В МИНИСТЕРСТВЕ ОБРАЗОВАНИЯ НЕ ЗНАЮТ ГЛАВНОГО ПРИНЦИПА РУССКОЙ ОРФОГРАФИИ?
Учителя в начальной школе очень любят проверять технику чтения на скорость, пугая детей и доводя родителей до нервного срыва.
К сожалению, некоторые педагоги к этому виду работы подключают еще и задания на понимание текста. Надо ли это делать?
Как понять, научились ли дети читать?
Понимают ли прочитанное?
Дело в том, что у детей происходит фонетическая идентификация текста (дети «слышат в голове» то, что читают, но не факт, что осознают и хорошо понимают) Многие взрослые, которые отлично владеют техникой чтения, этот этап пропускают, сразу переходят к смыслу. Но если вы начнёте читать сложный незнакомый текст или текст на иностранном языке, вы сразу поймёте, о чём идёт речь. Поэтому техника чтения очень важна на этапе обучения чтению! А Как иначе проверить, научился ли детеныш читать? Особенно, если их целый класс?
Процессом овладения чтением и собственно самого чтения как формы овладения информацией управляет центральная нервная система. Она создает и усложняет связи между нейронами. Поэтому осознанное чтение - это совершенно отличный от техники чтения процесс. Никогда нельзя смешивать эти два разных вида работы!
Поэтому для нарабатывания именно техники мы можем использовать бессмысленные трудные сочетания букв и слогов. Если дети читают слова, и у нас цель - наработать технику чтения, совсем не обязательно пояснять смысл этих слов. Можно использовать «инопланетные» слова. Можно устроить соревнования, игру, командную игру, квест. Все, что угодно, чтобы детям было интересно.
Но если мы проверяем смысловое чтение, здесь мы не считаем знаки, не засекаем время. Мы работаем с осмыслением прочитанного. Но как работать со смыслом, если мы не научились читать?
Самое главное! Надо помнить о том, что техника чтения и смысловое чтение - это два совершенно разных вида работы, которые нельзя смешивать!
Пристрастие нынешних педагогов к скорочтению, как оказалось, это еще цветочки!
Теперь первоклассников учат по принципу «как слышим, так и пишем». То есть, дети, еще не умеющие читать и писать, изучают и воспроизводят транскрипцию, то есть звучание слова, и изучают фонетику.
Вероятно, в Министерстве образования нет человека, который знает, что фонетический принцип написания превалирует в белорусском языке и украинском. Там корова пишется «карова». А буквы «о» и «е» пишутся только под ударением. А ведущий принцип русской орфографии – морфологический, ему подчинено написание большей части слов.
Морфологический принцип заключается в требовании одинакового написания одних и тех же морфем приставок, корней, суффиксов. То есть приставка по неважно как звучит будет писаться всегда по – и под ударением, и без ударения.
Спрашивается, для чего сегодня учитель или воспитатель детсада порою просто закончившие заочные курсы в интернете приходит в первый класс и спрашивает «Какие слова начинаются на «а»?»
— Огурец, орех, овечка, — отвечают детишки.
— Правильно! — должен сказать учитель, поскольку без ударения буква «о» звучит как «а».
После этого кого-то удивляет, что после такой системы обучения дети повально безграмотны?
— Если ребенок весь год в первом и втором классе пишет ЖЫ и ШЫ, то исправить этот дефект сложно будет и в восьмом классе, — рассказывает учительница с 30летним стажем. – У меня был ученик, он знал все правила и очень старался писать грамотно, но рука сама писала жы – и шы. А все дело в том, что логопеды и реформаторы системы образования решили, что детям надо изучать транскрипцию.
Напомним! Принцип написания в русском языке – НЕ ФОНЕТИЧЕСКИЙ!
Спрашивается, кто тот вредитель, который превращает детей в безграмотную массу?
Каким долбоящером нужно быть, чтобы заставлять учителя приходить в класс к первоклашкам и вдалбливать им в головы написание транскрипции, когда они еще ни читать, ни писать не умеют? Причем, это не научная транскрипция в полном ее понимании, а какие-то огрызки фонетики. Не удивительно, что число дислексиков и дисграфиков растет, а родители вынуждены заниматься с детьми у логопедов и репетиторов.
