Какое здание строится в Москве уже больше 40 лет? Могу показать вам его из моего окна — это одна из трех башен в начале проспекта Вернадского. Две из них уже много лет в строю, а вот первая (если считать из центра) так никогда и не была сдана.
Автор трех брутальных башен — архитектор Евгений Розанов. В его биографии начало их строительства стоит под 1981 годом. Но строительный забор, мне кажется, стоял здесь всегда. В 1980–1990-х годах бетонные башни казались огромными пограничными столбами: между цивилизацией, раскинувшейся вокруг метро «Университет», и застроенным сотнями ржавых гаражей огромным пустырем между Мичуринским и проспектом Вернадского. Чего только на этом пустыре не было — от диких собачьих стай до фавел из подручного материала.
Поскольку моя бабушка жила на проспекте Вернадского с момента постройки первых домов, то есть с середины 1950-х, то, по ее версии, огромное пространство было оставлено для Пантеона (место для него окончательно так и не выбрали, а потом от идеи и вовсе отказались) и для нового квартала правительственных зданий.
Временно на краю пустыря у самой станции метро «Университет» поставили бетонный забор, который дожил до 1990-х. Перед приездом в 1972 году в Москву президента Никсона его прикрыли новым белым забором, который в народе, само собой, стали называть «забор Никсона».
С конца 1970-х вдоль проспекта начали строить невысокие здания явно очень специального назначения с мощными заборами и огромными фонтанами. А между ними по кромке проспекта вскоре встали три 30-этажные башни. Советские архитекторы любили добавлять такие акценты в монотонную или малоэтажную застройку. В Москве эпохи модернизма сплошь и рядом встречаются панельки, поставленные вдоль улицы тройками: на Садовом кольце у Малой Дмитровки и на Ленинском проспекте в районе улицы Новаторов, например.
Но три родные высотки на Вернадского и повыше, и повыразительнее. Хотя коробки построили, до момента распада СССР ближайшую к метро башню не завершили. В 1990-х она числилась за несуществующим ныне ФАПСИ (Федеральное агентство правительственной связи и информации при президенте Российской Федерации). В 2003 году ее передали «Рособоронэкспорту».
Пока здание стояло заброшенным, на его верхние этажи залезали любители красивых фотографий (можете найти их в интернете). Пару раз там было слышно что-то типа дискотек. По слухам, там даже кто-то погиб в шахте лифта.
Потом стройка возобновилась. Бетонные наружные блоки частично убрали, чтобы увеличить окна и придать зданию более офисный и менее крепостной вид. У него появились две современные пристройки с волнообразной крышей. Казалось, вот-вот — и высотка станет уже обитаемой! Но нет. Стройка снова встала. По этому поводу появился даже фольклор: уходит на пенсию прораб Иванов, представитель рабочей династии, который всю свою трудовую жизнь возводил «нашу» башню. И дает на проводах наказ сыну: «Желаю тебе, сынок, тоже всю жизнь проработать на этой стройке». Кто говорил, что это место выбрали неудачное для строительства, кто предполагал, что просто деньги кончились.
Но вот в начале этой осени в башне вдруг снова закипела жизнь. Появился красный кран. Начали сносить пристройки. Недострой выкупил застройщик, и здесь теперь планируется жилой комплекс. Как сказал председатель совета директоров этой компании в интервью, комплекс «дополнит застройку и облик этого, безусловно, престижного района». Не знаю, как насчет «дополнит» — ведь вряд ли архитекторам удастся сохранить тот ритм, который задают проспекту три почти одинаковые башни.
По стечению обстоятельств именно сейчас я съезжаю из квартиры. «Мое» окно запомнится мне уже только с «моей» башней, а не с новым комплексом, каким бы он ни оказался. Я же на прощание, пока не поздно, хотел бы выдвинуть доживающую последние дни башню на звание самого древнего долгостроя Москвы. Или есть другие кандидаты?
Владимир Герасимов, читатель «Москвич Mag»
Если вы хотите стать героем этой рубрики и рассказать о своем виде из окна, напишите, пожалуйста, Наталье Журавлевой: nrobertova@mail.ru
Фото: Владимир Герасимов