[ Смотреть видео на сайте НТВ ]
Ровно 20 лет назад было открыто движение по Северомуйскому железнодорожному тоннелю — самому длинному в России и важнейшему для всей Байкало-Амурской магистрали. Чтобы проложить его, потребовалось больше четверти века. Каких усилий это стоило, хорошо помнят труженики БАМа, которые посвятили легендарной стройке всю жизнь.
Когда речь заходит о Байкало-Амурской магистрали, многие представляют километры рельсов, проложенные наперекор природе в условиях вечной мерзлоты. Но эти четыре тысячи километров — история не только про поезда. На эту тонкую в масштабах Сибири нить железной дороги словно бусинами нанизаны судьбы людей, которые посвятили БАМу почти всю свою жизнь и, став «бамовцами», даже после завершения стройки века все равно не захотели отсюда уезжать.
Что нам стоит БАМ построить, Виктор Фёдорович знает не понаслышке. Его линия жизни — это и есть БАМ. Еще с семидесятых годов. В руках — фотография двух бригадиров, которые руководили так называемой сбойкой Северомуйского тоннеля в 2001 году.
Виктор Гаценко, почетный гражданин Бурятии: «И бурили, и взрывали, и грузили. Конечно, труд тяжелый, но мы привыкли к этому, мы горняки».
Чтобы понять, какое значение имеет Северомуйский тоннель для всей Байкало-Амурской магистрали, нужно посмотреть на карту. БАМ проходит к северу от Транссиба через Восточную Сибирь и Дальний Восток. По пути эта магистраль — одна из самых крупных во всем мире — пересекает 11 крупных рек и 7 горных хребтов. Долгое время именно Северо-Муйская гряда оставалась непроходимой для тоннелестроителей. 15 тысяч 343 метра они прорубали в общей сложности 26 лет.
Северомуйский тоннель — самый длинный в России — сократил путь через перевал с 56 километров до 15, то есть почти в четыре раза. Время в пути всего 25 минут вместо двух с половиной часов.
Виктория Бирюков, начальник участка Северо-Байкальской дистанции пути по обслуживанию тоннелей: «На данный момент пропускная способность тоннеля порядка 14–16 пар поездов в сутки. Основная проблема — борьба с водой, борьба с загрязнениями».
Та же проблема была и в прошлом веке. Северо-Муйский хребет относительно молодой, внутри — много разломов, и грунтовые воды регулярно врывались в тоннель. Это сейчас ветераны БАМа вспоминают с улыбкой, как они боролись с горой, которая не хотела их пропускать, стоя в шахте по колено или даже по пояс в воде. Но тогда горнякам, проходчикам и электрикам было не до шуток — это была очень опасная работа.
Николай Добханов, председатель Совета ветеранов Муйского района Бурятии: «Форма одежды была — сапоги, трусы и каска. Да, так работали — по пояс в воде».
Те, кого такие условия не пугали, приезжали на «стройку века» со всей страны. Постепенно платочные лагеря и лесные времянки превращались в поселки, потом разрастались в города. Так было и в Северомуйске, который считается столицей всех тоннелестроителей России.
Формально движение по всему БАМу запустили еще до открытия Северомуйского тоннеля. Пока горняки пробивались через гору, вокруг железнодорожники прокладывали уникальный рельсовый серпантин с перепадами высот до 40 метров на один километр.
На втором обходе тоннеля построили полукруглый виадук через реку Итыкит. Уникален он, не только потому что отсюда открывается роскошный вид на горы, но и за счет специальных двухъярусных опор высотой более 30 метров. Этот знаменитый виадук — одна из визитных карточек БАМа, именно он считается самым красивым и необычным мостом всей Байкало-Амурской магистрали.
Александр Станков, горный техник, строитель Северомуйского тоннеля: «БАМ — это наша жизнь, это наши достижения, это наша мечта, которую мы осуществили».
Виктор Гаценко: «Говорили, что БАМ — это дорога в никуда. Ерунда это все. А трудности… У кого их тогда не было? Преодолевали. Знали — зачем и куда».
Сегодня однопутный БАМ — это не просто памятник советской эпохи. Это стратегическая магистраль на восток страны, и сейчас здесь прокладывают дополнительные вторые пути. А вместе с ними Байкало-Амурская магистраль словно обретает вторую жизнь. И на то, что новая стройка поможет оживить и десятки бамовских поселков, очень надеются те, кто почти всю свою жизнь посвятил этой железной дороге.