Спас Нерукотворный. К этому образу на Руси отношение всегда было самым благоговейным. Почитание Спаса на Убрусе, дарованного людям самим Христом, у нас началось еще в одиннадцатом веке, а в 14-м митрополит Алексий Московский привез ее список из Константинополя.
Очень скоро и по всей стране появились церкви, приделы храмов, иноческие обители под названием Спасских.
К изображению Спаса Нерукотворного русские иконописцы всегда подходили особенно внимательно – с одной стороны, они старались следовать оригиналу. А с другой – каждый живописец вносил в свое произведение религиозные чувства своей эпохи. Так, в средневековых иконах поражает суровость лика Христа.
На протяжении нескольких веков Спас сопровождал русские войска в походах и баталиях – и на Чудском озере, и на Куликовом поле. Иконы Спаса Нерукотворного размещали и на нательных крестах, и на городских башнях, он был и венчальной иконой, и центральным образом домашнего иконостаса. Для русского сознания этот образ стал таким же святым символом, как распятие.
И в самом деле, Спас Нерукотворный, - образ особенный, непостижимый. Ведь, если он сохранил отпечаток лика самого Христа, значит, это не просто икона, а еще и единственное материальное свидетельство Боговоплощения, - того, что сам Бог стал человеком. Все Евангелие в одном изображении.
На этой иконе неслучайно нет ни жестов, ни действий, никаких деталей. Здесь ничего не отвлекает от главного, от лика Христа. И потому эта икона не отпускает, не позволяет пройти мимо и прямо говорит о смысле жизни каждого христианина: встретиться с ним, со Спасом, лицом к лицу.
Из документального фильма "Спас Нерукотворный. Неразгаданный образ Христа":