Накануне дня рождения я сделала генеральную уборку и наготовила праздничной еды. Точнее – я готовила, а уборкой занимался муж. Он специально отпросился с работы пораньше, чтобы мне помочь. Легли мы только в час ночи.
– Устала? – Андрей обнял меня и погладил по голове, как маленькую.
– Очень, – призналась со вздохом.
– Напрасно пир на весь мир затеяла. Столько еды... Дай бог, чтобы мы за неделю все это съели.
– Размечтался… Завтра гости как набегут – сметут все подчистую.
– А я думал, втроем отметим, посемейному, в узком кругу…
– Что ты, в узком не получится, – улыбнулась я и оказалась права.
Пришли свекровь со свекром, мама, соседи – Ксюша и Толик, и, конечно, Маргарита – моя самая близкая подруга. Не зря старалась – праздник удался!
Около девяти вечера гости стали расходиться. Первыми ушли соседи, потом засобирались родители мужа. Андрей с Денисом (нашим шестилетним сыном) пошли проводить их до автобусной остановки. Я помахала им из окна и стала убирать со стола. Мама дернулась было помочь, но Маргарита ее остановила:
– Ольга Михайловна, отдыхайте. Мы с Иришей сами справимся, не беспокойтесь...
Когда мы с подругой оказались вдвоем на кухне, я поинтересовалась:
– А ты почему сегодня одна пришла, без мужа?
– Муж объелся груш! – со злостью ответила Ритка. – Не мог, видите ли, футбол по телику пропустить. Да и вообще... Придет вечером домой – и сразу брык брюхом кверху. А в выходные целыми днями валяется – бульдозером не стащишь. Говорит, устал сильно… А от чего, спрашивается?! Просиживает в конторе штаны за двадцать тысячи в месяц и в ус не дует. То ли дело твой Андрюша…
– У Андрея зарплата не намного выше, – возразила я.
– Сравнила! – фыркнула она. – Твой, если работы на стройке нет, за любую подработку хватается, ремонт людям делает… И дома по хозяйству поможет. Золото, а не мужик! Повезло тебе!
– Повезло, – с улыбкой согласилась я.
Все, что говорила Ритка, было сущей правдой. Подруга посмотрела на часы и заторопилась домой:
– Мне пора. А то Макс снова будет ругаться, что я его голодом морю. Он же яичницы себе поджарить не может!
– Сейчас тебе в судочки еды соберу, – засуетилась я.
Как только Маргоша убежала, на кухню вошла мама:
– Я на балкон выходила воздухом подышать и ваш разговор услышала, – сообщила она. – Ох, дочка, не нравится мне, что Рита так Андрея расхваливает…
– Почему? Боишься, что Марго любимого зятя из семьи уведет? – рассмеялась я.
– Нет, – покачала мама головой. – Когда хотят у подруги мужа отбить, наоборот помалкивают. А вот сглазить Маргарита может.
– Тоже мне, нашла ведьму! Если хочешь знать, Ритка – убежденная материалистка и во всякие сглазы и порчи не верит.
– Можно человека сглазить и ненамеренно. Завидует Рита вашему семейному счастью. А зависть – страшная штука! Не позволяй ей больше Андрюшу нахваливать.
Признаюсь, я не придала значения маминым словам и уже на следующий день о них забыла. А вспомнила спустя десять месяцев, когда… Впрочем, лучше расскажу все по порядку.
Шел 2008 год, в экономике начались проблемы. Почти все стройки в нашем городе заморозили. Ремонты квартир люди тоже теперь отложили до лучших времен. С деньгами стало совсем туго. Андрей, всегда такой веселый и общительный, сделался молчаливым и угрюмым, и с каждым днем мрачнел все больше.
Однажды (это случилось в конце июля) решил поехать на заработки в Москву:
– Не могу больше так! Ты работаешь с утра до ночи, а я альфонсом себя чувствую. Если и тебя уволят, на что жить будем? Короче, выход один – мне надо ехать…
Я и сама понимала, что разлуки не избежать. Но так далеко мужа отпускать не хотелось.
– Может, лучше в Нижний Новгород? – предложила. – Поближе...
– Оно, конечно, лучше, но наши ребята из бригады уже туда ездили, вернулись ни с чем – там с работой туго. А Москва город огромный, рабочие руки постоянно нужны.
– Ой, Андрюш, будут тебя там гастарбайтером называть… – улыбнулась невесело.
– Ничего, корона не упадет. Зато хоть заработаю нормально. А как только работа здесь появится, сразу вернусь. И заживем, как раньше...
Андрюша уехал пятого августа, пообещав на прощание, что будет звонить не реже трех раз в неделю, а раз в месяц слать деньги на мою карточку. От него пришло три перевода.
Двадцать первого декабря муж позвонил и сказал, что в этом месяце деньги отсылать не будет, потому что собирается сам приехать на Новый год.
– Я уже и подарки вам купил, – похвастался Андрюша. – В общем, тридцатого ждите!
Когда муж не позвонил двадцать третьего, я даже не встревожилась – мало ли, может, замотался, или деньги на мобильном закончились. Но, не дождавшись звонка и на следующий день, набрала его номер сама. – «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети», – услышала голос робота.
