«У него обязательно должна быть машина. Флагман. Нет флагмана ─ не понимает, значит, зачем надо работать. Но лучше ─ две машины. Это на случай, если одной потребуется ремонт. Такси я не доверяю.
Должна быть квартира в центре города. Из е*еней парни очень сложные, потому что закомплексованные.
Хороший гардероб. Лаконичные цвета. Но только без дутиков и без натурального меха. Натуральный мех, кожа противоречат моим принципам. Дутик … вообще без комментариев. Я за экологию и эстетику.
Наши вкусы в еде должны совпадать: я ем только то, что приготовлено на пару. Рыбу не ем (аллергия). Красное мясо не ем (слышала, что оно провоцирует болезнь Альцгеймера). Хлеб не ем, т.к. глютен ─ зло. Овощи ок, но не все. Огурцы не ем, например. Противный вкус у них. Соки не пью. Минералку пью. А за едой ─ разбавленное красное (выбираю вино я сама, это мой строгий принцип). Я никогда ничего дома не готовлю сама. И ему тоже не нужно. Дом будет для нашего отдыха, а не для торчания у плиты, не для запахов, как из «рестика».
Так, еще! Он должен быть высоким и накачанным парнем. Я, знаете ли, не «кожа да кости», ─ мне нужно быть уверенной, что не уронит, сам не упадет, когда на руки брать будет. Светловолосого хочу. И чтобы был некрашеный, от природы атлетичный блондин. Без посещения спортзала, ─ там же одни ш*лавы, а я ревнивая. И, да, чуть не забыла. Зубы чтобы у него были свои. Зубы делать дорого. И чтобы брился два раза в день именно в душе (в раковине волосинок я не потерплю ─ бесят…). Да и не целую я «небритышей», у меня кожа гиперчувствительная…».
Приведенный мною пример ─ лишь гипотетический. Утрированный. Однако аналогичных ему случаев, но уже из реальной жизни, встречается очень много.
И такого рода ситуации проявляют себя не только при поиске мужчины женщиной, но и при поиске женщины мужчиной.
И самое главное касательно приведенного примера ─ далеко не всегда высокие требования являются залогом встречи с подходящим партнером, как и залогом успешных отношений.
Почему?
Отвечая на вопрос «Почему?», я обозначу три варианта, которые можно назвать неосознаваемыми блокировками собственного благополучия в виде высоких/завышенных требований к будущему партнеру.
Первый.
Когда высокие требования есть проекция собственных необнаруженных качеств личности или нереализованных целей, потребностей и желаний (нераскрытый потенциал личности) на партнера.
В таком случае за высокой планкой выбора стоит невротическая компенсация, за счет которой человек хочет (до-)получить то, что не может дать себе сам ─ некий личностный дефицит.
Зачем самому закрывать свои потребности, если можно делать это силами партнера, выбирая подходящего из множества?
А затем, что любого дееспособного человека характеризует, как взрослую, зрелую личность, именно его умение своими силами закрывать свои потребности. В противном случае вместо поиска партнера осуществляется неосознанный поиск символического опекуна/родительской фигуры, на которую будет делегирована функция заботы о себе, в то время как эта функция у психологически гармоничного человека работает без потребности в переносе ответственности за свой комфорт на другого человека.
Допустим, когда женщина выбирает для себя финансовую зависимость от супруга, игнорируя личностное развитие, активность за пределами быта и домашних дел, а также необходимость иметь какую-либо профессию, как базу своей соц реализации («А для чего мне учиться на кого-то? У меня муж есть…он работает, меня обеспечивает»), то контакт супругов в таком браке окрашен, как правило, моделью детско-родительских отношений, где роль Ребенка отводится не только детям, но и партнерше/супруге, несмотря на то, что она является взрослой и дееспособной женщиной/женой/матерью. Личностью.
Почему такая модель деструктивна, если она человека полностью устраивает?
Потому что иллюзия комфорта устраивает до первого столкновения с ее «побочкой» ─ с реальностью.
Почему данная модель ─ лишь иллюзия комфорта?
Дело в том, что у любой подобной инфантильной (мировоззренческой) позиции, где нужды взрослого человека преимущественно удовлетворяет другой взрослый (партнер/партнерша), может быть слишком высокая цена ─ лишение контроля и свободного выбора. Ведь, выбирая в партнере функции опекуна, человек становится зависим от него, потому что, отказываясь от удовлетворения тех или иных своих потребностей своими силами, он делегирует ему свои личные значимые аспекты жизни, а сам остается в стагнации без права строить свое счастье так, как хочет он.
Он подчинен воли другого человека негласным риском остаться без довольств.
Он за себя не отвечает. За него отвечает тот, кто его обеспечивает.
