Психолог — сложное ремесло: в самых разных качествах приходится себя пробовать… Ладно бы только швец, жнец, и на дуде игрец: так ведь ещё и врач, и дрессировщик, и пожарный, и учитель, и капитан корабля по время шторма, и тренер женской баскетбольной команды во время драки в раздевалке…
Ну, вот и в качестве автора очередного фанфика про Гарри Поттера можно себя предложить: а почему нет?..
Пёс его знает, честно говоря, с кем мог бы разводиться Гарри Поттер. Мне даже сложно предположить, на ком бы он мог жениться: Гермиона явно не в счёт, с её покровительственными интонациями мамы/старшей сестры и феминистскими закинодами, профессор МакГоннагал старовата, а для описания однополого брака с Уизли фантазии не хватит не то что у меня, но даже у Джоан Роулинг… Да и вообще, маги не женятся: они, как известно, бессмертны, а хоронить одну жену за другой в течение столетий — удовольствие явно ниже среднего…
Но давайте просто попробуем понять, чем же отличалась бы логика волшебника, если бы столь сложный и неприятный вопрос вопрос о прекращении собственной супружеской жизни — перед ним вдруг встал.
И даже чуть шире возьмём (Бог с ним, с волшебником): чем отличается логика вообще от её отсутствия?.. Например, в решении вышеупомянутого серьёзного жизненного вопроса?
Вероятно, не только профессиональные психологи, но и не столь погружённые в психологию люди, хоть раз в жизни слышали от кого-либо вопрос «Как мне принять решение о разводе?» Ну там, от подруги, от сестры. От друга. Или на форум психологический зашли, а там каждая пятая тема примерно так и называется «Как мне принять решение о разводе?», или даже ещё категоричнее — «Помогите принять решение о разводе»…
И сия формула уже настолько прочно вошла, так сказать, в современный социальный дискурс, что уже даже почти перестала резать слух: по крайне мере, непрофессионалам точно перестала. Нет, ну а чо?.. У человека проблемы в браке. Неприятно, больно, мучительно. И вот он теперь и спрашивает, как ему принять решение о разводе. То есть само решение ему очевидно. Ему только непонятно, как его принять. И как только ему дадут формулу, предоставят в его распоряжение алгоритм, как только наполняют его уверенностью и эмоциональным зарядом, необходимым для принятия такого решения, то он тут же пойдёт и это решение примет.
Что ж, давайте это обсудим...
У многих из нас есть дети. Многие из этих детей ходят в школу. А те, у кого пока не ходят, или у кого их вообще пока нет, легко могут вспомнить себя в школьном возрасте.
А в школе дети, как известно, решают задачи. Например, по математике.
И вот теперь представьте себе: пыхтит ваш ребёнок над математической задачкой. Решает. И вы, заглядывая в комнату, видите все явные признаки того, что решение даётся ему непросто. Он ёрзает на стуле. Обхватывает голову руками. Уныло смотрит в окно. Бормочет себе под нос. Грызёт ручку, руку, или ещё чего-нибудь, до чего может дотянуться. И даже на его глаза наворачиваются слёзы, одновременно являющиеся признаком бессилия, злости и огорчения.
И тут вы, конечно, не выдерживаете, и на кошачьих лапах подходите к столу, чтобы поинтересоваться: «Ну что, сложно?.. Не решается?»
Тут он, в зависимости от темперамента, злобно вскрикивает, или жалобно всхлипывает, или мужественно кивает, набирает воздуху в грудь, и вы уже ожидаете, что он скажет: «Мама (папа), помоги мне, пожалуйста, задачу решить, у меня не получается...»
И вы уже даже готовы ему помочь решить задачу: вы, собственно, для этого и подкрались на кошачьих лапах.
Но он вдруг выдаёт в ваш адрес загадочную фразу, после которой ваша когнитивная система даёт сбой, а в голове с шумом включается вентилятор, в попытке остудить подавленный резко возросшей нагрузкой процессор.
Он говорит: «Мама (папа), помоги мне, пожалуйста, решить задачку, чтобы в ответе вышло пять: у меня не получается».
Вы осторожно присаживаетесь подле отпрыска, и всё ещё пытаясь справиться с потрескиванием собственного неотформатированного диска, переспрашиваете, словно бы не веря своим ушам: «...Чтобы в ответе пять вышло?»
Ну да, кивает чадо, размазывая слёзы.
Вы ещё некоторое время молчите, а потом, будучи осенены внезапной догадкой, хватаете учебник и быстро отлистываете его до последних страниц, в надежде увидеть раздел «Ответы и решения». Ну, единственный логический вариант, который выдаёт в этот момент ваш родительский мозг, ведь очевиден: ребёнок залез в «Ответы и решения», подсмотрел ответ, поэтому ответ он теперь знает, а вот как его получить, как подогнать своё решение задачи под этот ответ — не понимает. И спрашивает об этом вас.
