Итак, давайте временно забудем то, что написано у Стругацких (тем, кто не читал "Пикник", в этом отношении проще), и представим следующую ситуацию. В западный (судя по всему, канадский) промышленный городок (там добывают какие-то полезные ископаемые открытым способом и существует горно-обогатительный комбинат) прилетают пришельцы из дальнего космоса. И через некоторое время улетают, после чего место посещения (вся промзона и прилегающие к ней кварталы) превратилось в место, где творятся странные (и часто страшные) вещи и разбросаны предметы (а также разные субстанции), оставшиеся от пришельцев после этого самого прилета (Посещения) - многие из них также имеют странные (иногда опасные) свойства. В Зоне гибнут и калечатся люди. Привычной работы больше нет - промзона ведь превратилась в просто Зону. Находятся смельчаки (их называют сталкерами), с риском для жизни и здоровья посещающие Зону ради сбора и перепродажи "хабара" - инопланетных артефактов (за них предлагают большие деньги). Потом на смену хаосу приходит упорядочение - Зона переходит в ведение ООН, охраняется и изучается она международными усилиями, сбор артефактов осуществляется централизовано (сталкеры при этом никуда не делись, но за это сажают - в лучшем случае, а в худшем - стреляют на месте), рядом с Зоной построили Институт внеземных культур, где изучают по мере возможности (кое-что исследовать не удается) артефакты и явления Зоны.А теперь попробуем представить, как будут дальше развиваться события. Теоретически могло быть следующее. С помощью знаний, полученных при изучении Зоны, были бы созданы такие технологии, о которых человек мог только мечтать (или даже мечтать не мог). Это привело бы к резкому изменению уклада жизни не только в Хармонте, но и в мире. И с большой долей вероятности это привело бы к раскрытию секрета межзвездных путешествий. Во всяком случае, что Хармонт станет "городом чудес".
Так думали многие, и не только ученые. Так, например, думал и главный герой повести - сталкер Рэдрик Шухарт. И хотя он занимался сталкерством прежде всего из-за денег, на первых порах он был полон и романтических ожиданий. Вот, например, что он говорит в ответ на предложение переехать из города куда пожелает с выплатой подъемных: "Все правильно. Городишко наш дыра. Всегда дырой был и сейчас дыра. Только сейчас, - говорю, - это дыра в будущее. Через эту дыру мы такое в ваш паршивый мир накачаем, что все переменится. Жизнь будет другая, правильная, у каждого будет все, что надо. Вот вам и дыра. Через эту дыру знания идут. А когда знание будет, мы и богатыми всех сделаем, и к звездам полетим, и куда хочешь доберемся. Вот такая у нас здесь дыра...". А также: "Это я про город говорил. А про себя я так скажу: чего я у вас там, в Европе, не видел? Скуки вашей не видел? День вкалываешь, вечер телевизор смотришь, ночь пришла - к постылой бабе под одеяло, ублюдков плодить. Стачки ваши, демонстрации, политика раздолбанная... В гробу я вашу Европу видел, - говорю, - занюханную". Но все вышло иначе...
