оставалось, как развести костёр и сварить этого хариуса. Решил сварить. Запечённого я ел на Байкале. Солёного здесь накануне. Теперь – варёный. Он мне больше всего понравился. Кстати, бульон был тоже очень вкусный.
Вечером наблюдал очень красивый закат. Горы были покрыты снегом, внизу он за день растаял. Образовался сказочный пейзаж. Снимок не даёт и малой доли того очарования, которое я наблюдал. На нём не видно зеленого цвета тайги, синего – реки.
Утром стал собираться в обратный путь. Уже стало холодать и идти дальше не имело смысла. Назад, конечно, по воде, не пешком же идти. Накачал лодку, уложил рюкзак.
Плыл 4 километра по реке Дурной до её впадения в Кожим.
Течение Кожима очень быстрое. Когда река делает изгиб у скал, видно, как масса воды ударяет о скалу и отбрасывается обратно. В таких местах я отгребал к противоположному берегу, чтобы меня не шарахнуло с моей лодочкой о скалу. Ведь у меня вёсел нет, гребу лопатками. Зато на перекатах несёшься вниз, как с горки на санках, только дно лодки скользит по камням. Камни так отполированы водой, что не приходится опасаться за целостность дна. На относительно спокойных участках можно полюбоваться красотой береговых скал.
И вот впереди после очередного изгиба реки показался железнодорожный мост.
Весь путь по воде от Дурной длиной около 30 км занял у меня чуть более 3-х часов. Конец пути. Конец активному отдыху. Теперь – к берегу, уложиться и топать на станцию.