Дети же не предоставлены сами себе. В том числе, и «взрослые дети».
Такая модель отношений, где собственные возможности подавлены/спроецированы на фигуру условного опекуна, привела в тупик немало людей, когда их брак/отношения (в котором они были инфантильны и зависимы) терпел крах (увы, чаще всего это неизбежно в силу дистанции интересов и нагнетания конфликта этой дистанцией) ─ приходилось вспоминать о своей дееспособности и формировать свою зрелость с нуля, быстро-быстро «взрослея».
Не всем это дается легко. Большой стресс ─ столкнуться с правдой жизни в критический ее момент.
По этой причине так важно не отдавать другому контроль за свое счастье, перенося ответственность за обеспечение своего благополучия на другого человека, а учиться давать самому себе необходимый базис: тогда поиск партнера с высокими критериями не будет нести в себе функцию спасения от тягот взрослой жизни.
У высоких требований ─ не менее высокая цена.
Второй.
Когда высокие требования не являются проекцией, но они не были озвучены на «берегу», на старте отношений. И тогда развитие отношений строится на постоянном разочаровании, потому что ожидания (неозвученные партнеру, но при этом все равно требуемые от него) могут не совпадать с данностью.
В попытке исправить это в силу нередко вступают манипуляции, ухищрения, как «нелегальные» способы получить желаемое (манипуляция ─ вариант нарушения границ другого человека). Что в итоге только усугубляет проблему и чаще всего приводит пару к решению устранить деструкцию, прекратив сами отношения.
Если к потенциальному партнеру есть требования, нужно обозначать их заранее, до того, как пара стала, например, вести совместный быт. Не нужно допускать, чтобы каждый из партнеров тратил время и нервы зря на ожидание того, о чем даже не было предварительного разговора/договоренностей, если можно открыто обозначить свои ожидания, чтобы оба могли сразу оценить объективно ситуацию и решить, подходит им такой вариант, или нет.
Это важный принцип создания экологичных отношений, где проявляется не только уважение к другому, но и здоровая забота о себе.
Никто не вправе требовать от человека того, чтобы он соответствовал чужим ожиданиям.
Без принятия трудно строить комфортный союз.
Третий.
Когда высокие требования представляют собой страх совершить ошибку, ошибиться с выбором, и оттого формируют потребность перестраховаться, достичь максимума, найти идеал, ложно полагая, что многофакторный фильтр по требованиям к будущему партнеру является гарантией благополучия.
Здесь важно сразу признать, что нет никаких гарантий в жизни. Ни у кого. Ни в чем.
Завышенные требования создают лишь иллюзию лучшего, более выверенного выбора, этакий недосягаемый фантом, не обнаруживая который в реальной жизни (что закономерно, ибо идеалов в природе не существует), человек разочаровывается и страдает.
В этом явлении просматривается конфликт: убегая всеми силами от страдания, перестраховываясь от неудачи высокой планкой требований, человек в итоге все равно получает то, от чего бежит, сломя голову ─ страдание.
Страдание от нереализованной цели.
От одиночества.
От низкой самоценности, которая фонит сквозь череду иррациональных выборов.
И от потери смысла.
Самое обидно, что даже, несмотря на тщетность подобных попыток найти свой идеал (а на безрезультатный поиск порой уходят годы, десятки лет жизни, которые уже никак не вернуть), свою стратегию человек редко меняет.
Почему человек добровольно выбирает страдание?
Запомните, друзья, никогда человек не выберет для себя боль, если в ней нет выгоды для него (даже если он ее не осознает).
Сверхтребовательность, которая годами не дает встретить партнера и создать обоюдно комфортно отношения, может выступать попыткой снять ответственность за свою личную неготовность к зрелым отношениям (тогда это будет проявлением контрзависимости, как возможного маркера нерешенных проблем из прошлых отношений или из сложного детско-родительского бэкграунда).
Завышенные требования помогают отыграть тот или иной невротический сценарий (сформированный по причине активированных/неотреагированных травмирующих переживаний прошлого); они помогают дистанцироваться от того, что воспринимается в силу травмы угрозой ─ уязвимость в близких отношениях.
Страх отвержения так доминирует и управляет человеком, когда в прошлом, чаще в детстве, в ответ на проявленное доверие к значимой взрослой фигуре был получен остро негативный отклик, боль, сложнопереносимое переживание.
Боль в ответ на открытость зафиксировалась психикой, как уязвимость при контакте с другими, которую нельзя допускать вновь. И далее психика стала оберегать человека от возможных повторов пережитой травмы (от ретравматизации) за счет создания искусственных трудностей при малейшем возможном риске эмоционально близких отношений (равнозначных уязвимости), уже однажды причинивших боль в прошлом.