Однако раздела «Ответы и решения» в конце учебника вы не находите, и тут вам становится совсем нехорошо. И даже как-то тревожно за ребёнка. Вы кладёте ему ладонь на лоб, пристально смотрите ему в глаза, и аккуратно спрашиваете: «Скажи, а почему именно пять?.. Почему именно этот ответ?.. Может быть, семь? Или три? Или вообще десять?»
Нет, уверенно мотает он головой, пять.
Вы, продолжая руководствоваться дурацкой олдскульной логикой, привитой вам системой советского образования, в соответствии с которой получению ответа предшествует решение задачи, то есть сначала решается задача, после чего получается ответ, но никак не наоборот — решение не подгоняется под готовый ответ — настаиваете на своём: «Ну, может быть, мы просто попробуем решить, как получится?.. Мы начнём решать, поищем решение, а если решение будет верным, то мы обязательно получим верный ответ… И даже если мы получим не пять, а три, или восемь, например, то это ведь не страшно: главное — решить правильно, по законам математики...»
Он некоторое время хлопает на вас глазами, однако потом, не будучи в силах сопротивляться давлению родительского авторитета, покорно кивает. Тем более, что за окном уже футбол (если у вас мальчик), или семечки на лавочке (если у вас девочка), и гаджет уже давно раскалился от сообщений (это вне зависимости от пола), так что с уроками явно пора сворачиваться, на любых условиях…
И вот вы с ним решаете задачу — вернее, вы решаете, а он смотрит и благостно поддакивает, что бывает примерно в половине случаев — и в конце концов получаете в качестве ответа цифру восемь.
И он довольно улыбается, как солнышко, и даже говорит «Спасибо, мама (папа)!» И уже хватается за гаджет…
Но вы, в попытке всё же устранить ранее возникший собственный когнитивный сбой, снова уточняете: «Смотри, вот мы с тобой всё верно решили, и получили восемь. А почему же в начале разговора ты просил решить так, чтобы получилось пять?.. Откуда ты это взял?»
Он презрительно морщится от взрослой неадекватности и говорит «Ну, я говорил с Машей, потом с Петей, потом с Женей, и они все сказали, что там должно быть пять. Все сказали, понимаешь?.. И даже Месопотамия Ивановна, когда задавала домашку, прямо так и сказала: «Кто правильно решит задачу, тот получит пять». Ну вот я и подумал, что...»
Тут вы, конечно, всё понимаете, весело смеётесь, обнимаете чадо, и отпускаете его погулять. Но он гулять не идёт, остаётся дома, и залипает в гаджете на три часа, но это уже совсем другая сказка…
Да. Но тут мы, худо-бедно, с ситуацией разобрались. Дети: с ними всегда так…
Но вот откуда в устах взрослых людей, и даже уже находящихся в отношениях, куда дети до 16-ти лет не допускаются, точно такая же формулировка: «Помогите мне принять такое решение, чтобы получилось пять?»
«Помогите мне принять решение о разводе?»
Или, всё-таки, «Помогите мне принять правильное решение?..»
И даже если в результате этого правильного решения получится не пять, а три, или вообще восемь, то мне это неважно: мне важно, чтобы само решение было верным?..
Какая такая Маша убедила вас, что стоящая перед вами задача не имеет никакого другого ответа, кроме этого?.. Как это происходило? «Ой, подруженька, я так тебя понимаю… Я сама эту задачу решала, и точно тебе говорю: там «пять» в ответе… Пиши в ответе пять, не ошибёшься...» Так это было?
Какая Месопотамия Ивановна пообещала вам отличную оценку, если вы подгоните решение под ответ? «Вы должны уважать и ценить себя, защищать свои границы, не поддаваться абьюзу и газлайтингу, поэтому послушайте меня… А если послушаете меня, то я поставлю вам «отлично»: ведь я так похожа на вашу маму, не так ли?..»
Похожи, Месопотамия Ивановна. Мама тоже всю жизнь сообщала мне правильные ответы: ещё даже до того, как я задам вопросы… И всю жизнь меня оценивала: причём, как правило, не выше «тройки». Поэтому я за вашу «пятёрку» всё что угодно сделаю…
И вообще: все говорят, что там, в ответе, пять. И другого не дано.
Все говорят, что предметы не летают.
А вот волшебник Гарри Поттер говорит «Вингардиум Левиоса!», взмахивает волшебной палочкой, и нарушает законы левитации.
Это в сказке. В сказке кто первый белый халат надел, тот и волшебник. Кто подверг сомнению законы физики и химии, тот начал превращать свинец в золото и перемещать предметы по воздуху.
А в современной жизни, похоже, волшебством уже становится обычное несогласие с общепринятыми способами решения проблем. Даже банальная попытка сделать по-своему, найти индивидуальный ответ, подходящий только для тебя, и наиболее точно отражающий твои потребности и возможности, уже начинает выглядеть колдовством и магией… И магом начинает выглядеть даже психолог, просто предлагающий вам как следует подумать над индивидуальным ответом, при этом послав лесом всех Машенек и Месопотамий Ивановен, так похожих на, маму вашу, вашу маму…
«Помогите мне принять решение о...»
Нет, не так.
«Помогите мне принять верное решение».
Вот так — правильно.