Жениться на девушке, которую ты знаешь всего несколько месяцев, это всегда риск. К тому же, Джон никогда не видел свою будущую невесту. Он недавно вернулся из-за границы, только успел встретиться со своими друзьями по колледжу, отоспаться после продолжительной работы. Он подписывал контракт с иностранными коллегами после того, как отец решил, что хватит с него семейного бизнеса и отдал сыну бразды правления компанией, Джону пришлось самому во всём разбираться. С отцом он виделся нечасто, после развода с матерью Джона, не очень дружественного, к слову сказать, отец не навещал сына и бывшую жену. Джон сам ездил к нему, благо жили они в одном городе.
Однако отношения с сыном мистер Уайт сохранил очень хорошие, словно не было никаких семейных конфликтов. Потому всегда помогал, когда еще совсем не акула бизнеса Джон Уайт, уже не подросток, но еще не мужчина в возрасте, ему было 30 лет, начал полноправно вести бизнес. Приходилось во многое вникать и до ночи засиживаться в офисе. А как иначе? Постоянно лезущий в дела семейные, адвокат мистер Роджерс, очень напрягал Джона. Он догадывался, что Роджерс хочет сосватать ему свое дочь, милую, красивую девушку, грешащую порой пластической хирургией, но все равно привлекательную. Только был в ней один существенный минус, может, и не один, но ее характер и увлечения, и что она за человек, Джону не довелось узнать. Она была столь же лживой и лицемерной, как и ее отец. Может, адвокатская хватка передается по наследству? Иногда эти мысли забавляли Джона.
А вообще он был довольно скрытным человеком, не любил хвастаться своим состоянием и выставлять его напоказ. Олд мани не просто стиль его вещей и интерьера, но и внутреннее состояние души. Когда ты так богат, что это просто твоя рутина, не замечаешь и не кичишься этим, живешь так всю жизнь, и привык, даже не задумываешься, что этим стоит хвалиться, зачем? Но назвать Джона дураком нельзя. Он всегда был очень сообразительным, эрудированным и совсем не лезущим за словом в карман парнем. И прекрасно успел увидеть жизнь, столкнуться с ней лицом к лицу, когда попытался завести отношения.
- Джон, такая красивая сумочка, хочу такую, - девушка повисла на его руке, указывая пальчиком с ярким маникюром на прозрачную витрину.
И, да, Джон прекрасно понял, что этой девушке нужен соответствующий уход и с бедняком она встречаться не будет. Только вот с Джоном она тоже не встречалась, это было их первое свидание, очередное первое свидание, где никто даже не хотел узнать, что же он за человек. Ему было не жаль денег, ему было обидно, что никто не видит в нем личность, а он был очень интересным и умным парнем, с отличием окончивший университет. Потому, когда в один вечер в закрытом мужском клубе, где стены были отделаны дубовым молдингом, где все пили виски, надев на себя лучшие костюмы тройки, а свет был приглушён, отец заговорил о браке по расчёту. Джон заинтересовался. Девушка, что ему показали на фото, была очень нежной, с волнистыми белокурыми локонами, держала в руках букет белых пионов, а ее голубые глаза похожи на южное море. Джон даже забыл, где он находится, все смотрел и смотрел на фото, словно погрузившись туда к этой милой девушке, подобной ангелу.
- Понравилась? - усмехнулся отец. - Компания ее отца всегда была нашим конкурентом, но дорогу не переходила. Мир меняется и лучше нам стать союзниками, чем тратить время, деньги и нервы, чтобы обойти их на рынке.
- А наш брак и его сохранность будет гарантией, что все будут соблюдать условия сделки? - догадался Джон, продолжая рассматривать фото.
- Все так, она единственная дочь, повезло, что не страшила, - отца, видимо, забавляла реакция сына на потенциальную невесту.
- Да, только, скорее всего, такая же лживая, как и все остальные.
- Как раз хотел попросить тебя разузнать о ней побольше, чтобы проверить, нет ли у них тайного плана, не вписывающегося в наш. Роджерса просить не хочу, он давно свою дочь предлагает, - отмахнулся отец.
Джон расстроился. Конечно, это и так брак по договоренности, но хотелось, чтобы его невеста не была помешана на одних лишь деньгах. Деньги, деньги, деньги, одни сплошные деньги. Когда мир так прогнил? Неужели не осталось хоть немного бескорыстных людей, которым еще могут быть интересны чувства? Хотя бы в 50 процентах?
Несмотря на свой скептический настрой, относительно честных намерений семьи и конкретно будущей невесты, Джон согласился на брак. А потом его внезапно вызвали в заграничный филиал, и познакомиться с невестой не вышло. А когда он вернулся домой, оказался занят отложенными делами бизнеса основного филиала. Социальных сетей Джон не вел, интервью не давал, разгульным образом жизни не увлекался. Папарацци и журналисты его фотографиями богаты не были. Все, конечно, видели его квартиру в хорошем районе, дорогую машину, брендовые часы, это скрыть было сложно, да, и не хотелось отказываться от привычного. Но, чем он занимается, что генеральный директор и один из совета директоров такой знаменитой фирмы, никто не знал.
И потому в его умной голове созрел коварный план. Его невеста Элис оставалась все такой же прекрасной, и он решил узнать о ней побольше, ведь на протяжении всего пребывания за границей, Джона не покидали мысли об этом прекрасном ангеле. Он гнал их от себя, как мог, мешали работать, но так окончательно этого сделать и не смог. В этот вечер он встречался со школьным другом, они все реже виделись, но продолжали общение в той мере, в которой позволяли обстоятельства и дела, коих было невпроворот.
