В обувном магазине царил ажиотаж. Присутствие знаменитого писателя в салоне, раздающего посетителям автограф, привлекло внимание. В одночасье было продано более двадцати пар обуви. Рейтинги заметно поднимались. Кто-то позвонил в средства массовой информации. Журналисты один за другим брали у писателя интервью. Для города Далматово это событие стало поистине выдающимся. История до сих пор не знала решения таким способом финансовых проблем. Александр дарил собственные книги, проданные хозяину обувного магазина. Татьяна Петровна искромётно улыбалась, шутя с покупателями. Владимир искренне радовался долгожданному успеху в бизнесе. То-то сейчас подумают его коллеги по торговле, с которыми он, к сожалению, в силу обстоятельств не смог подружиться. Конкуренция не терпит крепкого рукопожатия. Да и небывалый успех создаёт массу проблем по вине всё тех же предпринимателей. Весть о находчивости новичка мгновенно обросла слухами, вызывая чёрную зависть у большинства далматовцев. За маской пожилой женщины скрывалась грусть. Новая хозяйка магазина грозилась отправить её на пенсию, не дожидаясь, когда жизнь поставит две «пятёрки». Татьяна Петровна ещё не знала, что это вряд ли случится, поскольку Полины на её пути больше не будет. Владимир беспокоился о Полине. Ушла утром и до сих пор ещё ни разу не позвонила. Он не мог ощутить всю полноту радости от достигнутого. Непонятная тоска одолевала, омрачая успех. Видя, что торговля налаживается, Владимир покинул обувной салон и решил попроведать Полину, рассказать ей о финансовом взлёте.
Мужчина заехал в магазин «Цветы» и купил большой букет крупных бордовых роз. Полина подобного рода подношения очень обожала. Несмотря на обиженную мужскую суть, Владимир готов был пресс-секретаря носить на руках. Казалось, он и не помнил всех заклеймляющих фраз. На Полину нельзя было обижаться. В ней он видел всё, кроме предмета сексуального желания.
– Привет! – тихо произнёс Владимир, снимая в прихожей свой пиджак. – Подержи-ка! – попросил он Галину и помчался в ванную комнату, чтобы помыть руки.
Галина осталась стоять с охапкой роз в прихожей.
– Дай-ка сюда! – вырывая из рук букет, потребовал Владимир и сразу же прошёл в спальню.
Через мгновение мужчина вернулся с вопросительным лицом.
– Где она? – спросил Владимир.
– Ушла, – ответила Галина. – Собрала вещи и ушла. Извинилась передо мной за созданные неудобства. Просила не искать, потому что у неё появился новый мужчина.
– А она подумала обо мне?! – спросил сам у себя Владимир. – Ведь я же её люблю!
– Не знаю, – ответила Галина.
– Вечно ты ничего не знаешь! – разозлился Владимир, всучил домработнице цветы, схватил пиджак и выбежал из квартиры.
Галина удивлённо хмыкнула и возобновила прерванную Владимиром беседу с малышами. Между делом поставила букет в большую хрустальную вазу. Надеяться на прогулку сегодня было нечего.
– У тебя, Лёша, ни папы нет, ни мамы, – шептала Галина, удерживая под мышки девятикилограммовое тело мальчика. – У тебя, Тоня, мама есть, но нет папы. Согласны, мои хорошие, если я заменю вам и пап, и мам? Со мной вы не пропадёте. Пускай Володя ищет свою любовь, а мы будем с вами расти-подрастать.
Через час вернулся Владимир. Он был чернее тучи.
– Галя, признайся! – потребовал Владимир у испуганной домработницы. – Это ты выгнала Полину!
– Я её не выгоняла, – оправдывалась Галина. – Её не так просто и выгнать-то. Сама, кого хочешь, выгонит.
– Ну, не верю я тебе! – протянул в мучениях Владимир. – Не могла она так поступить со мной! Не могла!
