Наше дело укорять себя хотя бы на короткое время, святые вообще укоряли себя всю жизнь. Но нам это не под силу, но хотя бы немного, а остальное предоставить Богу.
При этом так укорять, чтобы не просто натягивать улыбку ближнему, а улыбаться ему искренне.
Нужно в тайне Богу делать. Если на всех в душе кипит зло, это от самолюбия и тщеславия. А лучше стараться считать себ хуже других, грешнее всех.
Совет-молитва от преподобного Иосифа от гнева такая:
"Господи, помилуй нас грешных, разумея и себя, и тех, на кого гневаешься".
На других гневаться грешно. Укори себя, себя, а не других. За других ты не ответишь, а за себя непременно ответишь…
"Самоукорение оно полезно - говорит нам протоирей Андрей Ткачёв. -Делать это нужно часто, а лучше непрестанно. Это есть внутренний труд.
Но при этом чувство вины и самоукорение - это разные вещи.
Для чего нужно самоукорение? Чтобы человек не гордился потому, что каждый из нас к этому склонен.
В поединке с боксерами, есть победивший и проигравший, у обоих играет гордость, только один - в подвешенном состоянии, другой - в приподнятом. Но укорять себя должен непременно второй. Если же не смирит, не сдержит себя, в следующем бою непременно будет повержен он, и победим, и смирен.
И так же и о чувстве вины. Тоже здесь все хорошо в меру. И за шкирку макать себя носом тоже не всегда верно и правильно. А то человек может загнать себя в такую крайность, что в беду себя загонит.
Лучше людей приободрять, а не прессовать. Да и это нужно. И утешать полезно, и поддерживать, и поднимать в собственных глазах: "У тебя всё получится!"
Самоукорение - это внутренне усилие, это работа над собой. Ни в коем случае только не делать это напоказ. Наружу. Всем своим видом.
Вы должны быть таковы, как сказано Господом о посте: «Лицо свое умой и голову помажь, и явись людям с веселым лицом», а внутри будь постящимся.
Потому что Бог видит тайное. Но не наоборот, с постной физиономией, лучше на люди не показывайся.
Самоукорение – это тайна сердца. Я должен себя укорять всегда, потому что я вижу, что каждый мой шаг несовершенен перед лицом Бога моего.
Даже в добре оно есть. Они по сути добро дырявое, как сыр. И в добре, как и в гнилом яблоке есть червь. Даже в самых добрых намерениях есть несовершенность, и когда мы это понимаем всерьез, то осознаем, что нам нечем гордиться.
Это и есть здоровое самоукорение. То есть, когда мы даже в самых великих проявлениях души мы всё-равно не бываем абсолютно добрыми.
Всегда есть остаток для греха. И у меня есть всегда в чем укорить, в чем шикнуть на себя, изнутри. Чтобы не гордиться, а значит не осуждать".