Дело было в середине прошлого века в Узбекистане.В некогда бывшей великой стране.
Бабушка с внуком сидели на кухоньке свежевыстроенного дома. Лампочка в 40 свечей, свисающая с потолка на длинном витом проводе, не слишком ярко но достаточно освещала нехитрый интерьер, напоминающего пенал помещения. У дальнего торца кухни , возле темнеющего окна , размещался кондОвый стол-тумба, с парой выдвижных ящиков и двумя резными дверками и столешницей, выскобленной хозяйкой до бела. Полка с кухонной утварью, простая печка с чугунной плитой, кочережка , веник и возле двери герои сего повествования.
Бабушка, сидя на лавке за прялкой, чесала шерсть, внук периодически сметал сор и очёсья к поддувалу печки.
Зачем печка в Средней Азии? Хотя Узбекистан и южная республика, но зимой там было сыро и промозгло холодно, приблизительно +10 . Христофор, так звали внука, за все его тамошнее пребывание, снега и морозов в Самарканде не видел, а холодный дождь на новый год был обыкновенным приложением праздника.
"Баба, а расскажи сказку..."
"Да 0ткуда ж у меня сказки, мнучек? Не знаю я сказ0к. Пр0 Афуты ты уже слышал…"
Дед с бабкой были выходцами с Поволжья, поэтому нещадно выделяли каждую букву "о" в разговоре.
"Ну, тогда, расскажи историю какую, лучше страшную, про Фантомаса можно."
Бабушка работала в заводском клубе техничкой, и поэтому, в наивном представлении четырехлетнего мальчугана, она могла (и должна была) смотреть все фильмы бесплатно.
"Ишь чо удумал, Фант0мАса ему... Пр0 черта лысого, п0ган0го, рассказывать... Неб0сь, Ленька над0умил? Я ему устр0ю Фант0мАса, как домой явится".
Ленька был самый младший ее сын, ровно на десять лет старше Христофора, который по совместительству был лучший друг, наставник и соучастник многих проделок, игр и забав, далеко не всегда лицензированых.
"Да не, бабуль, не Ленька. Дядь Юра с теть Катей трепались."
Это была правда, невестка со средним сыном азартно обсуждали тогдашний триллер, как тут не услышать?
"Зайцы треплются, нельзя так о взрослых говорить! Вот я этим киношникам задам!"
Христофор уже не рад был своему любопытству и лихорадочно соображал, как бы выгородить дядьев из щекотливой ситуации. Он был любимый внук, но его "дипломатический иммунитет" на всю родню, конечно же, никак не распространялся.
На фоне такой оживленной беседы, по коридору, в сторону выходной двери, бесшумно прокрался дед, делая вид что назрела ему нужда. Никто его и не заметил, чем дед был весьма доволен. Дед и предположить не мог, что Христофор уже давно в курсе его тайны, но свято молчит. За туалетом, в толще саманного дувала, у него стояла чекушечка спирта, убыль в которой он периодически восполнял, принося с завода новую порцию эликсира.
Дед прошел две войны, с басмачами в Туркестане и с фашистами в Европе, и оттого не всегда мог спокойно заснуть. Так вот он и лечил бессонницу, по простонародному. Однако, лишнего не перебирал, и был уважаемым человеком.
Окончание следует.
*дувал*-толстый забор из самана(глинобита) в южных областях СССР.