Право на выстрел. СССР, 1982. Режиссер Виктор Живолуб. Сценарист Олег Смирнов. Актеры: Владимир Ивашов, Александр Мартынов, Регина Разума, Александр Яковлев, Александр Черкасов, Талгат Нигматулин и др. 17,9 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Виктор Живолуб поставил девять полнометражных игровых фильмов, в основном – остросюжетных. Три из них («Приказано взять живым», «Право на выстрел» и «Бармен из «Золотого якоря») вошли в тысячу самых кассовых советских кинолент.
В фильме «Право на выстрел» пограничный корабль обнаруживает вражеское разведывательное судно, замаскированное под рыболовецкое...
В год выхода «Права на выстрел» во всесоюзный кинопрокат советская кинопресса о нем писала мало.
А вот зрители XXI века до сих пор спорят об этой остросюжетной ленте:
«Фильм просто супер. Я просто в восторге. … Отец служил на пограничном катере» (Наталья).
«Когда вижу поделки вроде «Права на выстрел», плююсь, воистину в фильме нет ничего приличного, кроме красот моря» (Да не важно).
«Абсолютно безликий никакущий фильм» (В. Иванов).
Киновед Александр Федоров
Последний подвиг Камо. СССР, 1974. Режиссеры Степан Кеворков, Григорий Мелик–Авакян. Сценаристы Георгий Капралов, Семён Туманов. Актеры: Гурген Тонунц, Анатолий Фалькович, Ия Саввина и др. 17,8 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Степан Кеворков (1903–1991) поставил 9 полнометражных игровых фильмов, три из которых («Лично известен» и «Чрезвычайное поручение», «Последний подвиг Камо») вошли в тысячу самых кассовых советских кинолент.
Режиссер Григорий Мелик–Авакян (1920–1994) поставил 10 полнометражных игровых фильмов, но только один из них – «Последний подвиг Камо» – вошел в тысячу самых кассовых советских кинолент.
Это заключительная часть кинотрилогии ("Лично известен", "Чрезвычайное поручение", "Последний подвиг Камо") о «пламенном революционере» С.А. Тер–Петросяне (1882–1922) по кличке Камо. Во всех трех фильмах роль Камо играл актер Гурген Тонунц (1922–1997).
Пресса отнеслась к «Последнему подвигу Камо» вполне благосклонно.
К примеру, кинокритик Ромил Соболев (1926–1991) в своей «идеологически выдержанной» статье напоминал читателям о том, что в 1920–х «убежавшие в Иран дашнаки готовят провокацию против молодой Советской Армении, они формируют отряды для нападения из обманутых людей, они вербуют белогвардейских офицеров. Трудная участь человека, вступающего в поединок с целой организацией, и выпадает на долю Камо. Впрочем, слово «выпадает» явно не точно, ибо Камо буквально вымаливает у Дзержинского право на смертельный риск. Под видом врангелевского полковника Залиняна, попавшего в ЧК и рассказавшего о планах дашнаков, Камо едет в Иран и там расстраивает планы контрреволюции, направленные против Закавказья. Поразительная, если вдуматься, история — ведь человек действовал в одиночку, без помощников, без всякой предварительной подготовки. Конечно, по жанру это — приключенческий фильм. Однако режиссеры акцентируют не «приключенческие» драматические моменты, а бытовые и, можно сказать, житейские. Интересны и новые краски, которые использует Тонунц. В предыдущих фильмах его Камо предельно экспансивен и подвижен, его действия скорее импульсивны, нежели обдуманны. Но во время иранской эпопеи Камо было сорок лет, и актер, учитывая это, наделяет нового Камо мудростью и житейской опытностью. При этом, однако, Камо по–прежнему остается безумно храбрым и энергичным человеком. Сплав мудрости и прежней отчаянности и дал ему возможность выполнять то сложное задание партии, имевшее не столько боевое, сколько политическое значение. Ведь в результате действий Камо была сорвана попытка возобновить пожар гражданской войны в Закавказье» (Соболев, 1974).
«Последний подвиг Камо» имел существенно меньший зрительский успех, чем первые две части трилогии. Полагаю, что произошло это из–за постепенного ухода тематики революции и гражданской войны из более–менее серьезного киноспектра в развлекательный. События 1918–1920–х годов всё чаще представали на экране в жанрах вестерна и детектива, революционный пыл, свойственный, к примеру, фильмам «Павел Корчагин» и «Коммунист», в советском кинематографе 1970–х постепенно угасал, а (забегая вперед) в конце 1980–х и вовсе сошел на нет…
Фигура Камо сегодня рассматривается как, мягко говоря, неоднозначная, но в 1970–х официальная версия его биографии не подлежала никаким сомнениям…
Мнения зрителей XXI века о «Последнем подвиге Камо» часто полярны:
«Каждый нормальный человек с возрастом становится спокойней, взвешенней, в общем, мудрее… То же с нормальным кино. По сравнению с первыми сериями трилогии о Камо заключительная часть, действительно, кажется слишком спокойной (не путать с «безмятежной»). Здесь уже не ультрареволюционной экспрессивности и праздничной плакатности 50–х («Лично известен»), но нет и экспансивной афористичности с хрестоматийным изяществом 60–х («Чрезвычайное поручение»). Почти нету киношной пылкости, экзальтированности и эмоциональности. Все реалистичней, сдержанней, будничней, обдумчивей, правдивей, то есть, попросту говоря, застойней. … Нет, этот фильм очень хорош. Но я бы его поставил третьим, коим он и состоит согласно хронологии!» (В. Плотников).
«Самый неудачный фильм из трилогии о Камо. Возможно по той причине, что … "Подвиг..." чрезмерно серьёзен и буквалистичен» (М. Кириллов).
Киновед Александр Федоров