Часто приходится слышать об осужденных невиновных, которые, по мнению обывателя, едва ли не ежедневно пополняют ряды заключенных. Конечно, данное мнение, мягко скажем преувеличено, но определенные пробелы как в работе правоохранительной системы, так и в правприменительной практике все же встречаются.
Описанное ниже произошло 11 лет назад и непосредственным свидетелем этого стал один из наших юристов-партнеров, на тот момент работавший в должности помощника прокурора.
История подготовлена юристом специально для нашего блога.
Непутевый сын
В одном из поселков дальнего Подмосковья проживало обычное, слегка маргинальное семейство. Глубоко пьющий 50-летний отец (пусть будет Федор) и хулиганистый 25-летний сынок (пусть будет Василий) под присмотром уставшей, но героически тянувшей свой крест с таким семейством матери.
В один из дней мать уехала помогать к родственнице на пару дней, а семейство, пригласив соседа, устроило застолье.
А в 5 утра поступил вызов на станцию скорой помощи и в полицию. В том самом доме произошло убийство.
Прибывшие полицейские констатировали остывшее тело соседа с ножевыми и приняли главу семейства, который тут же покаялся в содеянном.
Дальше дело техники. Экспертиза, допросы, протоколы. Единственное упущение, нож так и не нашли, Федор якобы выбросил его в пруд, к которому примыкал участок, но три дня копавшиеся там водолазы так ничего и не достали.
На том решили остановиться. Ведь зачем нужен нож, когда есть обвиняемый с абсолютным признанием вины.
Да, выпивали. Да, повздорили. Да, потерпевший оскорбил Федора, ну и последний не сдержался.
Все просто, банально и ничего заслуживающего внимания. Обычная бытовуха, которой с избытком в любом населенном пункте и подобных слоях населения.
Читайте интересные статьи:
А дело нечисто…
В суде же дело начало немного трещать по швам.
Если подсудимый Федор и его сын, проходивший свидетелем, как отрепетировано повторяли короткие и одинаковые показания, то вот сторонние свидетели категорически отрицали возможность убийства Федором своего соседа. С которым они к тому же были друзьями с детства, помогая друг-другу во всем и совершенно бескорыстно.
Жена Федора воспользовалась правом не свидетельствовать против близких родственников, а вот родственники потерпевшего не могли смириться с тем, что это Федор виновен в смерти и обвиняли его сына.
В деле действительно было несколько сомнительных моментов, которые, впрочем, не отменяли уже собранных доказательств:
- Отсутствие следов борьбы на теле Федора, тогда как у потерпевшего обнаружили и иные повреждения, кроме фатальных.
- Отсутствие орудия преступления.
- Характеристики подсудимого, который неоднократно был зафиксирован в документах человек предельно неконфликтный, безобидный, пусть и злоупотребляющий спиртным. Тихий и спокойный пьяница.
- Негативные характеристики на сына, который неоднократно колотил даже родного отца.
К концу процесса, весьма вероятно, и суд, и прокурор понимали: с ОЧЕНЬ большой долей вероятности подсудимый себя оговорил, покрывая сына. Даже родственники потерпевшего настаивали на минимальном наказании, до последнего не веря в его вину.
Но время было упущено, а по одному лишь чутью и домыслам возвращать дело на доследование было невозможно. Судья первый бы получил по шапке за волокиту. Ведь вот оно – признание. Прокурор так же не имел оснований для каких-либо дополнительных действий.
Оспорить же признание могло лишь признание иного лица в преступлении или же прямые доказательства невиновности, которых не было. Адвокат, защищавший Федора по назначению, доказательств самооговора не видел и тоже разводил руками. Просил назначить минимум, принять во внимание, понять и простить.
Федор отправился в колонию на 8 лет, то есть с минимально-возможным сроком наказания. А у всех присутствующих остался гаденький осадок на душе, что справедливость с этим приговором не восторжествовала…