Наготовил Дима за день всего и много, видимо для Ольги старался. Ведь когда мы с ним тусовались вдвоём, ему проще было до ресторана сбегать. А тут решил, что для ребенка ресторанная пища не подходит, и расстарался! Чего только он не выставил на стол, и сырники, и кашу рисовую и какой то супчик, и тефтели с пюрешкой. И это кроме колбасы, сыра, сала, творожка и сметанки. Я обьелась уже глазами. Но Дима поставил мне тарелочку и делал ассортимент. Когда этот ассортимент пошел вторым этажом, я не выдержала , и остановила его руку. Он поднял на меня вопросительный взгляд, как будто что то было не понятно.
- Ты хочешь, чтобы я от обжорства уснула прямо за столом?
- Ты что говоришь то? Ты сейчас мне спящая вообще не нужна!
- Тогда зачем столько всего?
- Да мне кажется, что ты есть хочешь, как волк.
- Тебе кажется , Дима. Но я тебе точно говорю, если я все это съем, больше не на что не рассчитывай.
- Не, не, не, ешь что нравится и что хочешь, и я на тебя очень рассчитываю. Только у меня небольшая просьба к тебе.
- Димочка, что опять? На плите, в холодильнике, на раковине? Что ты еще придумал?
- Не , я ничего не придумывал. Только мне кажется, что это надо делать здесь на полу.
- Зачем? Кровать же никто не занял?
- Кровать свободна конечно, но там Ольга спит. А я хочу чтобы ты кричала. И чтобы это было не один раз, а хотя бы три. Ну я сразу тебе все свои желания выскажу. Ну а твое право отказать. Попробую смирится с твоим отказом.
- Да не собираюсь я тебе отказывать ни в чем. Мне тоже хочется к тебе поближе и орать погромче. Поэтому ты думай на чем мы будем это делать, а я пока поем.
Ну стоило сказать Диме, что я на все согласна , как он мигом и лежанку сделал и Ольге все поправил, и двери плотненько прикрыл. И когда я все это увидела , я решила, что поем потом, а сейчас мне интереснее Димины объятия. И я перебралась на пол. Дима не стал выяснять почему и зачем, он просто обнял меня и мы пропали для этого мира на целый час. Ну как то так выглядело в этот раз наше желание. Я не сопротивлялась и не останавливала его, а он просто принял этот подарок, и в очередной раз доказал мне, как он ко мне хорошо относится, и что я для него сейчас самая желанная женщина на свете.
А потом мы сели за стол и началась лекция о моей болезни, да и не только о моей.
- Слушай, объяснять буду так, как понял сам. Потому что меня это тоже касается. Видимо поэтому мы и прижались друг к другу. Тебе не тяжело вспоминать момент наезда твоего поезда? Хотя Серега сказал, что это полезно.
- Знаешь сколько раз я это рассказала за те годы которые прошли с того момента? Сотни. Я не могу сказать, что я испытываю кайф от того, что рассказываю, но за эти годы я поняла, что с каждым рассказом мне становится все легче и легче.
- Ну тогда продолжаем лекцию. Вот сам момент наезда. Сколько ты там говорила тонн написано на вагоне?
- Шестьдесят девять.
- Ну и вот, прикинь, на тебя наехала такая махина. Ты по сравнению с ней просто муравей! Представляешь, какую боль ты должна испытывать? Нога на рельсе, сверху давит шестьдесят девять тонн?
- Не было боли. Слышала хруст костей. Своих костей. Тоже авно ощущение. Особенно когда осознаешь, что ты в данной ситуации ничего сделать не можешь.
- Догадываешься почему боли не было?
- Болевой шок.
- Да , именно так, организм защищает мозг от смерти. Потому что всем рулит мозг. А защищает он этот мозг с помощью адреналина. Просто убойная доза адреналина поступает в кровь. Ну ты то не медик, теорию стресса не слышала. Вот тут работает это самое " бей и беги". Вот на этом адреналине, ты и вытащила себя из под этого поезда. Не было бы в крови этой дозы адреналина, у тебя бы просто сил не хватило на этот подвиг. Ты же понимаешь, что в обыкновенном человеческом состоянии такой поступок нереален? Просто представь эту картинку. Можешь?
- Могу. Я очень хорошо все помню. С самого начала до самого конца.
- А теперь представь, сколько силы и воли надо, чтобы это совершить?
И я опять попала в тот зимний день и увидела ту маленькую девочку под Ангарским мостом, которая один на один борется с огромной махиной. Борется только потому, что хочет жить. Очень хочет. Она еще и не жила совсем. Слезы потекли по моим щекам. Димина рука легла на мое плечо. Я подняла взгляд. Он плакал вместе со мной.
продолжение
.