Найти в Дзене
Евгений К.

Глава X Вольные хлеба Ч.1

апрель 2002 г., г. Мелучинск Съёмная комната в общежитии не шла ни в какое сравнение с теми условиями, в которых они жили, пусть даже и вдалеке от города, но всё же в квартире, поэтому поиск подходящего угла был начат практически сразу. Накопить необходимую сумму, на съём двухкомнатной квартиры в уютном месте города, в непосредственной близости от Комсомольского озера, располагавшегося практически в центре города, удалось только через несколько месяцев. Надя продолжала работать на рынке, а Игорь окунулся в поиск работы. Как оказалось, он с этим ещё не сталкивался, реформа по отмене крепостного права, начатая в 1861 году, не была завершена от слова «совсем», вплоть до конца XX века! Правда, институт «приписных крестьян» к заводам и фабрикам заменили словом «прописка» и соответствующим штампом в паспорте, с отметкой о той же приписки, но уже к населённому пункту, отчего суть происходящего не изменилась ни на йоту! Как раньше нельзя было бросить одну мануфактуру или завод и уйти на другой

апрель 2002 г., г. Мелучинск

Съёмная комната в общежитии не шла ни в какое сравнение с теми условиями, в которых они жили, пусть даже и вдалеке от города, но всё же в квартире, поэтому поиск подходящего угла был начат практически сразу. Накопить необходимую сумму, на съём двухкомнатной квартиры в уютном месте города, в непосредственной близости от Комсомольского озера, располагавшегося практически в центре города, удалось только через несколько месяцев. Надя продолжала работать на рынке, а Игорь окунулся в поиск работы. Как оказалось, он с этим ещё не сталкивался, реформа по отмене крепостного права, начатая в 1861 году, не была завершена от слова «совсем», вплоть до конца XX века! Правда, институт «приписных крестьян» к заводам и фабрикам заменили словом «прописка» и соответствующим штампом в паспорте, с отметкой о той же приписки, но уже к населённому пункту, отчего суть происходящего не изменилась ни на йоту! Как раньше нельзя было бросить одну мануфактуру или завод и уйти на другой, так и сейчас лишившись прописки или имея прописку в другом регионе устроиться на работу оказалось невозможно. Но не стоит отчаиваться, действие-то происходит в России, а это значит, что безвыходных ситуаций не бывает! В подобной ситуации, скорее всего, порядочный бюргер, наложил бы на себя руки, а среднестатистический маори, в Новой Зеландии, продал бы себя в рабство. Но, повторюсь, — действие происходит в России, а это значит прописку можно было купить — об этом нескончаемой бегущей строкой, рассказывал телевизор или получить, заключив фиктивный брак. С каким бы чувством юмора ни относился Игорь к официальному статусу бомжа, но само осознание своего места под солнцем, вернее, места и безвыходной ситуации, в которой он оказался, заставляло мозг принимать самые неординарные решения. Поскольку стоимость прописки в месяц, практически соответствовала стоимости снятия квартиры и одновременно средней заработной плате в месяц, а фиктивный брак не рассматривался как таковой он обратился к знакомым сотрудникам МВД. Друзья, в свою очередь, не без удивления его ситуации, отправили его, к своим знакомым, в «Социальный центр по оказанию помощи лицам без определённого места жительства». Такими «несложными» манипуляциями Игорь стал счастливым обладателем прописки в городе Мелучинск, не за восемь тысяч рублей в месяц, а за двадцать четыре копейки, государственной пошлины, за целый год. Побочные эффекты тоже были — при приёме на работу изумление и удивление вызывала аббревиатура места жительства «Социальный центр помощи лицам БОМЖ». Но главное — акция с пропиской в богоугодном заведении была одноразовая и прописаться на второй год было невозможно. По всей видимости, Государство считало свою миссию, по оказанию помощи выполненной, а карму просветлённой. Ровно за год, по замыслу законотворцев, то есть за отпущенный льготный период, бомж должен был или приобрести квартиру, женится на имеющей квартиру хантыйке, или, на худой конец, далее покупать прописку ежемесячно, у желающих подзаработать. Игорь, давно отделяя, понятия Родина и Государство, в очередной раз убедился, что второе — это дурдом, за лоском которого скрывается полное отсутствие даже намёка на справедливость и равенство, а всё, что ты можешь добиться это не благодаря, а вопреки этому самому Государству.

Тем не менее его с распростёртыми объятьями приняли на работу, на винно-водочный склад, в должности, носившую гордое наименование — кладовщик-комплектовщик. Как оказалось, текучка кадров на данном предприятии была более чем оправдана отношением руководства, задержками заработной платы, всевозможными переработками и дополнительными нагрузками, но коллектив, в который попал Игорь, с лихвой компенсировал многие нюансы. Совершенно разные, но добрые, с прекрасным чувством юмора, казалось, они ходили не на работу, а для того, чтобы выполнять какие-то обязанности, а только, чтобы встретиться друг с другом, для того чтобы подшучивать друг над другом и просто отлично проводить время — своего рода клуб по интересам. Это удивительно, но их тянуло на работу, ведь это была встреча с друзьями!

