Общеизвестно, что в 20-е годы прошлого века Советская власть объявила беспощадную войну религии. Главный удар был нанесён по Русской православной церкви и её служителям. Сотни тысяч невиновных людей сгинули навсегда лишь за то, что остались верны вере отцов. Сотрудники ГПУ не гнушались никакими средствами и приёмами, лишь бы побольше выявить «контры в рясах». Порой их фантазия достигала немыслимых высот…
Тихвинская женская заштатная пустынь располагалась рядом со слободой Борисовка Грайворонского уезда Курской губернии. Её основал один сподвижников Петра I граф Борис Петрович Шереметев в память полтавской виктории. В обители находилась известная на весь православный мир Тихвинская икона Божьей Матери. Эта святыня долгие годы сопровождала Шереметева в военных походах, пока в момент основания монастыря в 1714 году не была пожертвована графом невестам Христовым. Позднее при пустыни были созданы больница и церковно-приходская школа. Одна из настоятельниц игуменья Макария сделала вклад 10 тысяч рублей, за проценты с которого при монастыре построили богадельню, где проживало до 70 престарелых и увечных сестёр.
В поле зрения курских гэпэушников обитель попала сразу после окончания Гражданской войны. Долгие месяцы объект находился в разработке. Но никакие ухищрения не помогали. Сбор компромата успехом не увенчался за отсутствием антисоветской деятельности. Десятки лиц отказались клеветать на монахинь, несмотря на уговоры представителей власти, и тогда за перо пришлось взяться самим политуправленцам.
Следующий донос состряпали в середине мая 1923 года уполномоченный по Грайворонскому уезду Галкин и помощник уполномоченного Шапошников. Приведём его полностью, без ретуши.
«В уезде имеется женский монастырь под названием Тифенская женская пустынь. В этой пустыни насчитывается монашествующих 700 человек, кроме этих имеется человек на 100, которые нигде не состоят в списках и никому не известны.
Во главе монастыря стоит игуменья, происходит она из купеческих, братья её до революции занимались торговлей и сельским хозяйством, числились купцами первой гильдии и имели свои хутора (экономии), бежали от советской власти при отступлении деникинских банд. Кроме игуменьи, во главе монастыря стоит совет из старых монахинь-любимиц этой игуменьи.
Монашество рядовое, бедное, занимается работами, берет заказы от мирян вязать кофточки, платки, чулки, детскую обувь, ходят они и на подённые работы. Богатое монашество ничего абсолютно не работают, имеет у себя прислуг (послушниц), которые на них работают, но не как граждане люди, а как рабы, с которыми старые богатые монахини обращаются по-зверски, в эти рабы (послушницы) большинство попадало и попадает бездетные и малолетних, которых монашество сначала принимает за кусок хлеба, а затем эксплуатирует, издевается и превращает в так называемые монашки (послушницы). Послушница должна работать, кормить монахиню до ея смерти, за это после смерти монахиня оставляет ей свою келию. Кроме того, в монастыре имеются послушницы малолетние от 5 до 10 лет, которые держатся там не по их собственному желанию, этих малолетних заставляют молиться и верить в Бога, поучают быть религиозными, кроме божественного не дают более никакого образования. Религиозности среди большинства монашествующих никакой нет, т. к. одни живут ради крова, имея приют, а другие из-за удобной, богатой, покойной и лёгкой жизни, благодаря чему и проживают свыше 100 лет. Внутренняя жизнь монастыря ничем не отличается от мирской, у многих монахинь имеются кавалеры (ухажёры), последние приходят к монашкам вечером и проводят у них целую ночь. Монашки для себя выбирают ухажёров побогаче, как-то: служащих заготконтор, хлебопродукта и так называемых нэпманов, есть частые случаи, когда в монастыре устраиваются попойки, и в час-два ночи поют революционные песни, даже до того дошло, что монашки начали рожать детей. Само же монастырское начальство – игуменья и совет продавали для своего блага и существования монастырские вещи и имущество, даже также как пример двигатель водокачки. В монастыре есть случаи продажи келий одной монахиней другой».