Такими искусственными трудностями может выступать слишком высокая планка при выборе партнера, потому что она ─ действенная защита от страха отвержения, знакомого с детства, за счет сокращения до минимума своих шансов встретить подходящего человека и построить с ним отношения с учетом очень высоких требований.
Мало шансов встретить партнера под свою высокую планку критериев, а значит, и мало шансов снова обжечься от уязвимости, которую нельзя избежать в отношениях.
Получается, что завышенные требования к другому ─ своеобразный щит от близких отношений, которых травмированный человек очень боится.
И, значит, постоянное разочарование из-за сложного поиска потенциального партнера под завышенные требования, которое заставляет человека страдать, может выступать его скрытой выгодой, поскольку оно реализует собой невротическую защиту от риска стать уязвимым и отвергнутым, если нужный партнер найдется.
Максимально высокая планка «обещает», что партнер под нее скорей всего не найдется, и риска уязвимости не будет.
Но осознавая эту выгоду, а значит, и истинную причину своих требований к партнеру, которые могут быть несоразмерны реальным обстоятельствам (допустим, несепарированному от матери мужчине, сложно будет строить отношения с личностно зрелой женщиной: он будет переносить на нее переживания, адресованные первично матери, с которой созависим), можно сделать уже шаг вперед навстречу себе и своему комфорту, к своим настоящим целям и к их достижению.
Но осознать свою выгоду от происходящего бывает очень непросто, так как срабатывает самосаботаж. Например, такой:
- с одной стороны активна установка (чья установка?) ─ вроде тех, что про «часики тикают», ─ побуждающая к поиску партнера даже порой вопреки личной потребности в этом, словно брак это самоцель;
- а с другой стороны присутствует страх/перестраховки, продуцирующие завышенные требования к потенциальному партнеру, блокирующие установку на поиск партнера.
«Надо (найти партнера)/хочу (ничего не менять, никого не искать)», ─ вот какого типа конфликт может стоять за подобным самосаботажем: разыскивая свой идеал с большим количеством условий, человек тем самым создает для себя риск не найти кандидатуру для отношений, т.е. он сам, не осознавая того, саботирует свое же желание.
В таком случае можно также исследовать саму потребность в поиске партнера ─ насколько она будет актуальна вне скрытой/невротической выгоды?
Если, допустим, научиться давать себе то, что человек ждет от потенциального партнера, останется ли тогда нужда в партнере, будут ли тогда столь же высоки его требования к нему или нет?
Не компенсирует ли сложный поиск что-то более значимое для человека?
Быть может, проблема поиска партнера выступает не столько защитой от уязвимости, сколько «ширмой» от контакта с нечто отталкивающим, труднопереносимым, вытесненным в себе.
И это тоже будет скрытой выгодой реализуемых человеком трудностей.
В таком случае не будет ошибкой, если подробно исследовать то, от чего у человека может срабатывать защита силами сверх-требовательного отношения к другому?
С чем она его примиряет?
От чего дистанцирует и/или, напротив, с чем сталкивает?
Как самостоятельно исследовать выгоду от завышенной требовательности при выборе партнера?
Для начала нужно убедиться, является ли требование при поиске партнера завышенным/иррациональным/невротическим, или оно несет в себе принцип здорового выбора?
Это можно сделать, анализируя первично себя, свою картину мира и уровень личностной зрелости на соответствие качествам, искомым в потенциальном партнере ─ если человек ищет в другом именно то, что ему не достает в себе, чего у него нет (или есть, но не обнаруживается), то с большой вероятностью его требования могут быть завышенные в силу нужды в компенсации недостающего в себе за счет другого человека.
Гипотетический пример: мужчина интуитивно ищет партнершу, обладающую каким-либо талантом (фокусируется только на определенных женщинах, соц кругах, смежной области интересов и т.д.), так как свой собственный талант им был подавлен в более раннем опыте из-за деструктивной обстановки в семье. У него срабатывает проекция, уводящая его в систему ложных невротических потребностей. Ведь, разыскивая свой идеал, он ищет не женщину. Он ищет контакт с талантом, с общением успеха. Только не в другом человека, а в самом себе.
Обнаружив «корень» своих потребностей, получится отделить чужие установки/интроекты или невротические побуждения/проекции от истинных своих желаний и нужд.
Сказка ─ ваш помощник в поиске комфортных отношений
Если вы обнаружили или вот-вот обнаружите, что ваше столь устойчивое прежде желание найти человека для отношений только по четко выверенному фильтру условий/качеств/критериев больше не находит у вас отклика, как значимая цель, или желание изрядно трансформировалось, а, может, и цель стала совсем другой, значит, вы вышли на тропу, ведущую вас к себе.
К себе-Настоящему.
