Утром 31 декабря Олег проснулся рано. За окном ещё была непроглядная темень. Снега к празднику в этом году так и не выдали. Зато дома вкусно пахло хвоей и мандаринами.
Накануне вечером Олег поставил и нарядил ёлку и притащил с рынка три сетки мандаринов. Марина их обожала и могла больше ничего вообще не есть, пока они не закончатся, а Олегу очень хотелось порадовать жену.
Сегодня был важный день.
Олег умылся, почистил зубы и побрился с особой тщательностью. Затем поставил чайник и прошел по комнатам с финальной проверкой. Нахмурившись, подобрал с ковра пару сосновых иголок. В остальном результат его удовлетворил.
С замиранием сердца Олег открыл дверь в спальню. Там, рядом с их с Маринкой кроватью, стояла белая деревянная двойная люлька с кружевным балдахином. Олег подошел и завел музыкальную карусель. Сшитые Маринкой разноцветные лесные звери закружились в танце, нетерпеливо ожидая прибытия маленьких жителей.
Уже скоро он привезёт домой из роддома любимую женщину и двух новорожденных малышей: Лизу и Костю – вот так, одним разом они с Маринкой стали счастливыми родителями. Олег был напуган и взволнован одновременно, но точно знал, что они справятся, потому что очень любят друг друга.
То, что это радостное событие случилось под Новый год, придавало моменту ещё больше торжественности. Они с Маринкой решили не звать гостей.
Во-первых, сейчас как раз ОРВИ ходит по городу, а новорожденным не нужны лишние вирусы и микробы.
Во-вторых, Марину кесарили, и чувствовала она себя после операции, мягко говоря, неважно, чтобы бегать столы накрывать.
А в-третьих, они просто хотели побыть одни и привыкнуть к своему новому положению родителей двойни, Олег даже отпуск специально взял, чтобы после новогодних праздников еще неделю дома побыть.
У Олега родни не было, он вырос в детдоме.
А вот многочисленные Маринины родственники напрашивались в гости со страшной силой: как же, такой праздник великий – рождение двойни и новый год "в одном флаконе". Это ж неделю гулевать можно! А там и Рождество Христово, опять нет повода не выпить.
Но новоиспеченные родители стояли на своем: никаких гостей, детям нельзя. Точка.
К обеду Марина с детьми были дома. Малыши мирно спали, а родители не могли на них насмотреться. Олег покормил Марину курицей, готовить он не особо умел, но готовой едой и салатами из кулинарии холодильник затарил под завязку. Даже торт купил, любимый Маринкин "Наполеон". И с гордостью достал из холодильника под окном сетку с мандаринами.
Марина обняла мужа:
- Олег, ты самый лучший на свете, ты в курсе? Но с мандаринами ты переборщил - я теперь не могу их есть в таких количествах, мало ли, вдруг аллергия будет у детей.
- Конечно лучший, а ты только узнала? – усмехнулся счастливый мужчина. – За мандарины не переживай, я помогу с ними расправиться.
И, слегка нахмурившись, добавил:
- Сергей со вчерашнего дня телефон обрывает. Они всей кодлой в центр на ёлку собрались, к нам хотят… Я сказал, чтобы даже не думали.
- Да, мне тоже все звонили… - вздохнула Марина. - Мать вообще обиделась, когда я сказала, что она только и думает, по какому поводу стакан опрокинуть.
Семья у Марины была большая.
Мать её замужем ни разу не была, но с молодости любила выпить и погулять, и детей прижила аж пятерых и всех без отцов. Маринка с сестрой кое-как смогли выучиться, а вот братья, как подросли, стали выпивать вместе с матерью и её собутыльниками и еле-еле закончили 9 классов. И всё время доставали сестер просьбами о деньгах.
Хотя сами подрабатывали то грузчиками на овощебазе, то ещё где, денег вечно на выпивку не хватало. Только старший брат – Сергей – ещё в школе выучился грузовик водить и теперь вахтами ездил в Заполярье работать водителем на стройках.
Но когда приезжал… Тут уж гуляли, пока весь заработок не пропьют. А по праздникам как с цепи срывались – "Мы же семья! Давайте все вместе соберемся!" Маринкина сестра, так та вообще в Москву уехала, подальше от такой родни. Только с ней и общалась из всей семейки.
- Ну и пусть обижается, Марин. Ты же представляешь, что тут будет, если они всей толпой завалятся? – сказал Олег.
- Да конечно понимаю! Я ещё не забыла, что они тут после нашей свадьбы устроили. Ведь специально в кафе повели их отмечать, так нет, надо ж было "по-семейному" продолжить. Всю квартиру угваздали, паразиты. Я чётко матери сказала, чтобы никаких гостей до весны, тем более пьяных-праздничных.
