Катя сидела около камина, у нее слипались глаза, отяжелевшие веки невозможно было поднять. Но у нее в гостях была мать и выдворить ее она, конечно, не могла. Муж давно ушел спать. Ей казалось, что они с матерью обо всем уже переговорили, ведь пришла она после обеда. Мать ее сидела и рассказывала, как в прошлом году они с подругой отдыхали на побережье Азовского моря, как там запомнилась им одна парочка, которая вначале была неразлучна, а перед отъездом разругались.
- Мам, я ложусь в девять вечера, у меня уже привычка. – Катя видела, что мать не понимает намеков, пришлось сказать в открытую.
- Чего так рано? А кто за тебя все это будет убирать?
- Я встаю рано. Мне до работы надо приготовить завтрак и обед, потому что Сергей обедает всегда дома.
- Вот и плохо, что голова твоя занята тем, чтобы накормить мужа. Ты бы лучше присмотрелась к нему. Тогда бы поняла, что его кормить совсем не стоит.
- Ты опять за свое? Мне эта песня уже вот где сидит, - Катя вяло подняла свою руку и провела по шее.
- Если бы там сидела, ты бы давно своего мужа поставила на место. Ты не догадываешься, почему он стал обедать дома?
- Давай, я тебя завтра выслушаю, тебе пора идти, уже поздно.
- Вот, значит, как ты с матерью. Надоела я тебе. – Женщина медленно поднялась, взяла в руки зонт и сделала шаг к двери. – Завтра поедем с тобой.
- Куда?
- Ты пока своими глазами не увидишь, не поверишь.
- Если ты опять про Сергея, я никуда не поеду. Мне твои фокусы надоели.
- Дочь, это не фокусы, это жизнь. В двенадцать я подъеду к тебе на работу, - и мать вышла. Екатерине радоваться надо, наконец-то, она может плюхнуться в кровать, но сон прошел.
Было время, когда ее муж получал мизерную зарплату, когда в их съемной квартире не было мебели. Спали на стареньком диване, чтоб пружины не впивались в бока, купили поролон. Собственно, и одежда у них была скудная. Мать в то время совсем их не радовала своими визитами. Кате абсолютно нечего было ей дать в гостинец, сами, считай, жили впроголодь.
От нее дочь никогда ничего не ждала, она еще в юности уяснила, что все было только младшему брату. Если говорить образно, Сашке хлеб с маслом, а ей просто сухарь, который грызть было невозможно, обязательно нужно размачивать в воде.
И вот теперь, когда они с мужем прочно встали на ноги, у них свой дом в двух ярусах, у Сергея недешевая машина, мать зачастила. А все это благодаря мужу, который со своим другом открыли свое дело, которое оказалось прибыльным.
И брату Катя помогает. На прошлой неделе тайком от мужа одолжила брату крупную сумму. Сашка обещал вернуть через полгода, но сестра знает, что все это будет без отдачи. Не первый раз он клянчит у нее. Практически живут около кормушки Сергея, еще и зуб на него точат.
На следующий день мать, как и обещала, подъехала на своей старенькой девятке. Катя сразу отказалась, когда ей сказали, что внизу ее ожидает женщина.
- Передайте, что я занята. – Но Антонина Алексеевна достала ее своими звонками. Катя буквально кричала ей в трубку, что у нее болит голова. Женщина просто была в отчаянии. Она перестала отвечать матери, коллеги стали на нее косо смотреть. Екатерине ничего не оставалось, кроме, как спуститься вниз.
Дочь не произнесла ни слова. Села в машину. Немного усмехнулась, когда остановились около соседнего дома.
- Зачем мы сюда приехали?
- Сейчас сама все увидишь. А пока мы сидим и ждем, хочу тебе рассказать, откуда я все это узнала.
- Что ты узнала, говори, у меня уже голова раскалывается от недосыпания.
- Ехала я как-то из поликлиники, по дороге решила заскочить в аптеку. Только открыла дверь… и сразу закрыла, потому что там стоял твой муж с какой-то дамой.
- Почему ты решила, что это его дама?
- Они миловались, советовались, что-то выбирали в витринах, как семейная пара. Потом сели в его машину. Я забыла про лекарства, которые мне нужно было купить, и решила проследить.
- И что, Сережа не увидел твое ведро?
- К моей радости, нет, он слишком был занят своей спутницей. Я раньше думала, что у меня зять честный и порядочный человек. Сейчас сама все увидишь.
- Мам, что я увижу? Ты можешь объяснить в конце концов, что происходит?
- Смотри, узнаешь? – Катя увидела, что машина мужа остановилась прямо около ворот соседнего дома. Сергей помог выйти из машины какой-то женщине. Судя по животу, на второй половине беременности. Взял два пакета и проводил спутницу, вероятно, до дверей, потому что вышел почти минуты через две, и сразу направился домой.
- Мам, отвези меня опять на работу.
- Я бы на твоем месте по горячим следам разобралась с мужем. Ты хоть знаешь эту женщину? Она же ваша соседка.
- Ее ни разу не видела, а вот с тетей Машей здороваемся, иногда словечком перекидываемся. Может, это ее дочь… Но она вроде, как далеко жила… Поехали ко мне на работу.
- Катя, ты это дело так не оставляй. Уведут мужика, что тогда будешь делать? – Катя смотрела на мать, не было в ней материнского сочувствия, ей двигало совсем другое. Дочь отлично это знала.
- Жить буду, как все обманутые женщины, ни одна из которых не пропала.
- Дочка, не надо так категорично. Все-таки уже второй десяток разменяли семейной жизни. Сергей оступился, его просто надо вывести их этого заблуждения, и все у вас образумится.
Екатерина твердо решила домой не возвращаться. После увиденного ее чуть не стошнило. Она позвонила своей подруге.
