Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Посмертные желания в Древнем Египте

Египтяне очень верили в то, что искусство - проводник в другой мир. Именно поэтому они строили огромные заупокойные храмы и сооружения - пирамиды, ставили там колоссальных размеров статуи и расписывали стены. Но чтобы оценили масштаб веры в это - просто вдумайтесь - на многих из росписей было указано всё имущество фараона, включая рабов и даже диких животных. Наша погребальная культура не предполагает таких ритуалов. Хотя частички подобного древнего обычая осталась и у нас - мы можем положить гроб любимые вещи покойного. А представьте, если бы мы ещё опись имущества туда клали или на памятниках указывали, сколько у нас квартир и где. Так зачем нужны были эти подробности? Культура смерти и жизни после была настолько прочна, что подготовка к смерти начиналась задолго до самой смерти. Это была важная подготовка к другой жизни, новой. И что самое главное, вера была так сильна, что в сознании египтян она, эта вторая жизнь, была такой же реальной, как и настоящая. Граница этого перехода была

Египтяне очень верили в то, что искусство - проводник в другой мир. Именно поэтому они строили огромные заупокойные храмы и сооружения - пирамиды, ставили там колоссальных размеров статуи и расписывали стены.

Но чтобы оценили масштаб веры в это - просто вдумайтесь - на многих из росписей было указано всё имущество фараона, включая рабов и даже диких животных.

Наша погребальная культура не предполагает таких ритуалов. Хотя частички подобного древнего обычая осталась и у нас - мы можем положить гроб любимые вещи покойного. А представьте, если бы мы ещё опись имущества туда клали или на памятниках указывали, сколько у нас квартир и где.

Так зачем нужны были эти подробности?

Культура смерти и жизни после была настолько прочна, что подготовка к смерти начиналась задолго до самой смерти. Это была важная подготовка к другой жизни, новой.

И что самое главное, вера была так сильна, что в сознании египтян она, эта вторая жизнь, была такой же реальной, как и настоящая. Граница этого перехода была мимолётной, почти неосязаемой. А искусство и язык были их связующим звеном.

Вот так.