- Вот и чудно. Искупаем близнецов и спать. Как тебе такой Новый год? – улыбнулся Олег и погладил жену по волосам.
- А как же бокал новогоднего шампанского под куранты и желание загадать? – хитро глянула на мужа Марина.
- Мои желания все сбылись…
Но семейным планам молодой пары не суждено было исполниться в точности.
В полночь, по традиции, все соседи высыпали во двор запускать фейерверки. Звуки взрывающихся атрибутов праздника разбудили близнецов, и следующий час Марина с Олегом провели успокаивая и укачивая детей. Уснуть смогли только во втором часу ночи, когда празднующий люд подуспокоился и разошёлся по квартирам доедать вечный оливье под дискотеку 90-х.
Только Марина стала проваливаться в сон, как раздался звонок в дверь. Олег в полудрёме, не поднимая головы с подушки тут же схватился рукой за бортик люльки и стал качать детей, чтобы не проснулись. Марине пришлось встать, мало ли что, вдруг соседей затопили.
Каково же было её удивление, когда, открыв дверь, она увидела свою родню. Трое старших братьев, кто с женой, кто с подружкой, стояли за дверью пьяные и обвешанные мишурой:
- Сюрпрайз!!! – Сергей выставил вперед руку с пустой бутылкой из-под водки. - Ну, чего стоишь, сестрёнка? Приглашай родню, показывай племянников! Двойной праздник у нас!
Брат приобнял оторопевшую Марину, отодвинул её в сторону, и толпа ввалилась в квартиру.
- Сно-вым-го-дам-сно-вым-го-дам! – орали подвыпившие девицы. - Сею-сею-посеваю, с Новым годом поздравляю!
Не разуваясь, незваные гости пошли осыпать квартиру зерном. Марина очнулась:
- Вы сдурели что ли! А ну хватит орать, мы спим все, только детей после дурацких фейерверков успокоили. И разуйтесь все, быстро! Грязи в дом понатащили, родственнички. О детях бы маленьких лучше подумали, прежде чем последи ночи приходить.
И вообще - какое "Сею-сею"? Это же только на Рождество и на Старый новый год делают.
- Так мы и на Рождество, и на Старый новый год придём, сестрёнка! - Закричал младший брат, а старший заметил: - Что-то ты неласково родных братьев встречаешь, Марина, не ожидал, - с укором проговорил Сергей. – А где праздничный стол? Не ждала нас что ли? Давай, сестрёнка, подсуетись. Мы замёрзли на этой ёлке вашей, нам бы чего выпить, да закусить, а то видишь, вот, последняя бутылка закончилась…
- Нету у нас ничего. Ни стола, ни угощений. Мы вам русским языком говорили – не приходите сегодня, я после операции, детям только пять дней от роду.
- Ну, мы подумали ты шутишь! Где же это видано, чтоб родне такой близкой от стола отказывать? Чай не седьмая вода на киселе – родная кровь!
Гости разбрелись по квартире. Кто-то закрылся в ванной, кто-то открыл на кухне окно и закурил. Заплакал кто-то из близнецов, и Марина ушла в спальню.
- Олег, я тебя умоляю, выпроводи их ради Бога! – со стоном произнесла Марина, забирая у мужа Костю, к счастью, проснулся пока только он.
Олег не успел ответить, как дверь открылась и на пороге нарисовался Сергей:
- Ну, и где тут мои племяши?!
Заворочалась и заплакала Лиза.
- Тсссссссссс!!!! – зашипели родители.
- Тише, Сергей, прошу! Итак уже всех разбудили! Иди отсюда, не дыши вирусами на детей! – взмолилась Марина.
- Всё, всё, ухожу, - примирительно махнул рукой брат. - Олежек, пойдем выпьем, а? За здоровье новорождённых и моей сестры?
- Пойдём, пойдём… - Олег увёл Сергея из спальни и тихонько прикрыл дверь. – Только не орите…
- Эй, братва! А ну тихо все! Тут дети спят… - тут же гаркнул Сергей.
Олег только головой покачал:
- Сергей, идите домой. Марина устала очень, после операции, дети постоянно просыпаются то один, то другая, давайте в другой раз отметим, а?
На кухне включили телевизор и квартиру заполнили звуки музыки. Хлопнула дверца холодильника, судя по звукам, кого-то тошнило в туалете.
- Не боись, братуха, ща отчалим, раз уж вы такие нелюдимые. Дай выпить, а?..
- Возьми в холодильнике бутылку и уходите.