- Таня, можно я у тебя поживу.
- Что за вопрос, конечно, места хватит. – После работы она поехала к Татьяне, с которой когда-то были очень дружны. Часа через два ей позвонил Сергей. Она спрятала телефон в сумку, но мелодия слышалась, просто выводила ее из себя.
- Настырный, а. Пожалуйста, я прошу тебя никогда мне не звонить, и забудь мой номер. Все. – Катя присела на диван и заблокировала телефон мужа. Дотошная подруга тут же к ней подошла.
- Между вами что-то серьезное произошло?
- Таня, я хожу от Сергея, - женщина пересказала все, что видела своими глазами.
- Катя, вы мне очень дороги, как друзья. Ты моя единственная подруга. Я не хочу, чтобы вы расходились.
- Во-первых, я подам на развод. Я больше там жить не буду. Завтра же заберу свои вещи. Если тебе когда-нибудь опять понадобится помощь, обращайся к кому угодно, только не к нему.
- Кать, ты просто расстроена, и как женщина, я тебя очень хорошо понимаю. Может, не стоит так кардинально все менять? Вы же столько лет вместе…
- Вот именно, больше десяти лет. А я только сейчас поняла, с каким ничтожеством я жила. Пойми, измены простить нельзя. Да еще та женщина беременна… А мне все говорил, что надо подождать.
- Ты хотя бы поговорила с ним.
- Мне не о чем с ним говорить, и так все ясно.
- Ну хочешь, я поговорю.
- Таня, прошу, не лезь в наши дела. Я уволюсь и уеду отсюда совсем. Ты думаешь, что одна такая сердобольная. Мать тоже будет против нашего развода. Она же никогда больше не отведует всячину, как она называет разносолы, что я ежедневно клала ей в сумку.
- Бросить все и уехать? Как так можно!
- Очень даже можно. Пока не поздно, начну свою жизнь с чистого листа, а эту страницу просто вытравлю ядом, который так и плещет из меня.
На следующий день Антонина Алексеевна и Татьяна подъехали одновременно к дому, в котором до недавних пор царила любовь.
А Катя в это время не находила себе места. Вгорячах сказать можно всякое. А правильным ли будет ее поступок? Бывают в жизни еще и не такие случаи, когда один из супругов все прощает и забывает про интрижку до поры до времени. Но у Сергея это все давно, вероятно, тянется. И она решила съездить домой и поговорить с мужем. Попала она в дом уже в конце разборок.
-Да, я уважаю Катю, но не люблю. У меня уже около года назад появилась другая женщина. Конечно, я на пятнадцать лет старше ее, но это не мешает нам любить друг друга. Дина ждет от меня ребенка.
- А как же жена?
- Конечно, я за нее переживаю, но она сильная женщина, без меня не пропадет, тем более она неплохо зарабатывает.
Катя стояла у порога и сдерживала слезы. А она-то надеялась, что все еще можно исправить. Стоило бы Сергею улыбнуться, и вся обида на него прошла бы моментально. Она вышла из дома и буквально завопила, так что тетя Маша услышала.
- Катюша, что у тебя случилось? С Сергеем что?
- А то вы не знаете? Кто она вам там приходится, что увела у меня мужа.
- Динка-то? Так она квартирантка, Сергей упросил взять ее на постой. Я сначала отказывалась, не по-соседски это. Но он мне предложил хорошие деньги. Не могла отказаться от них. Сама знаешь, сколько стоит содержать частный дом. Пенсия-то у меня небольшая.
- Знали и молчали? – Катя буквально съедала глазами тетю Машу.
- Сначала хотела рассказать, а потом тебя пожалела. По себе знаю, какой это удар. Но не переживай, эта молодая ему еще покажет. Строптивая, изнеженная девка, я тебе скажу. Хлебнет он с ней. Не раз пожалеет о содеянном.
Екатерина увидела, как из их дома выходили мать с подругой.
- Тетя Маша, давай зайдем к вам во двор, не хочу, чтоб они меня увидели. – Женщины шмыгнули за калитку.
- Тань, ты как хочешь, а я сейчас пойду выдеру все космы этой бабе.
- Тетя Тоня, не надо, она же беременна. Вдруг что-нибудь случится. Исправить это уже нельзя. Насильно мил не будешь. Остается только Кате помочь пережить все это. – Женщины, каждая сев в свою машину, уехали.
Катя все-таки решила уехать подальше, там легче будет забыть о муже.
Как и предполагала тетя Маша, Сергей много натерпелся с молодой женой. Особенно ему было тяжело, когда родилась малышка. Дина будто забыла, что она мать, все переложила на мужа, еще и к себе требовала постоянного внимания. Весь свой бизнес полностью переложил на плечи друга. Потом понял, что надолго его не хватит. Он устал уже выполнять капризы жены. Не раз вспоминал свою Катюшу. Близко локоть, но не укусишь.
- Дина, мне кажется, мы с тобой совершенно разные люди. Вместе мы не уживемся. Я сниму тебе квартиру и буду оплачивать, расходы на малыша буду полностью компенсировать.
- А мои расходы? Ты забыл, что я жена твоя? – Сергей доказывал, что жены и матери так не поступают. – Ну и оставайся с Ликой, она мне не нужна, я от тебя сама уйду.
Вот к какой развязке привела ошибка, которую совершил Сергей, когда встретил Дину. Он думал, что между ними любовь, а оказалось, что никто и не любил, просто страсть приняли за это чувство.
Сергею ничего не оставалось, как найти Катю, он думал, что жена его любит и все простит, и примет его дочку. Но ни Антонина Алексеевна, ни подруга не помогли ему в этом начинании восстановить семью, потому что они сами не знали ничего о Кате.