У Клары Борисовны дочь влюбилась. Хорошая дочь, студентка медвуза. Клара Борисовна ее больше жизни обожала. И гордилась очень перед родней и коллегами: будет ее Таня настоящий врач. Никогда у них в семье врачей не было. А Таня с детства жизни спасать мечтала и в халате белом ходить. И как такой девочкой не гордиться?
Но вдруг влюбилась Таня. Парню ее тридцать лет. Фактически мужик, на двенадцать аж лет Танюшу старше. И замашки у него неприятные. Прямо весь он не такой.
А как дочь от дядьки отговорить, этого Клара никак придумать не могла. И лила слезы по углам. И советов спрашивала у родни. А родня успокаивала: все так замуж выходят и всем зятья поначалу не нравятся. Не под юбкой ж материнской Таню до сорока лет запирать. Нехай живут. Может, и разбегутся.
В городе молодежь познакомилась. Таня там в общежитии жила. И вот мужик этот, Дима, стал дочь к себе в квартиру тянуть. В логово свое.
А Клара Борисовна, конечно, отговаривала Таню. “А знаем мы, - говорила она, - чем такие сожительства оканчиваются. Не даст ребенку института закончить павлин этот”.
Но дочь уж так влюбилась, что по-тихому к Диме перебралась.
- Ты, - Таня сказала, - маменька, тоже замуж выскочила в девятнадцать.
И что на подобное ответишь? Вышла ведь в девятнадцать-то. Но дочь - совсем иное дело. И для нее лучшей жизни хочется.
Дима знакомиться с Кларой Борисовной в деревню приехал. На вид - мужик мужиком. Усатый и с бородой по грудь.
- Дочь у вас, - Кларе сказал, - в целом нормальная. Не пьет, книжки читает. Опрятна в быту. Характер тихий и спокойный. Физиономию не раскрашивает. Вызывающую одежду не носит. Мне подходит. Съехались уже. Живем прекрасно. Освоилась Таня довольно быстро, уборка, готовка, все на себя взяла. С работы встречает с широкой улыбкой. Ежели я уставший - так она мне воротниковую зону массажирует. Можно сказать, что с задачей по воспитанию вы неплохо справились, Клара Борисовна. Есть, конечно, некоторые огрехи. Но это я уж сам поправлю.
- Как это, - Клара Борисовна кухонным полотенцем рот прикрывает, - съехались? Ребенок еще Таня наша. И учиться ей надо. Учеба у нее тяжелая. Устает страшно. И успеет еще с замужествами, какие ее годы.
- А я, - Дима отвечает, - замуж вашу дочь и не зову. Я принципиальный противник ЗАГСа. И вы, Клара Борисовна, не будьте динозаврихой. Так просто съехались. Но как она ко мне в логово перебралась - так с той минуты воспринимаю Татьяну законной женой. Со всеми, так сказать, вытекающими. А к жене я всегда требователен, но и справедлив. Как хорошо себя ведет - так пряник ей, а как шалит, то и кнут. Не тревожьтесь более о судьбе, моя это теперь забота. И решать все за Таню стану. Дурному не обучу.
И бороду Дмитрий огладил. А Клара оторопела прямо от заявлений его. И обидно сделалось - она таких бородатых нахалюг ранее не встречала. И полотенцем огреть нахалюгу даже хочется.
- А это ты пожалеешь, - сказала Тане, - и медвуз твой по кочкам пойдет, и сама с пузом останешься. А бородатый ничего не теряет. Ты подумай.
- Влюбилась, - дочка признается, - и прям жить без него не могу.
- А учеба-то, Таня, - Клара к благоразумию призывает, - это дело самое тебе наиважное. Ты ж про белый халат мечтала. И жизни спасать.
- На первом месте, - Дмитрий в разговор вмешивается, - у Тани дом и дети с мужем будут. А коли работа мешать этому положению станет, то и делать ей на такой работе нечего. А она, конечно, станет мешать. Поэтому и думайте, Клара Борисовна, надо ли вам эта учеба. Не всем медичками быть.
С тяжелым сердцем Клара Таню отпустила. Прямо душа не на месте. И учеба, небось, по кочкам, и пузо скоро на нос полезет. И бородатый - сатрап натуральный.
А что тут поделаешь? Не драться же с бородатым. Или подраться уже?