Со мной частенько спорят, но при прогнозировании будущего нашей страны, определившейся со своим курсом, я исхожу не столько из текущего состояния дел внутри, сколько из того, в какую сторону страну вынуждают идти внешние факторы. Определяющим является именно внешнее воздействие, естественным образом рождающее противодействие, а не внутренняя пассионарность.
Увы, но в стране будет происходить только то, что происходить по тем или иным причинам вынуждено. Иными словами, просто так, по желанию кого-то изнутри, без веских на то оснований извне (пока петух не клюнул) ничего у нас происходить не будет. Это, как говориться, невозможно понять, это нужно запомнить.
В общем-то, так было всегда — Россия по-настоящему активно развивалась и менялась только в ответ на опасность снаружи. При этом я, конечно, не отрицаю некую внутреннюю пассионарность. Но эта пассионарность — она может дать результат, а может и не дать. И, опять же, она случается, как правило, в ответ на какие-то внешние вызовы.
Пассионарность наша — она как пружина. Сжата, и ждёт своего часа. Сама не вырывается, и пока петух не клюнет, она никому, кто смог бы её по настоящему выпустить, не нужна. Ходишь по высоким кабинетам, обиваешь пороги, но нет.
Но стоит произойти какому-то серьёзному внешнему вызову, и в России начинается медленное брожение и бурление, которое через пень-колоду, но всё же в итоге выстраивает все инстанции таким образом, что нужные пружины начинают одна за другой постепенно распрямляться, толкая маховик в требуемом историей направлении. Появляются и нужные личности, и даже идеологическая база. Но пока видимого вызова нет и петух не клюнул — ни одна пружина не сможет направить маховик в нужную сторону. И это, пожалуй, вечная проблема России.
Я думаю, что в процессе своего исторического развития Россия формировалась таким образом, что постоянно вынуждена была либо отвечать на глобальные посягательства извне, либо зализывать раны, и ей нужен был покой до следующего такого посягательства. В результате этого сложилась соответствующая модель поведения, которая просто не подразумевала развития без явной на то причины.
Да, это предположение спорное, и можно привести массу фактов развития России, которое происходило, казалось бы, без влияния внешних факторов. Однако, я подозреваю, что такие плодотворные периоды либо всё же имели вполне определённую цель подготовки к будущим противостояниям, либо на протяжении некоторого количества лет они всё таки выгорали и скатывались в определённый застой.
Вывод такой — чтобы ритмично развиваться, Россия должна видеть прямую (именно прямую) опасность своему независимому существованию. Так уж она сформировалась исторически. Думаю, такая модель также свойственна и многим другим странам, но в разной степени. И да, прогрессом движет именно война, как высшая форма конкуренции. С этим фактом не поспоришь, увы.
Так что у нас с развитием сегодня?
А сегодня мы именно, что вынуждены развиваться. Сильнейшим катализатором такого развития являются санкции. Характерным показателем непонимания наступающего качественного перехода России к развитию собственной промышленности является слащавый сарказм цитирующих некую фразу, ставшую среди неумных скептиков популярным мемом-шуткой: «Импортозамещение остановилось по причине невозможности приобрести иностранные компоненты». Ха-ха-ха, как смешно. А дальше мысль не идёт, нет?
Вне зависимости от того, говорил ли эту фразу глава минпромторга России Денис Мантуров на закрытом совещании или не говорил, этой фразой сформулирована, в общем-то, правильная мысль текущего момента — планы пошагового импортозамещения, разрабатываемые ещё до ввода тотальных санкций, предусматривали для этого процесса использование на первом этапе иностранных модулей и доступ к иностранным фабрикам печати процессоров, которые сейчас оказались недоступны.
В общем-то, мы собирались создавать собственную продукцию, как и все остальные страны, создающие собственную продукцию, то есть, использовать для этого мировую элементную и модульную базу, мировые патенты и т.п. Ведь изначально было очевидно, что в одночасье организовать всё производство внутри страны мы не сможем — многие не знают, но передовые технологии для организации производства мы не могли приобрести в мире даже до всех этих событий — никто нам их не продавал и продавать не собирался. То есть, надо было начинать хотя бы с самого простого.
Советский опыт разработки оборудования и ЭКБ мы прервали в 90-е, а позже пускали ресурсы на индексацию пенсий и зарплат, на оборонку (слава богу), а остальное кидали в кубышку по настоянию МВФ вместо того, чтобы направлять их в собственную прикладную науку и промышленное производство. Так что теперь мы имеем то, что имеем.
Но исходя из того же самого моего подхода, если бы иностранные модули и оборудования были бы доступны нам всегда, более глубокое импортозамещение могло бы просто захлебнуться из-за отсутствия прямой видимой угрозы их исчезновения. Ведь почему-то не верили мы в то, что нас отрежут от фабрик TSMC, и не вкладывались в разработку собственного оборудования, хотя технологическая база для этого у нас была уже в 2011 году.
