Вадим
Не рой другому яму — попадёшься сам. Жаль, что забыл эту старую поговорку. Хотел спровоцировать невесту, а попался на крючок сам. Возбуждение навалилось неожиданно, скрутив судорогой низ живота. Джинсы показались слишком узкими. Даже не двигаюсь, пока Ника сбегает из машины. Проблема есть посерьёзней. В таком состоянии показаться никак нельзя. Дышу, медитирую, пытаясь представить хоть что-то неприятное, но перед мысленным взором только красивые, пухлые девичьи губы.
Проклятие!
Дядя Ваня всегда мне рад. Я звонил ему сообщить, что сегодня утром буду не один, а с девушкой. Услышал одобрительное поцокивание в трубку и обещание сделать всё на высшем уровне.
Сидя напротив Ники, всё яснее понимал: она ведёт себя не так, как обычно. Вчера были странности, но сегодня… Она другая. Более открытая, расслабленная, раскованная. Ест поспешно, жадно, с удовольствием, чуть прикрывая от удовольствия глаза за толстыми линзами очков. Ещё одна странность в список. Их уже слишком много, чтобы отмахнуться.
- Ты странно себя сегодня ведёшь. - Решаю говорить открыто. Что может быть лучше честности в отношениях? - Говоришь открыто. Смотришь прямо. Совсем не такая, какой я привык тебя видеть.
- Не нравится? - Вероника хмурится. Тонкая складка пролегает между бровями. Голос чуть дрожит, выдавая еле сдерживаемое волнение.
- Почему же? Наоборот. Так я хоть вижу, что со мной не робот, выполняющий минимальное количество команд и знающий ограниченной количество фраз. - Говорю и понимаю, что зря. Всё выходит из-под контроля. Ситуация накаляется. Ника говорит о любви, выплёскивает на меня снова и снова боль, скопившуюся внутри.
Я не говорил о любви. Как любить куклу? Мне нужен рядом живой человек. Готовность соблюдать договорённости ничего не имеет общего с высокими материями. Ещё одна правда, которая забивает последний гвоздь в крышку гроба, созданный моими же руками.
- Я разрываю помолвку.
Не верю происходящему. На столе кольцо, тонкий золотой ободок с россыпью бриллиантов, скромно, со вкусом, вполне подходит юной девушке. Я даже не сам его выбирал, а попросил секретаря. Это кольцо не моё, но оно как знак принадлежности, готовности жертвовать ради общего светлого будущего. Не знак любви, а клеймо принадлежности.
Вскакиваю.
- Ты не можешь, — сквозь зубы.
- Очень даже могу! Почитай на досуге контракт. Мелким шрифтом на пятой странице. Родителям сообщу сама. - Слёзы текут, не переставая. Она гордо вскидывает подбородок, снимает очки и раздражённо отбрасывает их в сторону. Они падают куда-то на пол со звуком взорвавшейся бомб, осколки которой, разлетевшись по сторонам, оставляют кровоточащие раны.
- Успокойся! - Требовательно хватаю за локоть. Ника вырывается резко, с силой выдёргивая конечность.
Убийственный взгляд и щеку обжигает пощёчиной.
- Вот теперь я спокойна. - Она оставляет меня, застывшего в шоке. Но оборачивается в дверях, обливая сарказмом: — Спасибо за приятное утро. И да, я сама доберусь до универа.
Не останавливаю. Лишь смотрю, как девушка удаляется с неестественно прямой спиной. Без сил опускаюсь на место. Еда не кажется привлекательной. Всё не так, как должно быть. Я планировал хорошо провести время, разговорить невесту, притупить внимание и узнать что-нибудь интересное. Но вместо ледышки, контролирующей каждое слово и жест, получил разъярённую фурию, брызжущую ядом.
“Я люблю тебя. Знаешь это? С первого вдоха, с первого взгляда.” Я знал. Вероника никогда не скрывала этого. Ни в семь лет, ни в тринадцать, ни в двадцать. Воспринимал ли я её серьёзно? Нет. В силу возраста, опыта, скептицизма. Однако вчерашним вечером что-то изменилось. Я сам ещё не понял, что именно, просто ток прошёлся по кончикам пальцев, завёл сердце и заставил увидеть то, что раньше не замечал. И решение дать Никиным чувствам шанс пришло неосознанно, но закрепилось в сознании. Не стану отрицать, что загадка, мелькнувшая в карих глазах, спрятанных ненавистными очками, спрятавшаяся ребусом за прилизанными, тугими причёсками, опутанная нелепой, старушечьей одёжкой, махнула хвостом, пробудив азарт и интерес, стала решающим фактором.
- Зря ты так. - На стол опустилась пузатая кружка с пышной пеной. Дядя Ваня сел на место Ники. - Выпей.
Послушно делаю несколько глотков. Горький вкус обжигает горло. Поперхнулся, откашлялся и осушил до дна.
- Молодой ты ещё, зелёный. - Дядя Ваня словно с неразумным говорит. - Нельзя так с девушками. Особенно юными и ранимыми. К ним особый подход нужен.
- Я правду сказал.
- Да кому нужна твоя правда? - Это я уже понял. - Взрослый мужик, а мозгов, как у щенка неразумного. Как ты бизнесом управляешь, если даже с девчонкой сладить не можешь?
- Сравнил бизнес и девушек. - Хмыкаю. - Есть ещё? - Трясу пустой кружкой.
- Сравнил, — соглашается дядя Ваня. Встаёт и через минуту появляется с двумя запотевшими бутылками. Ловким движением открывает одну и из них и наполняет бокал. - Везде мозги нужно задействовать, стратегию разрабатывать, активы оценивать, средства вкладывать, усилия прилагать, играть открыто, но свою выгоду не упускать. А ты что?
- Что я? - Делаю глоток, но слушаю внимательно. С дядей Ваней такие разговоры никогда не вели, хотя общались довольно близко, не раз вот так сидя вечерами, потягивая пенное и обсуждая всё подряд.
- Ни гибкости, ни хитрости. Рубишь сплеча, риски не оцениваешь. - Кивает, показывая на кольцо, что лежит нетронутым. Беру его в руки. Тонкое, невесомое. Сжимаю в кулаке. - Потерял ценность, да?
- Как потерял, так и верну. - Прячу кольцо в карман. - Уж в бизнесе мне равных нет. - Допиваю. - Спасибо за разговор. Увидимся ещё.
- Приводи сюда свою девочку. Угощу вкусненьким. И не тормози, парень. От неё второго шанса добиться сложно будет. Сразу видно, с характером у тебя невеста.
- Спасибо.
Автомобиль ревёт мотором.
И да, я никогда не отдаю своё.
Обязательно к прочтению: ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ К КНИГЕ
Продолжение:
PS. Все желающие могут вступить в группу в ВК и чат группы. Я буду писать в Чат перед выходом каждой новой публикации.