Ах, мальчики какие здесь красивые! Как мне бы хотелось подружиться с ними по-настоящему! Поиграть в их забавные игры с мячом. Вот было бы здорово! Уж я бы их упросила. Принцесса умеет убеждать. Но нельзя. Эх… Наши-то ребята все как один с мечами развлекаются. Только на ноги встанут — и давай сталью заточенной размахивать. К ним и близко-то не подойдёшь: такой звон стоит — хоть уши затыкай.
Меч — игрушка не для принцессы. Руки у меня нежные, кожа тонкая. Попадёт по мне железяка — вся жизнь в королевстве остановится. Как я с синяками и царапинами на папиных приёмах покажусь? Нельзя мне фехтованию учиться. А вот мячик в корзину с удовольствием бы побросала! Но тоже не могу.
Это всё из-за папы. Просила его, уговаривала, да всё без толку.
Наконец сжалилось его сердце, отпустил он меня. Иди, говорит, посмотри, как соседи живут, только дам я тебе провожатого. Жорика, говорит, с тобой отправлю.
Жорика я любила. С младенческих когтей за ним присматривала. Но когда он с наш дворец вымахал, игры пришлось оставить. Так… покатает меня над королевством в часы полноцветных закатов, и всё: у него своя служба, у меня — своя. А теперь, вот, в провожатые к соседям.
Я пыталась возражать. Нехорошо, дескать, с боевым драконом в гости ходить. Но папа и слушать не стал. Сказал, что Жорик в мире соседей проекцией станет, тенью плоской будет за мной по земле стелиться, что лишь в случае опасности… Я, дура, поверила. Папа оказался прав: Жорик действительно стелился за мной тенью, но куда мне с такой тенью податься. Только прятаться между деревьями, да завидовать соседским сверстницам. Или ждать темноты.
— Огоньку не будет, красавица?
Передо мной стоял усатый толстый мужик.
Я покачала головой и скривилась от его мерзкого дыхания.
— Не куришь, значит? А по-другому развлекаться уже начала?
Он потянул ко мне руки. Я отступила на шаг и сказала:
— Уж лучше огоньку.
Тёмное крыло отбросило мужика вперёд, и я тут же отвернулась, чтобы не видеть алого пламени.
А ведь такие милые мальчики…