- Скажи, ты всех в нашем городе знаешь, о ней можно что-то сказать? - Джон протянул телефон с фото Элис. Они уже выпили, а темы для разговоров начали подходить к концу, тогда он и вспомнил, что хотел спросить у Ричарда.
Этот малый и правда знал всех в их круге, высшем свете. Если и узнавать о личности будущей невесты, то только у него. Их с Элис помолвка еще не была назначена и рассказывать другу, зачем ему нужна информация, не приходилось.
- Это Элис Гроу, она дочь ваших конкурентов, единственный поздний ребенок, но такая чудесная девушка. Я хотел к ней как-то подкатить, но она начала со мной о Бальзаке говорить, а я хотел предложить в клуб поехать. Так что решил не разбивать девушке сердце, ведь я такой красавчик, как она потом будет жить после нашей короткой интрижки? - Ричард, как всегда, начал себя расхваливать, но делать это в шутку, хотя бабником он действительно был, потому всех и знал.
Они сидели в пабе, тут было шумно, но перегородки между столиками скрывали гостей заведения от лишних ушей и глаз. Официанты носились туда-сюда с подносами, но не раздражали. Джон отвык от ритма своего родного города, за границей ему надоело, там не было дома, не было друзей и родителей.
- А какая она? - поинтересовался Джон, выдержав паузу, чтобы не вызвать подозрений своими расспросами.
- Добрая, очень хорошая, умная, заканчивает университет. Правда, у нее там какие-то проблемы, часов общественной деятельности не набрала, диплом не хотят выдавать. А ты помнишь, как нам пришлось работать в приюте для собак? Как твой пес поживает, кстати?
- Хорошо поживает, с отцом, чтобы ему не было одиноко.
- А как мама?
- Тоже неплохо, пришлось только уволить сиделку, совсем обнаглела, опаздывала, спала в обед, оставляла маму на улице и уходила в дом, когда холодно. Не следишь за ними, совсем перестают работать, как следует. Ищу новую, но пока безуспешно. Я сам бы с радостью за ней смотрел, но знаешь же, я почти живу в офисе.
- Тебе нужно жениться, жена будет за всем приглядывать.
- Вряд ли жена будет постоянно наведываться к маме, и смотреть за ее домом и работниками. Лучше расскажи ещё об этой девушке.
- А тебе зачем? - сощурился друг. - Понравилась? Она с тобой все равно не будет.
- Это почему еще? - тут же возмутился Джон.
- Слишком правильная, целомудренная, и самую умную из себя строит, - Ричард усмехнулся и заказал у официанта еще выпить.
- А что за человек? - настаивал на своем Джон.
- Ничего особого такого не могу сказать, в скандалах не замешана, множества бывших парней не имеет, отличница, спорт любит, танцами занимается, книжки читает.
- Понятно, скучно с ней, - Джон, получив немного интересующей информации, перевел тему, чтобы ни о чем пока не рассказывать. Помолвки не было, если он узнает страшные тайны этой Элис, так и не будет никогда.
Уже дома поздней ночью он все никак не мог уснуть. Мама на ужине совсем была поникшей, Джон помогал ей есть, хоть и получалось это неловко, но маму развеселила такая неуклюжая забота, и это было главное.
- Ты какой-то задумчивый, что-то случилось? - спросила мама, когда он помогал ей лечь спать.
- Не больше, чем обычно. Нужно найти тебе новую сиделку, - ответил Джон.
- Только в этот раз прошу, пусть она не бросает меня одну на улице на морозе, говоря, что мне нужно дышать, - маму почему-то это не злило. Она наоборот, очень с юмором относилась к своему недугу.
Доктора прогнозов не давали, время покажет, а мама верила, что поправится и уже назначала новые свидания со своими престарелыми кавалерами. И все же каждый раз, когда Джон видел ее в инвалидном кресле, его сердце болело от безнадежности. И тут внезапная мысль ворвалась в уставшую голову Джона, ему нужно сблизиться с Элис, пока она не знает, кто он, не видела толком его лица и лично не знакома. У него есть работа, у неё не набраны часы общественной деятельности, идеальный вариант. Но чтобы не вызвать подозрений, нужно попросить провести собеседование управляющего особняком. С этими позитивными и гениальными, по мнению Джона, мыслями он уснул, но сон его был некрепкий, все так же наполненный тревогами множества дел.
Элис, узнав, что ей предложили работу сиделкой, тут же согласилась. И если судить по рассказам мистера Брауна, управляющего, девушка была несказанно рада. До конца лета ей нужно было набрать 200 часов общественной деятельности на благо общества за все годы обучения, а должность сиделки, как нельзя лучше подходила под общественное дело. Джона смутило, что девушка совсем не интересовалась этим, пока училась, но это было её дело. Только потому что она не помогала никому, как волонтер, его не отпугнуло от ее, пока что не до конца изученной личности. К обеду красный кабриолет Элис, шурша колесами по гравию и обогнув фонтан с красивой греческой нимфой из мрамора, что держала кувшин, служивший маленьким водопадом, подъехал к их особняку. Элис элегантно подала руку лакею, грациозно выпорхнув из машины. Она сняла солнечные очки и очарованно начала осматривать особняк. Белоснежный дом с колоннами у входа, длинными окнами и высаженными вдоль дорожек пихтами.