На Земле уклад жизни изменился очень мало. Вот что об этом говорит профессор Валентин Пильман:
-Как это ни забавно, довольно мало. Мы обнаружили много чудес. В некоторых случаях мы научились даже использовать эти чудеса для своих нужд. Мы даже привыкли к ним… Обезьяна нажимает красную кнопку - получает банан, нажимает белую - апельсин, но как раздобыть бананы и апельсины без кнопок, она не знает. И какое отношение имеют кнопки к бананам и апельсинам, она не понимает. Возьмём, скажем, «этаки». Мы научились ими пользоваться. Мы открыли даже условия, при которых они размножаются делением. Но мы до сих пор не сумели сделать ни одного этака, не понимаем, как они устроены, и, судя по всему, разберёмся во всём этом не скоро… Я бы сказал так. Есть объекты, которым мы нашли применение. Мы используем их, хотя почти наверняка не так, как их используют пришельцы. Я совершенно уверен, что в подавляющем большинстве случаев мы забиваем микроскопами гвозди. Но всё-таки кое-что мы применяем: «этаки», «браслеты», стимулирующие жизненные процессы… различные типы квазибиологических масс, которые произвели такой переворот в медицине… Мы получили новые транквилизаторы, новые типы минеральных удобрений, переворот в агрономии… В общем, что я вам перечисляю! Вы знаете всё это не хуже меня, браслетик, я вижу, сами носите… Назовём эту группу объектов полезными. Можно сказать, что в какой-то степени человечество ими облагодетельствовано, хотя никогда не следует забывать, что в нашем эвклидовом мире всякая палка имеет два конца…
Что касается уклада жизни в Хармонте, то тут все иначе. На первый взгляд, произошли перемены в лучшую сторону - город отстроили(во всяком случае, главные улицы), появились развлекательные заведения, отели, в город стало приезжать много людей (соотечественников и иностранцев, официальные делегации и неофициальные). Стало, можно сказать, даже гламурно: "Он вывернул на Центральный проспект и вдруг подумал: до чего сильно вырос городишко за последние годы!.. Экие небоскрёбы отгрохали… Вот ещё один строят. Это что же у нас будет? А, луна-комплекс: лучшие в мире джазы, и варьете, и публичный дом на тысячу станков для нашего доблестного гарнизона и для наших храбрых туристов, особенно пожилых, и для благородных рыцарей науки… А окраины пустеют...". Но если посмотреть глубже, картинка получается не такая красивая. Ведь за счет чего стал жить город? За счет обслуживания международных военных сил, охраняющих Зону, ученых, изучающих Зону, тех, кто связан с поставкой научного оборудования (оно, судя по всему, производится в другом месте), теневых скупщиков "хабара", сталкеров, а также туристов, стремящихся в город за "инопланетными диковинками". Да, хорошо, что город развивается и благоустраивается. Но этого мало - не того ожидали от сложившейся обстановки. "Шофер попался незнакомый, из новичков - носатый прыщавый малец, один из тех, кто валом валили в город пару лет назад в поисках зубодробительных приключений, несметных богатств и всемирной славы, да так и осели - шоферами такси, официантами, строительными рабочими, вышибалами в бардаках - алчущие, бесталанные, всем на свете недовольные, ужасно разочарованные и полагающие, что им безумно не повезло. Половина из них, промыкавшись месяц-другой, с проклятиями возвращались по домам, разнося свое разочарование чуть ли не во все страны света, считанные единицы становились сталкерами и быстро погибали, так и не успев ни в чем разобраться и посмертно превращаясь в легендарных героев. Некоторым удавалось поступить в институт - самым толковым и грамотным, годным хотя бы на должность препаратора, а остальные насоздавали политических партий, религиозных сект, каких-то кружков взаимопомощи, вечера напролет просиживали в кабаках, дрались из-за расхождений во взглядах, из-за девчонок и просто так, по пьянке. Время от времени они устраивали шествия с какими-то петициями, какие-то демонстрации протеста, какие-то забастовки - сидячие, стоячие и даже лежачие, совершенно остервенили городскую полицию, комендатуру и старожилов, но чем дальше, тем основательнее успокаивались, смирялись и все меньше и меньше понимали, чего же они добивались". Да и сам Шухарт - вот мнение Бориса Стругацкого: "Он продолжает ходить в Зону потому, что ничего другого делать не умеет и не хочет. Естественный консерватизм всякого ограниченного в своих способностях человека". Хотя даже от упоминаний о Зоне его уже тошнит...
А чего ожидали? Того, о чем обычно пишут фантасты. Например, того, что по улицам будут ходить, ездить и летать диковинные машины. Что в Хармонте построят космодром, с которого будут осуществляться полеты к звездам. Или появится межпространственный портал в дальние миры. А может, и то и то. Или даже по улицам будут разгуливать пришельцы (как, например, у Кира Булычева). Но вместо этого результаты (по сравнению с ожиданиями и по внешним эффектам) более чем скромные.