Я считаю, что на уровне изучения грамоты, строить схемы слов, делать звуко-буквенный анализ слова нельзя! Зачем мы русскоговорящих детей учим произношению слов? К чему? Оставьте это занятие логопедам, а на уроках учите грамоте! Почему в советских учебниках начальных классов не было этого фонетического мусора?
К тому же многие учителя сами не понимают все тонкости. Даже часто путают понятия «буквы» и «звука».
А аналитико-синтетический звучит, как ругательство. Еще есть фонематическое восприятие или фонематический слух.
Вот, что говорит по этому поводу Доктор биологических наук, доктор филологических наук, академик РАО (2023), заслуженный работник высшей школы и Заслуженный деятель науки РФ (2010).
Профессор кафедры общего языкознания СПбГУ, заведующая лабораторией когнитивных исследований и кафедрой проблем конвергенции естественных и гуманитарных наук СПбГУ Татьяна Черниговская:
"Современные программы обучения чтению, основанные на фонематическом методе, в первую очередь обучают звуковому анализу речи, определению звукового состава слова. И только потом детей знакомят с буквами и показывают, как переводить звуковой образ в буквенную запись. В толковых словарях содержатся разные определения фонемы, но все они сходятся в том, что фонема – это абстракция (или даже словесно оформленные слуховые галлюцинации). Таким образом, детей учат слышать абстракцию, что в принципе невозможно. Развивать ребенку фонематический слух и учить его слышать фонемы – то же самое, что учить ребенка вместо реальных предметов видеть их названия. Нормальный человек видеть привидения и слышать абстракции не может, и учить его этому вредно для его психики. По сути, развитие фонематического слуха означает, что ребенок перестает обращать внимание на многообразные звуковые нюансы, перестает дифференцировать звуки на слух, но начинает представлять себе речь в виде нескольких десятков приблизительных единиц, иногда очень далеких от реально произносимых звуков. В этом легко можно убедиться, наблюдая за общением наших детей.
Ложное мнение о том, что фонематический слух абсолютно необходим при обучении грамотному письму, так утвердилось за последние 20 лет, что уже никто не подвергает его сомнению. Однако любой психолог, педагог или логопед может посетить школу, где обучаются глухонемые дети, у которых нет вообще никакого слуха, не только фонематического. Тем не менее, большинство из них учится грамотно, и работают они по учебникам общеобразовательных школ, читают и вполне понимают, что в них написано.»
А вот когда же все это началось?
История внедрения фонетического метода обучения чтению
Отрывок из стенограммы встречи с Людмилой Ясюковой кандидата психологических наук, руководителя лабораторией социальной психологии факультета социологии Санкт-Петербургского Государственного университета. Так же Ясюкова Л.А. руководит Центром диагностики и развития способностей.
"Надо сказать, что проблемы с образованием начались где-то в 90-е годы. До этого вроде дети учились и учились, и как проблема общественная, как проблема, которой бы занимались родители, такой проблемы не было. Если посмотреть исторически, с чего это началось, то первая ласточка или то, что у нас начало разрушать систему образования, это система обучения русскому языку и чтению Эльконина – фонетический метод. До 1982-1985 годов детей обучали зрительно-логическим методом. И я училась зрительно-логическим методом, а мои дети как раз попали на переходный период, поступили в школу в 1982 г. и в 1984 г.
Если учитывать специфику русского языка, мы говорим и слышим одно, а писать надо, как видим и по правилам. На том, что мы слышим и говорим, нам фиксироваться не надо, нам надо смотреть, как написано, и нам надо знать правила. И зрительно-логический метод был официальным до 1981-1982 годов.