Я пыталась дозвониться Андрею бессчетное количество раз, бездушный голос, сообщавший, что абонент недоступен, стал преследовать меня во сне и наяву. «Вдруг у него украли мобильный, а на покупку нового пожалел денег?» – пыталась успокоить себя, но версия не выдерживала никакой критики. Даже, если бы муж потерял телефон, он нашел бы возможность связаться со мной: позвонил бы с трубки кого-нибудь из коллег, или с почты, на худой конец прислал бы телеграмму.
Душу ржавчиной разъедала тревога. Андрюшенька, родной, что же с тобой случилось?! На Новый год он не приехал. Прошел январь, февраль, март – от мужа не было никаких известий.
– Нужно его искать, – говорила мама. Я и сама знала, что нужно. Только как? Ехать в Москву? Там вместе с приезжими живет двадцать миллионов. В таком муравейнике найти человека труднее, чем иголку в стогу сена.
Обратилась в милицию, но ни на один вопрос дежурного офицера не смогла дать конкретного ответа.
На каком строительстве работает? Кажется, высотку какую-то возводят.
Где живет? По-моему, где-то в Химках, снимает квартиру с тремя коллегами – двумя молдаванами и таджиком. Или узбеком? Нет, все-таки таджиком…
Как строительная фирма называется? Не помню… Точнее, не знаю – муж об этом не говорил…
Заявление у меня приняли, однако по выражению лица милиционера я поняла, что надежды на результат никакой. В финансовом плане как-то справлялись (меня не сократили, мама переехала ко мне и отдавала на хозяйство пенсию, свекры привозили из села продукты), а вот в психологическом...
Денис постоянно спрашивал, где папа, мама фальшиво бодрилась и тайком глотала сердечные капли, родители Андрея как-то сразу из крепких пожилых людей превратились в стариков. Я не позволяла себе плакать на людях, но если бы вы знали, сколько слез пролила в подушку бессонными ночами. Только один раз дала слабину – разревелась при Марго, которая зашла, чтобы поддержать меня морально.
– Только бы он был жив, только бы был жив! – повторяла, рыдая.
– Ой, да что с твоим Андрюхой сделается? – фыркнула вдруг подруга. – Наверняка живехонек, только шифруется. А ты, бедная, тут убиваешься! Я так удивилась, что даже плакать перестала:
– Что ты имеешь в виду?
– Ты только дурочкой не прикидывайся, все ты отлично понимаешь… Нашел твой благоверный богатенькую москвичку, и… Договорить Марго я не дала.
– Замолчи! Это ты виновата в том, что он пропал, – завизжала я, срывая голос. – Ты нам всегда завидовала – и сглазила! А теперь злорадствуешь! Убирайся вон из нашего дома!
– Ляг в дурку подлечись! – заорала в ответ Ритка и так сильно хлопнула дверью, что с потолка посыпалась штукатурка. Короче, была подруга, и не стало. Как и мужа…
...Со дня исчезновения Андрюши прошло пять лет. Мама уже не раз деликатно намекала, что мне нужно перестать хоронить себя заживо и подумать о том, как устроить личную жизнь.
Денис об отце давно уже не спрашивал, даже свекры смирились с тем, что вряд ли увидят сына в живых. Только я продолжала надеяться и верить.
Как-то ночью, измученная бессонницей, я включила телевизор. Пощелкала пультом и замерла…
По одному из каналов шел сюжет о бомжах с Курского вокзала. И тут... Неопрятная борода, нечесаные, сивые от седины волосы, темные круги под глазами…
Мозг отказывался верить, но сердце сразу узнало – это же мой Андрюша! Возле его лица появилась чья-то рука с микрофоном: «Расскажите, как вы оказались на улице?»
– В декабре 2008 года меня сильно избили. Ребра поломали, череп пробили. Прохожие вызвали скорую. Месяц пролежал в коме, а когда очнулся, оказалось, что все забыл… Ни имени, ни адреса – ничего не помню. Документов у меня при себе тоже не было…
Утром я уже ехала в Москву. Была готова к долгим поискам, но нашла мужа сразу. На вокзальной скамейке.
– Андрей!!! – бросилась к нему и попыталась обнять, но он испуганно отшатнулся и смущенно сказал:
– Осторожно, испачкаетесь.
– Ерунда! – я все-таки обняла его, стала целовать лоб, глаза, впавшие щеки… – Андрюшенька, родной… Я все-таки нашла тебя… Представляешь, нашему Дениске уже одиннадцать – такой большой стал, увидишь – не узнаешь. Знаешь, как он тебя ждет?! И родители, и моя мама – все-все ждут!
– Постойте. Вы кто? – произнес он.
– Как это... Ну посмотри на меня внимательно. Я же Ира, твоя жена! Какой ты молодец, что остался живой! Господи, как же я тебя люблю! Несколько мгновений муж пристально вглядывался в мое лицо, потом сглотнул слюну и очень тихо спросил:
– А я?
– Ты меня тоже любил… в прошлой жизни. Но, может, снова получится? Я ведь почти не изменилась – только постарела немножко…
– Вы плачете? – знакомым до боли жестом Андрей стал рыться в карманах грязных брезентовых штанов.
– Это я от радости, милый. Поехали скорее домой, а?
...С тех пор прошло еще пять лет. К сожалению, память к Андрюше не вернулась. Но я каждый день благодарю Бога за то, что мы снова вместе...