Она была самой некрасивой женщиной предприятия. Среднего роста, с блёклыми волосами, невыразительным лицом, малокровным, с застывшим выражением тоски и безысходности. Косметикой не пользовалась, считая, что это ей не поможет. Причёску не делала, чтобы зря не тратить деньги.
Её фотография не висела на Доске Почёта, хотя она была лучшей упаковщицей и недели, и месяца, и года – Майя не хотела этого: уже несколько раз кто-то чёрным фломастером подрисовывал ей кудри и улыбку. Специально для неё изготовили вымпел и вывесили возле рабочего места.
К статусу одиночки она привыкла. И в школе была такая же история: дразнили страшной, кикиморой и подобными словами. Было обидно, но постепенно дети от неё отстали, переключившись на других бедолаг, потому что она была безобидной и не заглатывала крючочки ненависти. Её трудно было унизить, все насмешки отскакивали, не попадая в цель.
Пройдя школу, закалилась. Тихонько отсидела в техникуме, но по специальности не работала – нигде не брали, не проходила собеседование.
А здесь, в компании по доставке товаров, прижилась. Скромная, трудолюбивая, некурящая, она работала как робот, была на хорошем счету.
Однажды Майя исчезла. Сначала не обратили внимания, тем более что ни мастер, ни табельщица тревогу не били – были в курсе, что взяла отпуск без содержания, а потом уволилась.
Через год про неё забыли, на её место взяли другого человека. Это была светловолосая красавица, приветливая, доброжелательная, улыбчивая. Мужское население взбодрилось, все старались оказать ей знаки внимания: то цветок в стакане на стол поставят, то подарят шоколадку. Она это ценила, соглашалась на свидания.
Но… Было но! Встречалась недолго, быстро отвергала ухажёра, который впадал в депрессию, чернел, дурнел и увольнялся. Первое время это было незаметно, но когда счёт пошёл на второй десяток, коллектив заволновался: не успевали готовить стажёров, страдал производственный процесс.
– Мария, – обратился к девушке мастер участка, ёрзая на стуле и стараясь не смотреть на неё, – почему уволился Данила?
– Это у него надо спросить, – гортанным голосом, волнующим, призывным, тихо ответила красотка, бросив на мужчину взгляд космических глаз немыслимого бирюзового оттенка.
У мастера подкосились ноги, горло пересохло, он стал перекладывать бумажки с места на место и чужим голосом, с неприкрытой страстью, неожиданно для себя спросил:
– Что ты сегодня вечером делаешь?
– Жду вас, – Мария опустила ресницы, которые мелко задрожали, на щёчках появился лёгкий румянец. Она положила на стол маленькую карточку и вышла.
Владислав Сергеевич трясущимися руками взял картонку: адрес и телефон, рядом сердечко. Его сердце чуть не выскочило: будет ждать!
… Вечером с огромным букетом роз мастер позвонил в дверь, открыла Мария. Ахнул: она сама была как цветок! Нежный, благоухающий и доступный. Невзначай распахнула кружевной пеньюар, чтобы увидел крохотную рубашонку на бретельках, – Владислав рухнул на колени…
На следующий день, бледный, осунувшийся, принёс ей коробку конфет, нарядную, дорогую, она небрежно втолкнула её в ящик стола, битком набитый шоколадом, и грубо сказала:
– Ничего не приноси и не приходи.
Равнодушно отвернулась, занялась работой.
Владислав Сергеевич пошатнулся, в голове не укладывалось вчерашнее свидание и сегодняшняя встреча.
– Что случилось? Маша! – побледнел, опустился на колени. – Я не смогу без тебя!
– Сможешь. Свободен. – Взяла папку и вышла из кабинета, презрительно уничтожив его взглядом…
Мастер понял, почему увольнялись парни: быть отвергнутым и каждый день видеть её – это было больно!
А в это время в чате компании появилась запись передачи годичной давности: невзрачная Майя подписывает контракт с шоу “Измени себя”, пластическая операция, реабилитация, работа с косметологами, стилистами, психологами, актёрами … поездка в Италию. Итог: кадры до и после. Восторг публики в студии. Недоумение коллектива: почему никто не знал?! Почему другое имя, адрес?! Почему вернулась?!
Майя, то есть Мария, с усмешкой и удовольствием посмотрела видео, почитала комментарии, поставила улыбающиеся смайлики. Она-то знала, зачем вернулась, но делиться мыслями ни с кем не хотела.
Второй раз написала заявление на увольнение теперь уже как Мария.
Спокойно отработала две недели, не обращая внимания на взгляды, и уехала туда, где её никто не знает и не смотрит старые передачи.