Ну не верю я нашему чиновничеству и выращенным в 90-е «специалистам». Посчитали бы там наверху, что незачем изобретать велосипед, и снова расслабились бы, так и не выбравшись хотя бы наполовину из тотальной технологической зависимости. Продолжили бы продавать ресурсы, и все эти годы были бы беззащитны, отчего имели бы тенденцию к дальнейшему распаду на области, чему США были бы только рады.
Поэтому для меня та пресловутая фраза «импортозамещение остановилось по причине невозможности приобрести иностранные компоненты» является признаком переломного момента, после которого мы вынуждены всё таки были направлять средства и ресурсы на базовые технологии уже сейчас, сразу, не дожидаясь того времени, когда можно было бы когда-нибудь в будущем принять решение о нецелесообразности такого подхода, наслушавшись «специалистов», обучавшихся в 90-е, нулевые и даже, отчасти, десятые.
Теперь к импортозамещению у нас подход не пошаговый, а параллельный не только в теории, но и на практике, слава богу. Всё, что можем, продолжаем покупать по серому импорту, где получится и как получится, чтобы не остаться вообще без ничего, но в то же время интенсивно и наконец-таки смело вкладываемся и в саму базу — разработку оборудования для литографии, для производства элементной базы, в новые материалы и т.п. что стало активно происходить только относительно недавно.
А ведь ещё каких-нибудь года три назад болтологией занимались, а на деле вот просто так брали, и отменяли тендеры на разработку столь необходимых нам микропроцессорных технологий — факт. Понятно, что пробовали разные варианты, и через год всё же профинансировали, но всё же.
Так что у меня глубокое убеждение, что тотальные санкции — это хорошо для науки и промышленности России. Они заставляют наших чиновников стимулировать нас работать над созданием собственных «велосипедов», а это наработка опыта и база для создания в будущем, условно говоря, «мотоциклов», «самолётов», «космических ракет» и каких-нибудь «телепортаторов».
Если взглянуть на всё это более обобщённо, то в мире должна быть конкуренция — только тогда прогресс активно движется вперёд. А глобализация, хотя и даёт временный всплеск в рентабельности, но вдолгую без должной конкуренции приводит к застою в технологиях.
Не забываем, что деньги на научные разработки направляют не учёные, а политики. И пинают учёных тоже они. Это просто данность, как бы она ни была кому-то противна. Такое положение дел и рождает реальную, действенную конкуренцию, способную бросать на нужные направления поистине неограниченные ресурсы, как это было с космическими и атомными проектами СССР и США.
И это хорошо. Более того, огромное количество сопутствующих разработок ушло от этих и многочисленных других, даже нереализовавшихся проектов в быт людей. Такая конкуренция — прекрасный драйвер повышения комфорта жизни.
Так что будет?
Будет всё просто замечательно :-) Из горячего конфликта российская армия выйдет самой сильной армией мира не только благодаря полученным навыкам, но и благодаря отлаженному в реальных боях вооружению.
Благодаря запросам Минобороны и Минпромторга, прикладная наука сегодня получает всплеск новых открытий и разработок. Впервые за долгий период увеличивается количество учёных в стране. Повышается их престиж и престиж профессий, которые необходимы для развития науки производства.
В течение нескольких следующих лет тенденция, очевидно, усилится, что приведёт к эффекту ещё большего числа открытий и разработок. Не айтишниками едиными жива страна.
Работа промышленности — это естественный драйвер роста экономики. Как вы думаете, почему у нас рост под 3% вместо прогнозируемого западом падения? Потому что идёт масштабирование производства на оборонных заводах, строительство новых предприятий. Кроме того, идёт строительство цехов по производству вычислительной и другой техники. Всё больше реальных производств открываются в стране, и это вынужденная, но приятная данность.
Единственное, что нам надо ещё сделать из глобального — это скорректировать цели и задачи ЦБ, и подчинить его правительству. Цель ЦБ должна быть в развитии реального сектора экономики, а не в оглядке на рекомендации МВФ. Печать рублей должна соответствовать увеличивающемуся объёму промышленности, а не хитрым манипуляциям с долларом. Я бы вообще ввёл двухконтурную финансовую систему, по крайней мере, на время переходного периода к развитой промышленной экономике.
В общем и целом я вижу позитив. Тяжёлый товарняк, слава богу, выбрал правильный курс, а значит, ему вряд ли серьёзно помешают несознательные водители Газелей на некоторых переездах. Но шлагбаумы нам всё же, наверное, придётся кое-где поставить. А что делать, время такое.
На сегодня всё. Подписывайтесь на мой канал, а в комментариях пишите, разделяете ли вы мою точку зрения или не совсем, и что следовало бы добавить к изложенному для понимания общей картины.