Этот путь проходит через густой дремучий «лес» бессознательного поля личности, где годами хранится все, что пугает и отталкивает в себе, но при этом является частью самого себя и нуждается в признании этой частью, нуждается в интеграции в структуру Я.
На этом этапе сказка может стать добрым другом и показать то, что скрыто ─ бережно и с пользой.
Вспомните, пожалуйста, свою самую любимую сказку и ответьте себе на вопрос: как герой или героиня этой истории справляется с трудностями по сюжету, к каким способам помощи себе он или она обращаются, чтобы решить проблему безопасно и эффективно?
Сопоставьте свою ситуацию и то, как вы ее решаете, с тем, как решает проблему герой или героиня вашей любимой сказки.
Подумайте, подошел бы вам такой способ решения, как у героя/героини? Почему?
Как можно было бы интегрировать его в свою жизнь экологично, чтобы помочь себе?
Также стоит вспомнить о том, как обычно сказках и других литературных, фольклорных, мифологических, социокультурных примерах заканчиваются истории невест с завышенными требованиями к женихам (или истории женихов с завышенными требованиями к невестам)?
Как эти архетипические герои/героини находят выход из трудностей при выборе партнеров?
И что происходит с ними, если они не выбирают путь изменений к лучшему?
Для практики ─ подумайте, как, на ваш взгляд, можно было бы изменить итог (для чего изменить? и нужно ли его менять?) крайне тщательных поисков разборчивой невесты из одноименной басни Крылова:
«Невеста-девушка смышляла жениха:
Тут нет еще греха,
Да вот что грех: она была спесива.
Сыщи ей жениха, чтоб был хорош, умен,
И в лентах, и в чести, и молод был бы он
(Красавица была немножко прихотлива):
Ну, чтобы всё имел — кто ж может всё иметь?
Еще и то заметь,
Чтобы любить ее, а ревновать не сметь.
Хоть чудно, только так была она счастлива,
Что женихи, как на отбор,
Презнатные катили к ней на двор.
Но в выборе ее и вкус и мысли тонки:
Такие женихи другим невестам клад,
А ей они на взгляд
Не женихи, а женишонки!
Ну, как ей выбирать из этих женихов?
Тот не в чинах, другой без орденов;
А тот бы и в чинах, да жаль, карманы пусты;
То нос широк, то брови густы;
Тут этак, там не так;
Ну, не прийдет никто по мысли ей никак.
Посмолкли женихи, годка два перепали;
Другие новых свах заслали:
Да только женихи середней уж руки.
«Какие простаки»
Твердит красавица: «по них ли я невеста?
Ну, право, их затеи не у места!
И не таких я женихов
С двора с поклоном проводила;
Пойду ль я за кого из этих чудаков?
Как будто б я себя замужством торопила,
Мне жизнь девическа ничуть не тяжела:
День весела, и ночь я, право, сплю спокойно:
Так замуж кинуться ничуть мне не пристойно».
Толпа и эта уплыла.
Потом, отказы слыша те же,
Уж стали женихи навертываться реже.
Проходит год,
Никто нейдет;
Еще минул годок, еще уплыл год целой:
К ней свах никто не шлет.
Вот наша девушка уж стала девой зрелой.
Зачнет считать своих подруг
(А ей считать, большой досуг):
Та замужем давно, другую сговорили;
Ее как будто позабыли.
Закралась грусть в красавицыну грудь.
Посмотришь: зеркало докладывать ей стало,
Что каждый день, а что-нибудь
Из прелестей ее лихое время крало.
Сперва румянца нет; там живости в глазах;
Умильны ямочки пропали на щеках;
Веселость, резвости как будто ускользнули;
Там волоска два-три седые проглянули:
Беда со всех сторон!
Бывало, без нее собранье не прелестно;
От пленников ее вкруг ней бывало тесно:
А ныне, ах! ее зовут уж на бостон!
Вот тут спесивица переменяет тон.
Рассудок ей велит замужством торопиться:
Перестает она гордиться.
Как косо на мужчин девица ни глядит,
А сердце ей за нас всегда свое твердит.
Чтоб в одиночестве не кончить веку,
Красавица, пока совсем не отцвела,
За первого, кто к ней присватался, пошла:
И рада, рада уж была,
Что вышла за калеку»
Если вопрос завышенных требований к потенциальному партнеру/партнерше для вас актуален сейчас (или в целом ─ есть проблемы с поиском партнера/партнерши), то попробуйте проанализировать разные архетипические тематические сюжеты, сравнить их с личной историей и, быть может, у вас появятся очень любопытные отклики из глубин психики.
Наша самая мудрая часть личности ─ наше прекрасное бессознательное ─ всегда находит для нас ценные, нужные ответы.
В нас самих.