Иногда снятся такие сны, которые очень быстро забываются, хотя проснувшись посреди ночи всегда обещаешь себе запомнить их, записать утром… но увы, проснувшись под будильник, сон улетучивается, как будто его и не было…
Но посреди дня, внезапно, неожиданно, яркой искрой вдруг промелькнет краткое как миг напоминание о чем-то очень хорошем, теплом и родном.
Сегодня мне снилась прабабка Варя. Хорошо помню надетый на её седую с жиденьким пучочком голову белоснежный ситцевый платок, завязанный на ровный узелок под острым подбородком.
Рукава застиранной видавшей виды рубахи неопределенного цвета, закатанные по самые тощие локотки. Плюшевую юбку, то ли коричневую, то ли черную, замызганную вусмерть на скотном дворе. И чувяки, стоптанные, не ясно какого размера, наверное ещё дед Колины, надетые на босые ноги; в любое время года баб Варя ходила с голыми ногами.
Сама баб Варя во сне мне улыбалась, она вообще часто улыбалась, была задорной и приветливой всегда. Смотрела на меня снизу вверх, согнувшись от своего ревматизма ровно пополам. Опиралась на калиновый падожок, с отполированным за долгие годы темляком.
В этом сне я не поняла своего возраста, но было ощущение, что это происходит сейчас, когда я уже очень взрослая. Мы стояли с ней в темных сенях, вроде бы я зашла с уличного красного крыльца, а она поднялась от скотины, может, яйца от куриц ходила отбирать. Слева из-под двери в «крытый крылец» пробивался лучик света.
Больше ничего не помню, заспала. А ведь мы с ней говорили о чем-то…
Последний раз я писала поминальную записку, когда ездила в Белбаж. Всегда пишу за них, как-то получается ровно, восемь на небе и восемь на земле, вот и вся родня.
Но, скорее всего, приснилась мне баб Варя не из-за поминальной записки, а из-за раздобытых недавно фотографий моих кеславских родственников, которые я очень долго я ждала. Свершилось, теперь пятьдесят снимков в моем архиве.
Заодно узнала новое. Баб Варя в возрасте 14 лет была отдана в служанки богатой барыне в Казань. Как уж её туда занесло, неизвестно, говорят ехали проездом к татарам какие-то люди, вот и прихватили маленькую девку. Но только прожила она в услужении около 1,5 лет.
Барыня была молоденькая, к Варе относилась хорошо, только вот никак не хотела новое ведро купить. Воду привозили на телегах, колодца рядом не было. За водой Варя ходила с дырявым ведром и обратно приходилось быстро бежать, затыкая худенькой ладошкой дырочку. А барыня приговаривала «купим-купим тебе Варюшка новое ведро, купим-купим…»
Так же удивительно была возвращена Варя и в Кеславь. Кем и почему неизвестно, но на прощание барыня подарила ей свою фотокарточку. А вот ведра так и не купила!
Теперь у меня есть и фотография баб Вари в молодости. И я знаю ее девичью фамилию - Конатьева Варвара Алексеевна. На обороте написано «На память дочери Тани от мамы. Фотографировалась 13 февраля 1944 года. Береги дочь», эту карточку она подарила своей дочери Татьяне, моей баб Тане.
Кто подписал? Неизвестно. Баб Варя вроде как и не знала грамоты. Да и в подписи отсутствуют знаки препинания, не сразу я поняла, какую дочь беречь? Оказалось, что карточку беречь надо, «дочь» это обращение, запятой не хватает.
Есть фото молодого прадеда Коли, её мужа, он кривой, ему кнутом в молодости глаз выбили, когда пастухом был. Тоже с подписью «На память доч. Тане от папы 27.III.1944»
Пока я ещё не нашла достаточно времени, чтобы все рассмотреть и систематизировать, но обязательно сделаю эту работу. Мне надо.
#история_моей_семьи
#света_шестова
#все_это_однажды_случилось
2023