21 ноября исполнилось ей нынче 96 лет. Поздравила я ее по телефону, сказала, что люблю ее всей душой, пожелала долгих лет жизни в здравии.
Моя свекровь, Лидия Феофановна, это золото нации. Простая, русская, деревенская женщина, большой души человек. Выпала на ее долю не легкая судьба. Тяжелое, голодное, сиротское детство, такая же юность.
Отец у них умер еще до войны. Молодым мужчиной, которому еще жить бы да жить, детей растить. А их осталось у него четверо. Был он коммунистом, председателем колхоза, но вот так получилось, что умер. А если бы не умер, то посадили бы или на войне бы погиб. Такое суровое время досталось нашим дедам. И вот так судьбы у людей складывалась.
Как они с матерью войну пережили, одному Богу известно. Поесть порой было нечего, да и одеть тоже. Мать из мешка себе юбку сшила. Вечером постирает, утром одевает и в люди и на работу. Одна эта юбка и была. И вот как то так же постирала и в окно увидела, к ним уполномоченный идет, а она в одном исподнем ходит дома. Сорвала она быстро ту юбку с веревки, да надела мокрую на себя. Вот такая история. Когда мать выходила замуж, родители ей в приданное машинку швейную Зингер дали. Вот за счет нее всю войну кормились, потому что она всю деревню на ней обшивала.
Старший брат успел в ВОВ повоевать снайпером, имел правительственные награды, даже во время войны в отпуск приезжал в село. А после войны и службы остался жить в Карелии. Средний брат уже после войны служил в армии, в Бурятии там и осел. Последний брат, который был младше свекрови, рос в военное время и в следствии недоедания был слаб здоровьем до 6 лет вообще не ходил.
А в послевоенное время по деревням врачи ездили организованными бригадами. И вот приехала, значит, такая медицинская бригада во главе с каким то профессором к ним в село. Народу со всех окрестных деревень понаехало уйма. Этот профессор обратил внимание и на нашего ребенка. Говорит:
- А что это у вас? Мальчик уже разговаривает хорошо, а не ходит до сих пор?
Осмотрел он его и порекомендовал, кроме лекарств, прогревать в песках. Вот "няня"его и носила на пески к речке. Зароет его по шею, он лежит там весь, потом исходит. Она ему лопушок на голову положит, чтобы солнце не напекло, и спрашивает:
- Жарко тебе, Валя?
он отвечает:
- Ничего, няня. Я потерплю.
Три раза сносила. И после этого он пошел. Да не то что пошел, а побежал, "да еще такой справный хлопец вырос, только росточка маленького остался".
Молодость Лидии Феофановны выпала на послевоенное время, когда страна лежала в руинах, хозяйство в разрухе и приходилось все восстанавливать почти голыми руками, заново отстраивать почти все. Тяжело было. Но Сталина она не ругает и говорит: "Да жизнь была тяжелая, но люди были лучше, добрее, веселее, полны оптимизма. Едут с поля усталые, чумазые, а песни поют, смеются. В каждом окне герани огнем пылают, шторы из ситца висят, ребятишки босоногие бегают гурьбой". Все, от мала до велика, засучив рукава, налаживали жизнь. И пахали, и сеяли, и жали, и молотили, и на лесозаготовках зимой приходилось работать, да и на своем подворье работы хватало. А денег за работу тогда не платили почти совсем, трудодни только записывали, трудоднями и рассчитывались, и товаров в магазине еще мало было. Но жили, замуж выходили, детей рожали. Жизнь более-менее начала налаживаться в 60-70-х годах.
Отработала она в своем совхозе от зари до зари дояркой до самой пенсии. Подъем в 4: 00, утренняя дойка. С дойки вернется, да тут же за домашние дела возьмется. Сидеть да лежать некогда было. Потом вечерняя дойка и дома тоже. Отбой в 24: 00. Руки у неё большие, натруженные, пальцы, скрученные артритом. Не было тогда теплых коровников с проведенным туда водопроводом. И фляги руками тягали, и сено коровам вилами раздавали, и отел сами принимали, и телят сами выхаживали. Но коровники да свинарники в каждой деревне были. И работы в деревне было всегда и всякой много "и денно и нощно". И свой покос литовкой вручную выкашивали на лугах. Свою корову держала до 70 лет.
Да, сейчас ей 96 лет, и она много чего помнит из той жизни. Держится бодренько, с оптимизмом, в здравом уме, рассуждает мудро. Никогда ни на кого и ни на что не жалуется. Всегда у нее все хорошо и всегда говорит, что жизнь сейчас очень хорошая. Все есть, пенсию платят вовремя и главное, слава Богу, без войны живем. И мы ее все любим, уважаем и почитаем. Она у нас в семье святая. Низкий ей поклон!