Почему же так вышло? Потому что понадеялись на следующее - вот сейчас изучим инопланетные артефакты, воспроизведем технологии, и будем путешествовать по дальним экзотическим мирам. Надежда не оправдалась. Во-первых, не было известно, как эти самые Пришельцы вообще использовали эти предметы (и все ли они использовали вообще?). Во-вторых, земная наука просто "не доросла" до самих принципов, по которым многие артефакты функционировали. Это как если бы в Древней Греции каким-то образом оказались микросхемы из 21 века. Да что там Древняя Греция - вообразите вторую половину XIX века (есть, кстати, интересная статья на эту тему). Их бы, конечно, изучили, но объяснить, для чего они нужны и как работают, а, тем более, воспроизвести не получится. Так же и в "Пикнике".
В повести есть и предсказания будущего. И это не только и не столько о появлении Чернобыльской зоны отчуждения. В "Пикнике" предсказаны более сложные технико-экономико-социальные процессы.
Предсказание первое - несбывшиеся ожидания крупных научно-технических прорывов. Вспомните, что когда была космическая гонка, казалось, что через некоторое время будут освоены сначала соседние планеты, потом - окраины Солнечной системы, а чуть позже начнутся первые полеты к звездам. Космической тематикой увлекались от мала до велика по обе стороны Железного занавеса. С тех пор прошли десятилетия. Развитие космических технологий, до самого недавнего времени, резко замедлилось. Также и во многих других областях техники.
Приведу две цитаты.
Нил Стивенсон: «Одно из моих первых воспоминаний: я сижу перед громоздким чёрно-белым телевизором и смотрю, как один из первых американских космонавтов отправляется в космос. Последний старт последнего шаттла я увидел на широкоэкранной ЖК-панели, когда мне стукнул 51 год. Я наблюдал, как космическая программа приходит в упадок, с печалью, даже горечью. Где обещанные тороидальные космические станции? Где мой билет на Марс? Мы неспособны повторить даже космические достижения шестидесятых годов. Боюсь, это свидетельствует о том, что общество разучилось справляться с действительно сложными задачами».
Питер Тиль: «Технический прогресс явно отстаёт от величественных надежд пятидесятых и шестидесятых годов, и это происходит на множестве фронтов. Вот самый буквальный пример замедления прогресса: скорость нашего передвижения перестала расти. Многовековая история появления всё более быстрых видов транспорта, начавшаяся с парусников в XVI-XVIII веках, продолжившаяся развитием железных дорог в XIX веке и появлением автомобилей и авиации в XX веке, обратилась вспять, когда в 2003 году списали в утиль „Конкорд“, последний сверхзвуковой пассажирский самолёт. На фоне такого регресса и стагнации те, кто продолжает мечтать о космолётах, отпусках на Луне и отправке космонавтов на другие планеты Солнечной системы, сами кажутся инопланетянами».
Предсказание второе (тесно связанное с первым) - деиндустриализация. Когда промышленные предприятия стали закрываться и/или переводиться в "дешевые" страны. А в старых промзонах вместо них организовывались торговые площади, лофты, арт-галереи и пр., или они становились местами запустения, "ржавым поясом". Те же Зоны, только без чудес (кроме старых вещей и металлолома) и необъяснимых ужасов (вместо них - вполне "земные" опасности данных мест). Деиндустриализация по-хармонтски - малая часть работавших на комбинате - в сталкеры, остальные - или в раздувшуюся сферу услуг (обслуживание приезжающих), или в эмиграцию (которую потом запретили из-за необъяснимого ужасного влияния их присутствия на жизнь в тех местах, куда они переехали).
Можно ли было улучшить ситуацию в городе? Можно. Для этого, воспользовавшись свалившейся на городок славой, организовать там предприятия по разработке и выпуску высокотехнологичной продукции, организовать технопарки, особую экономическую зону. Если уж с инопланетными технологиями получилось так "косо-криво", что ж, придется полагаться на земные возможности. Кто знает, каких высот можно добиться. Вспомните "Уровень шума" Джоунса. Но это уже совсем другая история...