Его взяли в ожесточённом бою в марте 1942 года, на рубеже Западной Лицы. Командир немецкой роты разведки из горнострелковой дивизии обер-лейтенант Шорнборн вёл себя надменно, собираясь геройски умереть за Рейх. Но узнав, что его совсем не собираются расстреливать, воспрял и в ходе разговора с особистами разведотдела штаба 14-й армии поведал интересную информацию: совсем недавно на тех же рубежах, где их взяли, абвергруппа-214 присматривала место для скорой заброски своих агентов. Получается, до их перехода оставалось минимум времени.
Усилили меры безопасности. Нельзя было допустить чтобы немцы узнали - у Красной Армии совсем мало сил в обороне Мурманска, особенно на левом фланге. Предупреждения были разосланы во все особые отделы дивизий. Были введены новые бланки командировочных предписаний. Особо были проинструктированы бойцы КПП, наряды на вокзалах и в поездах. Там, где в первую очередь предполагали переход линии фронта, выставили секреты.
Начальник абвергруппы-214 Ройтер выбрал для отправки в тыл русских войск трёх лучших агентов из школы Абвера в Вихуле. Воронова и Прудько переправили на участке, где по данным войсковой разведки не было постов боевого охранения, Коршунова – чуть севернее, чем красноармейцы пленили Шорнборна. Каждый агент имел своё задание. Встретиться они должны были в Мурманске.
…Коршунова взял «секрет» сразу после перехода нейтральной полосы. Уже через 2 часа агент был в Мурманске. Первым допрашивал его Тимофей Анисимович Чижевский. У него было всё в порядке с документами. Но насторожил незаполненный бланк командировочного предписания со штампом и печатью полка, в котором он якобы служил.
После связи с полком выяснилось, что рядового с такой фамилией там не было. Эксперты после осмотра документов дали заключение – изготовлены они в немецкой разведке. После этого Коршунов начал говорить.
Родился он в семье, которая до революции имела свою мельницу и магазин. После раскулачивания возненавидел советскую власть. Когда началась война, он служил в Белоруссии и при первой возможности сдался немцам. От матери-немки неплохо выучился немецкому языку, что сильно облегчало общение с новыми хозяевами жизни (как он думал).
Уже в октябре 1941 года немцы забрали его из лагеря военнопленных, чтобы он помогал им устанавливать новую власть. В разведывательно-диверсионной школе их учили всему – от устройства мин до применения усыпляющих порошков. Значительное внимание уделяли стрелковой подготовке. Потом их свели в одну группу с Вороновым и Прудько.
Из рассказа Коршунова контрразведчики также узнали, что Прудько 5 лет работал в Мурманске и немцы возлагали особые надежды на его знание города. Задание ставилось обширное. От фиксирования складов и того, что там находится, до установления возможного нахождения в Мурманске американцев и опознавания того, какие работы проводятся в фарватере. Интересовали также перевозки по железной дороге и возможное строительство новых линий. Расписание движения поездов. Документы, необходимые для перемещения лиц по железной дороге. И многое другое. Интересовал также левый фланг обороны русских.
Информацию следовало собрать за 10 дней, потом заполнить пустой бланк предписания и вернуться с ним обратно. Агент описал внешность Воронова и Прудько, но скрыл то, что им дали конкретный адрес для встречи в Мурманске. Коршунов не хотел, чтобы их задержали и они рассказали о том, что он был в лагере военнопленных провокатором.
Все чекисты и их гражданские помощники получили внешние описания и особые приметы агентов. Только на шестой день розыска, 14 апреля 1942 года начальник одного из патрулей обратил внимание при проверке документов, что боец похож по описанию. К тому же, предписание было выписано на бланке старого образца.
Это оказался агент Прудько. Он тоже был из раскулаченных. И тоже на фронте при первой возможности перебежал к немцам. Он «дослужился» до помощника старшины лагеря. Выдал немцам трёх известных ему коммунистов. С удовольствием пошёл в школу обучения агентов, надеясь, что при новом порядке немцы не забудут его заслуг. Воронова при допросе он не назвал.
Чтобы подвигнуть Прудько на откровенность, устроили очную ставку с Коршуновым. Прудько был ошеломлён и рассказал, по какому адресу остановился Воронов. При обыске у агента изъяли неопровержимые улики, такие, как усыпляющие порошки, поддельные документы и пистолет иностранного производства с патронами.
Отпираться было невозможно. И он рассказал всё на первом же допросе. Его отца осудили за крупную растрату на 7 лет. Попав в лагерь военнопленных, он не собирался умирать. Присмотревшись, сошёлся с бойцом, который знал немецкий язык и ему доверяло начальство. Вскоре тот исчез. А меньше, чем через 3 недели Воронову предложили работать на немецкую разведку.
Всеми мероприятиями по делу шпионов руководил полковник Н. Н. Клочев из Особого отдела 14-й армии, а контролировал военный прокурор. Совещания и сопоставление показаний производилось ежедневно.
Узнали и о том, что Коршунов был в лагере и школе агентов провокатором. Здесь он тоже успел выдать двух курсантов, которых больше никто не видел. Чижевский сумел разговорить Прудько, и тот признался ещё в двух заданиях, которые дали лично ему: найти и завербовать в Мурманске старого знакомого, который придерживался и ранее нацистских взглядов. А потом, отправив Воронова к немцам с донесением, остаться и прийти к чекистам под видом раскаявшегося. Если ему это удастся, они обязательно предложат обучение в советской разведшколе. И тогда Прудько многое узнает о подготовке и будущих агентах.
Ещё больше интересных историй в моём 📕Телеграм-канале. Обязательно загляните
Работа немецких агентов была пресечена. Появилось много информации об абвергруппе-214 и разведчиках-диверсантах, которых готовили для заброски в тыл Карельского фронта. Работа по поиску врагов развернулась дальше.
За раскрытие группы диверсантов Клочев и Чижевский были награждены Орденами Красного Знамени. Были отмечены орденами и медалями и другие контрразведчики.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.