«Игорь, дружище, — обратился Сашка Юдин, — ты как с компом дружишь? Давай Валерку разыграем! Смотри, что у меня есть», — он ткнул пальцем в экран монитора, на котором красовалась пара — мужчина сидел на стуле, похожем на стулья, которые находились в помещении кладовщиков, со сложенными руками на коленях, а за его спиной стояла очень презентабельная девушка, с ярко-голубыми глазами и белоснежными локонами волос. Картину дополняла главная деталь, на которой автор сделал наибольший акцент –дама была топлес, а её шикарная грудь покоилась на плечах мужчины. «Если ты сможешь вставить фото лица Валерки Деточкина, вместо этого хмыря, то я с удовольствием распечатаю, и мы обклеим весь склад, фотографиями форматом А1, с надписью — „Осторожно мошенники“, или — „Гордость винно-водочного склада“ — круто?» — заливаясь смехом и размахивая руками, рисовал он картинки достигнутого эффекта. Всего час потраченного, рабочего, времени и вот уже десять листов огромного формата выскочили из производственного принтера. Склад преобразился моментально! То тут, то там можно было наткнуться на практически произведение искусства, в исполнении одного из сотрудников, с поясняющей, для не посвящённых и далёких от высокого искусства, тружеников, припиской, что именно изображено на холсте и как это необходимо трактовать. Стоит ли говорить, что руководство среднего звена в лице, заведующего складом, недоумевало, некоторое время от осознания того, что их любимый склад, в одночасье превратился в выставку одного художника, и осознав, что время работает не в его пользу, незамедлительно ринулось искать изображённого героя. Деточкин, тем временем мирно и трудолюбиво, абстрагировавшись от всего сущего, собирал заказ из нескольких сотен, разноцветных бутылок, для очередного магазина. Тем временем по странному стечению обстоятельств, неизвестному ни Игорю, ни Сашке, звёзды сошлись не в пользу Валерия — за ним пришла его супруга. Можно было только догадываться что она рассчитывала, видимо, на романтическую прогулку с работы домой, а может, просто не доверяла ситуации, когда любимый супруг, коллектив и винно-водочный склад останутся наедине, втроём, после окончания рабочего дня. Тем не менее первое кого увидел Владимир, влетая в комнату кладовщиков, подстёгиваемый отборным матом Толика — заведующего складом, была его дражайшая половина, со стулом наперевес. Как оказалась, барышня всем была хороша, но чувство юмора у неё отсутствовало, как таковое, — простительный, но досадный минус любой девушки. Принятие изображения на холсте истиной в первой инстанции вариантов на дальнейшую совместную жизнь не оставляло никаких, поэму следующий месяц Валерка жил как царь — один в хоромах, то есть пустой квартире, лишь иногда сетуя, на то, что у него не получилось приготовить то или иное блюдо. Отдельную тоску у него вызывала уверенность в том, что супруга, и он в этом абсолютно уверен, живя в соседнем микрорайоне с родителями, ни в чем себе не отказывала и готовила лучше и каждый день. Более того, любая попытка, со стороны Валерия, на примирение встречала жёсткий отпор, сначала со стороны тёщи, а уж потом со стороны его суженой. Правда в этом был и интригующий плюс — тесть, видимо, поспорив, с кем-то, на никому не ведомые сокровища, в случае перемирия молодых, пообещал тут же купить Валере новенькую автомашину ВАЗ. Одна мысль о подобной награде несла ноги изгоя в соседний микрорайон и если бы не работа, то почти наверняка можно было предсказать, что он перебрался бы в люк теплотрассы, у подъезда любимой, чтобы откуда фонтанировать просьбами о пощаде, двадцать четыре часа семь дней в неделю. «Города берут обаянием», — как мантру повторял общий друг и в очередной раз, после работы, шел на свой пост — лавочку возле подъезда любимой, предварительно нацепив маску искреннего раскаяния и испачкав куртку складской пылью. Одного взгляда на раскаявшегося грешника было достаточно, чтобы вызвать чувство сострадания и человеколюбия практически у всех жителей города, редкий прохожий не испытывал желания посочувствовать, приободрить страдальца, но крепость сопротивлялась.

Друзья, если вам понравилась прочитанная глава, не забудьте поставить лайк! (Вам ведь понравилось прочитанное, а я об этом узнаю и мне будет приятно.)

Приобретать книгу совершенно необязательно – обещаю, я выложу её всю на своём канале бесплатно!

Но если я вас не переубедил и вам не терпится узнать всю историю или вы хотите приобрести книгу в коллекцию, поддержать автора – бумажная и электронная версия доступны по ссылке: повесть «ШраМы».

Кроме того, встретиться с главными героями повести и заглянуть в их прошлое вы можете в уже опубликованной повести «Сценарий Шторм» по ссылке: повесть «Сценарий Шторм».

ЧИТАТЬ СЛЕДУЮЩУЮ ГЛАВУ