– Почему? – удивилась Галина. – Мне творила пакости. В чём сама и призналась. Настало время и тебе потерпеть.
– Как ты можешь так рассуждать?! – возмутился Владимир. – Я тут сгораю от любви, а она подливает масла в огонь.
– Сгорай! Сгорай, Володя! – воскликнула Галина. – Пока ты горишь, твой ребёнок вырастет. Ты совершенно ему не уделяешь внимания. Он не будет узнавать тебя. Я прошу! Прекрати весь этот спектакль! Успокойся! Вспомни наш уговор! Мы вместе должны поднять детей. За несколько дней я и ты так настрадались. Пора и честь знать.
– Я плохо понимаю, что со мной происходит, – признался Владимир. – Помоги мне, Галя, выпутаться из этой истории.
– Конечно, помогу, – одобрительно отозвалась домработница. – Только ты слушай меня, меня одну и не обращай внимания на других женщин.
Владимир прижал к своей груди хрупкое тело Галины. Они несколько долгих, как вечность, минут стояли неподвижно в таком положении. Беды и обиды отступили на второй план. Столько хотелось сказать. Но было ещё не время для откровенных бесед. Галина искала ответ на вопрос: «Как избавить Владимира от наваждения?» Всё равно он весь находился сейчас с Полиной.
На молитвенный дом готовили облаву. Бог беспокоился за свою репутацию. Достоверные источники накануне проинформировали высокое руководство. Было принято решение – засветить Дьявола как одно из самых слабых звеньев в цепочке махинаторов. Жалко, конечно, что индустрия потеряет ценного кадра. С другой стороны, это было сейчас не так важно. К тому же речь шла о преступнике в прошлом. Нужно было спасать многоликий бизнес.
В начале службы два сотрудника отдела по борьбе с экономическими преступлениями задали несколько вопросов прихожанам церкви свободной религии. Те – признались единогласно, что ежемесячно тратят почти все свои доходы на поддержку чудодейственной веры. Братья и сёстры сделали этот поступок, исходя из собственных соображений. Давления никакого оказано на них не было. Неужели и в этот раз ничего не удастся накопать! Всё равно где-то была зацепка. Действительно, она была! Только проверяющие не в ту сторону смотрели. Брать за жабры надо было не Дьявола, а Бога. Ведь по его указке вершились все дела на благо и в пользу молитвенного дома. Ни Бога, ни Дьявола на службе не было. Поразительно, но люди молились без священников. Каждый из прихожан думал, что среди них стоит тот самый чудотворец, который передаст их молитвы в небесную канцелярию.
Процесс богослужения официально был расстроен. Проверяющие разогнали скопище народа в трёхкомнатной квартире. Никто из прихожан не пожелал выдавать приближённых к Богу. Старушку, звенящую ключами, прицепленными к фартуку, смешно было считать что-то знающей. Она всего лишь по времени открывала и закрывала молитвенный дом. Дьявола успели предупредить свои каналы, которые он не обижал и постоянно старался подпитывать. О том, где он проживает, никто не знал. Бог, даже если его будут допрашивать, всё равно не скажет. Дьявол слишком много заключал в себе полезной информации. Однажды он пообещал Богу, что, если его возьмут, он останется могилой. Пусть доказывают вину. Признаваться в содеянном преступник самостоятельно не будет. К тому же у него в глазах скрывалось опасное для проверяющих оружие. Они, в свою очередь, использовали законы психологии, чтобы вывести нарушителя на чистую воду. Он будет защищаться теми же методами, только гораздо убедительнее, поскольку прибегнет к гипнозу. По городу был объявлен план-перехват. Молитвенный дом как организация перестал существовать. Прихожанам дали установку, что отныне каждый обязуется творить молитвы у себя дома, что все взносы, как продуктами, так и деньгами, отменяются, что это послание наместника, ослушаться которое – значит предать великую веру.
Продолжение следует...