Я вам прекрасного принес, друзья мои. Да что там прекрасного! Это прекрасное настолько прекрасно, что ремни пристегивать надо. К креслу. Ибо у думающих людей от столь прекрасных мыслей турбированный двигатель позади самообразуется, самозаводится и пытается из транспортироваться в стратосферу.
Бомбануть может от такого, короче.
«Братьев Карамазовых», наверное, читали? Если не читали, вас осуждать не буду, Достоевский — писатель не из лёгких (Лесков, на мой взгляд, ещё тяжелее, но это на мой), потому сам я Достоевского читал, давя себя и через строчку, а комментировать и толковать его произведения не буду (ибо не критик, и каждый в них свои смыслы может найти).
Ну так вот, есть в братьях Карамазовых очень сильные строки. О слезах ребенка.
Мол, счастье мира не стоит одной слёзы невинного ребенка.
Эти строки слыхали даже те, кто Достоевского обходит по широкой дуге. Или кто о Достоевском не слышал. Мне однажды француз пытался цитировать их вольный перевод в вольном изложении и доказывал, что автор — Вольтер Бессмертный. Я у него спросил — может быть Руссо? Француз был сговорчивым, сказал что хоть Талейран, ему без разницы кто, но как верное, как верно.
Я весь отрывок приводить не буду, потому что правила сейчас на платформе жёсткие, Достоевский может вызвать подозрения и даже больше. Потому в урезанном, уцензуренном варианте напомню:
– Эту бедную пятилетнюю девочку эти образованные родители подвергали всевозможным истязаниям… дошли и до высшей утончённости: в холод, в мороз запирали её на всю ночь в отхожее место, и за то, что она не просилась ночью… И эта мать могла спать, когда ночью слышались стоны бедного ребёночка, запертого в подлом месте! Понимаешь ли ты это, когда маленькое, существо, ещё не умеющее даже осмыслить, что с ним делается, бьёт себя в подлом месте, в темноте и в холоде, крошечным своим кулачком в надорванную грудку и плачет своими кровавыми, незлобивыми, кроткими слёзками к „боженьке“, чтобы тот защитил его, — понимаешь ли ты эту ахинею, друг мой и брат мой, послушник ты мой божий и смиренный, понимаешь ли ты, для чего эта ахинея так нужна и создана! …. Да весь мир познания не стоит тогда этих слёзок ребёночка к „боженьке“… Пока ещё время, спешу оградить себя, а потому от высшей гармонии совершенно отказываюсь. Не стоит она слезинки хотя бы одного только того замученного ребёнка…
Я не зря отрывок привёл. Просто слезинка замученного ребенка и слезинка ребенка — это ведь, как безграмотно, но точно говорят, две большие разницы, не так ли?
До меня – да, но не для всех, не для всех.
После вчерашней публикации знакомые (спасибо что читают) высказали мне, что да, мать молодого человека копирует, конечно, и надо было ей решать дело иначе, но, внимание!
ДЛЯ ЛЮБОЙ МАТЕРИ ВЕСЬ МИР НИЧТО В СРАВНЕНИЕ СО СЛЕЗАМИ ЕЕ РЕБЕНКА.
Потому когда деточка плачет, да, его слёзки надо унять. Страдает — сделать счастливым. Ведь ребенок.
На этом месте у меня и начало подгорать.
Ну, ребенок, да. У самого двое. Сам терпеть не могу детские слезы. Они у меня изначально вызывают приступ резкого беспокойства, потому всегда стараюсь их купировать.
При этом есть разные способы остановки слез. И разные причины заплакать. Если ребенок плачет от боли или обиды — это одно. Все возможное и законное сделаю, чтобы не плакал. Возможно, и незаконное. Не знаю, с необходимостью УК нарушать не сталкивался просто. А если от капризов, с целью манипуляции — то это, миль пардон, совсем-совсем другое. Пусть хоть урыдается тысячами слезинок.
Может быть, я жестокосердный. Но эти тысячи манипулятивных слезинок не стоят как раз абсолютно ничего.
А высказывание Достоевского извратили. Потому что каждый видит свои смыслы. Тяжёлый писатель…
Мне кажется, если бы он знал, как вывернули смысл им написанного, то пришёл в ужас.