Вот что Сидора Петровича в жизни более всего расстраивало, так это несправедливость. И с детства он за справедливость и всеобщее равенство боролся. "Зачем это девочки всегда Снежинки, - возмущался Сидор, - а мальчикам Петрушками нелепыми наряжаться? И чего это Петровой портфелем по загривку треснуть запрещено общественной моралью? Несправедливо, однако-с".
А как подрос, так несправедливостью полового устройства буквально заболел.
А к чему это женщинам в жизни повезло больше? И почему другая физиология столько преференций им выдает? И как быть тем, кто в обделенной половине человечества очутился? Прекрасно эти женщины устроились - как сыр в масле кувыркаются.
Вот, допустим, обычная женщина. Родилась и живет. И сызмальства огреть ее портфелем запрещается. Чуть стукнешь, так и вой поднимается: “Иванов, мальчики девочек не обижают, позорище это - Петрову лупить. Веди батю, будем ему хвост за воспитание потомка откручивать”. А Петрова хохочет и сама тебя портфелем дубасит. И никто Петровым хвоста не откручивает.
Хулиганы районные женщину пальцем еще не трогают. “Пойти, выйти” не приглашают со зверскими рожами. За слова женщина никакой ответственности не несет. Накричит районным хулиганам всяких обзывательств, покрутит им у виска пальцем, а они только фыркнут ей в ответ. А Иванов хоть и не кричит обзывательств, хоть и мышью бесшумной по району пробежит - все равно фонаря ему под глаз хулиганы зарядят.
И рыдать женщинам можно по любому поводу - никто “бабой” не обзовется. Напротив - слезки утрут и петуха на палочке выдадут. А Иванову еще фонаря выпишут.
А в армии женщина не служит? Пока все служат - она, женщина, дома в тепле сидит. Фильмы смотрит и пряники ест. Слезы льет под мелодрамы или вяжет пелерину. Иногда брови еще выдергивает. И ни дождь, ни зной, ни марш-броски ее не колышут.
Живет себе так преспокойно, а потом замуж выскакивает. И ведь сама она себе супруга выбирает. Кто понравился, с тем и окольцовывается. Это мужчинам надо хвост пушить и в драках драться. А женщинам ни к чему. Сиди, пряники лопай, косы чеши, выбирай мужа побогаче. Иногда поплачь.
И решай потом самостоятельно, сколько детей на свет тебе выпустить. Мнения супруга не выслушивай. Он, супруг, только обеспечивай выпущенное. И пикнуть не смей. Чуть пикнул, так все на него и накидываются: “не мужик ты, Иванов” и “чего женился, если оклад смешной имеешь. Дети оклада тебе не простят. Ступай-ка на работу тридцать третью”. А женщине ничего такого не выскажут. Только улыбнутся: “Какой у вас ребятенок миленький, на мамочку-красавицу похожий”.
И даже машину починить женщина не умеет! Изобрести двигатель или ружье - туда же. Стран света новых не открывает. Марс не осваивает. Научно-технический прогресс не движет ни на шаг. Зато юбку в жаркую погоду носит. И никто на нее пальцем за это не показывает.
А работа?! Работать женщине и вовсе необязательно. Хочет - работает, а не хочет - на шее у мужика устраивается с удобством. И только пятками стучит - погоняет. Это чтобы мужик бежал шустрее, прихоти женские исполнял. Чуть тише бежишь, так и начинается: “А чего женился? Жил бы бобылем. Не мужик ты, Иванов. Вот у Муси муж какой бегучий. Лучше бы я за Мусиного мужа замуж вышла, он ухаживал красивше”.
А коли вдруг и работает женщина, то на легких работах. Чтоб не скучно ей жить было на свете. Если на работе коллектив сколопендровый, а начальство сердитое, то уходит женщина с такой работы по первой прихоти. А если приживется вдруг в коллективе, то чай на работе пьет, языком чешет и бумажками шуршит хаотично. Вот и вся ихняя работа. И зарплату можно смело копеечную иметь - никто не осудит. "На булавки, - низкооплачиваемой этой женщине скажут, - Маня, зарабатываешь, и молодец ты такая. Пусть Иванов вкалывает, мамонта в дом тащит, он мужского пола у вас в семействе".
Но - на пенсию-то раньше женщина идет. А отчего так? Работа у работающей тетки легкая все жизнь была, а пенсионное удостоверение ей раньше выписывают. И поживет эта женщина на свете белом куда дольше Сидора Петровича. Природа у нее так хитромудро устроена.
Ох, несправедливо.
“Жаль, - Сидор Петрович размышлял, - не я тут главный законодатель. Я бы равенство навел. Уж я бы натворил справедливости. В армию бы каждую женщину отправлял. Не служила - замуж не идешь. А если отслужила, замуж взяли, то непременно рожаешь пяток здоровых детишек. И сама содержание даешь им. Это если супруг чадолюбивый попался. Ежели чад не сильно любит, то одного наследника ему обеспечиваешь. Если и одного потомка супругу много - в карьеру и быт с головой углубляешься. А работают все женщины пущай в шахтерском забое. Или на руднике. А кончились их времена - когда бумажками шуршишь и чай прихлебываешь. Пусть-ка потаскают шпалы на плече. И на пенсию лет в семьдесят отправляются. И бриться бы еще обязать теток этих ежедневно. Вот тогда и наступило бы счастливое время. Тогда и было бы равноправие полнейшее. Эх, в законодатели бы мне”.