Ей казалось, что этот день никогда не кончится. Лариса сходила к дочери и, выслушав врача, фальшиво вздохнула:
- Да, ужасно. Что ж, буду надеяться на лучшее.
Когда над городом спустились сумерки, она приступила к выполнению плана. Кроме Ларисы, в палате никого не было, так что, в дело пошли простыни и с соседних кроватей. Она по пояс высунулась в окно и, убедившись, что ее никто не увидит, привязала импровизированный канат к дверной ручке и начала спускаться.
Лариса опасалась, что "канат" развяжется, и она улетит вниз, но обошлось. Запах только-только распустившейся листвы, первой сирени, яблонь и свободы пьянили юную грешницу, и у неё закружилась голова. Или это послеродовое недомогание дало о себе знать?
"По барабану! - беспечно подумала она. - Главное, выбраться из этого ужасного места и… вообще от всего этого!"
Лариса так и не поняла, когда ей пришло в голову сбежать из дома.
Горе-мамочка беспрепятственно покинула больничный двор, дошла до соседней улицы и, в изнеможении опустившись на скамейку, отчетливо поняла: подсознательно она уже давно вынашивала эту идею. Только вот куда идти?
На Ларисе был тоненький ситцевый халатик и тапочки. Расхаживать в таком одеянии по городу, конечно, не комильфо. Она машинально сунула руку в карман и, - о, чудо, нашла там десять рублей. Этого хватит, чтобы перекусить в кафе.
На улице только начало светать, и Лариса вспомнила, что этой ночью она не сомкнула глаз. Сон не шел, но через несколько минут Лора даже не заметила, как задремала. Проснулась она от того, что кто-то тормошил ее за плечо.
- Девушка, я могу вам чем-нибудь помочь? - мягко спросил мужчина, стоящий перед ней.
Открыв глаза и окончательно проснувшись, Лариса отметила, что мужчина довольно молод, но далеко не красавец. Его лицо было в оспинах, тело рыхловатое, да и ранняя лысина, мягко говоря, не украшала. Но какое Ларисе дело до его внешности? Человек предлагает помощь, а она сейчас не в том положении, чтобы ею разбрасываться.
- Девушка, у вас что-то случилось?
У мужчины был такой добрый и сочувствующий взгляд, что у Ларисы даже не возникло сомнений в том, что он поможет.
- Да, - тихо ответила Лариса, лихорадочно соображая, какую бы жалостливую историю придумать.
- Да вы не стесняйтесь, - ободряюще сказал мужчина.
- Меня… меня муж избил и выгнал из дома, - с отчаянием в голосе проговорила Лариса и закрыла лицо руками.
- А в милицию обращались? - с искренним сочувствием спросил незнакомец.
- Что милиция? - тяжело вздохнула она и, на ходу придумывая легенду о своей тяжелой женской доле. - У него везде свои люди. Один раз пробовала, так он меня так отметелил, что потом неделю в синяках ходила.
- Да, то, что вы мне рассказали, просто ужасно, - покачал головой мужчина. - А родственники?
- Нет у меня никаких родственников. Ладно, я, наверное, пойду. Поговорила с вами, уже легче стало.
Лариса встала со скамейки, делая вид, что уходит. Одно из двух: либо сочувствующий мужчинка приютит ее, либо придется искать другого благодетеля.
- Подождите! - окликнул он. - Вам, правда, некуда пойти?
- Некуда, - ответила Лара. - Но я обязательно что-нибудь придумаю.
- Да погодите вы! Пойдемте ко мне. Пойдемте, пойдемте, я живу один.
- Ну, я даже и не знаю, - якобы растерянно сказала она. Не хотелось бы стеснять вас.
Лариса хотела добавить, что ее муж может устроить обоим нешуточные проблемы, но вовремя прикусила язык. А то ведь ещё передумает помогать!
- Проходите, проходите, - радушно пригласил мужчина. - Вы не голодны?
Лариса и вправду почувствовала голод, поэтому кивнула.
- Сейчас приготовлю, - пообещал гостеприимный хозяин, открывая холодильник.
Мужчину звали Романом. Пока он готовил яичницу с беконом и зеленью, Лариса потчевала его рассказами о своей неудавшейся семейной жизни.
- Какой кошмар! - поражался Роман жестокости несуществующего мужа гостьи. - Но вы же такая молодая и красивая. Я уверен, на свете немало мужчин, которые сочли бы за честь сделать счастливой такую красавицу.
- Не все так просто, - со вздохом ответила она.
- Дети? - понимающе спросил новый знакомый.
- Нет, детей у нас с ним нет, - поспешно проговорила Лариса и отвернулась к окну. Она только что сделала открытие. Оказывается, врать тому, кто протягивает руку помощи, ужасно неприятно. Надо же, а Лара-то думала, что ее уже ничем не зацепишь! Впрочем, она уже решила, что этот Рома станет в ее жизни случайным попутчиком. Трамплином в новую жизнь.
- Тогда в чем проблема? - поинтересовался он и смущенно добавил: - Если не хотите, можете не отвечать.
- Все нормально, - заверила Лариса. - А проблема в том, что я уже однажды пыталась от него уйти. Так он сказал, что если я еще раз это сделаю, то он покончит с собой и напишет записку, что я во всем виновата.
- У него явные отклонения в психике, - заметил Роман, поставив перед ней тарелку с ароматной дымящейся яичницей. - Лечиться ему надо.
- Вы это ему скажите! - в сердцах воскликнула девушка, подумав, что в ней погибла великая актриса. Лариса настолько вжилась в роль, что поверила в существование мужа-тирана и семейные проблемы.
Но она даже не подозревала, какой переполох устроила в роддоме.
- А я че? Я ниче! - пробормотал сторож Егорка, кое-как разлепив глаза и опасаясь, как бы главврач не учуяла алкогольного амбре.
- Да я вижу, что "ниче"! - презрительно проговорила Мария Геннадьевна. - Кто мне клялся-божился, что это было в последний раз?
- Ну я, - обреченно проговорил Егорка. - Но я же совсем немно-ожечко, во-от сто-олечко!
- Угу, - хмыкнула главврач. - "Немножечко", "вот столечко", а роженица-то сбежала.
- Так ведь я…
- Что ты? Дрых, как сурок, потому что был мертвецки пьяный?
Сторож молчал. А что он мог сказать? Виноват, кругом виноват.
- Отдел кадров помнишь где? - осведомилась Мария Геннадьевна.
Егорка обреченно кивнул.