- Другое дело, братуха! – обрадовался родственник. – Эй, орлы, а ну собирайся. Двигаем до дому!
Олег зашел на кухню. За столом сидели Маринины братья с жёнами и ели прямо из контейнеров. На столе стояла почти допитая бутылка и четыре кружки.
- Ты погляди на них! А брата старшего позвать не надо? – Сергей схватил бутылку и допил содержимое прямо из горла. – Вот так-то! Все на выход!
Младшие родственники послушно поднялись и потянулись в коридор. Максим пожал Олегу руку, открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог. По дороге забрали из туалета жену Сергея, Алёну. Кое-как обулись, на выходе затянули: "Ой, мороз-мороз!" Марина провожать родственников не вышла.
- Завтра отрежу звонок, - забираясь к жене под одеяло, прошептал Олег.
- Так они тогда в дверь будут колотить, - печально отозвалась Марина. – Может в Москву, к Надьке переберемся? Подальше от них?
- Обсудим. Спи, пока дети угомонились.
На утро хозяев ждала печальная картина. Квартира была усыпана рисом. Ёлка валялась на полу, спасибо игрушки Олег в этом году стеклянные вешать не стал – как в воду глядел. Половина гостей так и не разулась и на полу повсюду были засохшие грязные следы. В туалет вообще было страшно зайти, а из холодильника пропало всё спиртное, почти вся еда и даже торт. Его Марине было жальче всего.
- Вот же саранча, ты посмотри только.
Приперлись посреди ночи, перебудили всех, нагадили… Спасибо, что хоть посуду не побили.
Тут её взгляд упал на мойку, в которой лежали два хрустальных фужера, которые они с Олегом купили для особых случаев – фужеры отдельно, ножки отдельно.
- А, пардон, и посуду побили. И надо же, как раз самую дорогую, - Марина села на табурет и заплакала.
Олег присел на корточки и обхватил жену за колени:
- Не плачь, Марин. Я всё уберу. И фужеры новые куплю. У меня на работе все скинулись нам на близнецов. А братьев твоих на порог больше не пущу, хотят с племянниками встречаться – вон, в парк пусть на прогулку приходят. И про Москву...
У нас в головном офисе в Москве два инженера уволились перед новым годом. Мне предложили переезд с испытательным сроком. Я тебе не говорил, пока ты в роддоме была, волновать не хотел. Три месяца нужно будет отработать сначала, комнату дадут в общаге. Если устроит моя работа, тогда уже постоянный контракт и оплатят квартиру, чтобы я вас мог забрать. Ты как, выдержишь одна три месяца?
- Да нет конечно! Я к Надьке с детьми уеду! Она только рада будет. У неё правда только одна комната, но ничего, купим ей беруши, чтобы не просыпалась ночью от плача, - Марина вытерла слезы. – Я сварю кофе, пока дети спят. Сходишь за тортом? Страшно хочу отметить эту новость маленьким кусочком.
Пока Олега не было, Марине позвонил Сергей.
- Ну, сестренка, не ожидал я от тебя такого!
Что за бодяжный коньяк у тебя был? С рук что ли покупали?
- Здравствуй, Сергей, - Марина открыла холодильник и посмотрела на дверцу. Там, внизу у них с Олегом обычно стоял алкоголь. Теперь полка была пуста.
- Не понимаю, о каком коньяке ты говоришь. У нас вроде бутылка водки только стояла, на всякий случай, и шампанское к новому году…
- Шампанское нормальное было, водка тоже. А вот в коньяк ты, наверное, специально "Пурген" подсыпала, стервозина! И запах, и вкус отвратительные!
Мы всё утро с унитаза не слазили, а Алёнку с матерью и вовсе пришлось в больницу отправить из-за твоего коньячка. И за что ты нас так ненавидишь? Сказала бы сразу - уходите, мы вам не рады. Зачем же мать родную специально травить?
Марина опешила:
- Никого я не травила, что ты несёшь. Постой-ка, - она замолчала на секунду и расхохоталась. - Коньячку, говоришь, мезкого отведали? Так вам и надо, нечего крысятничать у сестры! Это не коньяк был, а прополисная настойка на спирту, от запоров помогает. Её по две капли в чай добавляют, а вы, дорогой братец, многократно превысили дозу. И поделом вам. С новым годом, как говорится, с новым счастьем. Маме привет.
Марина повесила трубку и улыбнулась.
"Есть все-таки Бог на свете!" - подумала она и посмотрела в окно. С неба медленно падали на землю крупные снежные хлопья, накрывая черный асфальт белым пуховым одеялом. Новая жизнь начиналась с чистого листа.