Эльконин свой букварь, основанный на фонетическом методе, сделал ещё в 1961 году. Он сделал его на волне исследования фонетики в Европе и в Америке. В те годы у нас ещё были идеи переведения обучения в начальной школе с 6 лет. Попробовали новый эльконинский букварь, и получилось, что он не обучает ни чтению, ни грамоте. И отложили его как интересный лингвистический изыск, школа сказала, что не готова к такой блестящей теоретической работе, к такому сложному способу обучения и т.д. Однако Эльконин не успокоился – он и его соратники Бугрименко, Цукерман 20 лет продавливали этот букварь. Где бы они ни внедряли, что бы они ни делали, оказывалось, что дети учиться не могут. Почему удалось продавить? Официально с 1981 года было принято решение о переходе на новый фонетический букварь. Дело в том, что к концу 70-х годов уровень развития детей оказался очень высоким, к школе практически все дети умели читать. Нашим великим теоретикам, Эльконину и его последователям, и многим современным докторам наук, которые и теперь считают, что это замечательный метод обучения, непонятна элементарная вещь: когда фонетический разбор делает читающий человек, то он на самом деле работает не со звуковым составом слова, не звуки анализирует, а он знает, как слово написано, видит слово, и быстренько членит его на части и делает легко и его фонетический разбор. Если нужно, чтобы сделал фонетический разбор человек нечитающий, ребёнок, то ему приходится работать именно со звуковым составом слова, то есть он только со звуковым комплексом работает. Естественно, он не может его легко проанализировать. Когда начинали внедрять этот букварь в 60-е и в 70-е годы, то дети шли в школу в основном нечитающие, они, естественно, не могли быстро научиться делать этот фонетический разбор. Года обучения в 1-ом классе не хватало, чтобы этому научиться делать, и поэтому букварь всё время откладывали.
Но в конце 70-х годов дети пошли в школу почти все читающие. Жили мы бедно, но уровень культуры у нас был очень высокий, и, соответственно, когда пошли в школу дети читающие, первое, что сделали, кто помнит, в конце 70-х сократили начальную школу с 4-х лет до 3-х, потому что никому не надо было целый год изучать букварь. Сначала на полгода сократили букварный период, потом до одной четверти, а потом фактически детям только в сентябре упоминали про буквы и звуки. Как только в конце 70-х годов в школу пошли дети читающие, так фонетический букварь и пошёл. И быстро было принято административное решение, и с 1982 года повсеместно начался переход на новый метод обучения. Эльконин, Бугрименко и Цукерман сделали букварь, который стал базовым для всей нашей школы, и по сию пору является базовым. Многие переходить не хотели. Я знаю, Горецкий очень сопротивлялся, у него был букварь нормальный в своё время, сейчас уже тоже фонетический. И все последующие буквари, которые создавались и используются сейчас, основаны на фонетике. То есть сначала изучают звуки, со звуками работают, потом рассказывают про буквы. И с 1982 года по 85-87 года завершился переход на новый букварь и в целом на новый метод обучения русскому языку по всей стране.
Школы сопротивлялись сначала, но помогла перестройка. В перестройку мы отбрасывали всё старое, отжившее, переходили на новое, хорошее. И в образовании следовало отказаться от старых программ и методов обучения, перейти на новые, лучшие, научно обоснованные и т.д. Фактически к концу 80-х все школы полностью перешли на фонетический метод обучения. Дальше грянул экономический кризис, дефолт, и что у нас получилось: родителям некогда стало заниматься с детьми, надо было на жизнь зарабатывать, и в школу пошли дети нечитающие. Пособия, книжки покупать стало дорого, уровень развития детей резко упал. Посещение детских садов резко сократилось, потому что стало дорого тоже, и в школу пошли дети неразвитые и нечитающие. Дефект букваря сразу стал очевиден – обучить читать фонетическим методом за один год в 1-ом классе невозможно. Но какой вывод сделали? Не букварь плохой, не программа плохая, а дети плохие, у детей не развит фонематический слух. Какое приняли решение? – с середины 90-х годов начали обучать фонетическому разбору в детском саду. Стали в подготовительной группе детского сада заниматься этим фонетическим разбором как подготовкой к школе. Год занимаются – всё равно дети не успевают освоить, не усваивают всю эту премудрость и читать не обучаются. Пришли к тому, что начали обучение со средней группы, за три года дети этот фонетический разбор более-менее стали осваивать. Сейчас дети в детском саду в старшей и подготовительной группе два года занимаются фонетическим разбором, у них это официально входит в программу подготовки к школе".
Ссылка на вордовский документ с полным текстом - https://www.shevkin.ru/files/dwl_1437568529.doc Tags: Дети , Мнение , Образование , Реформаторы , Русский язык , Ясюкова Людмила
