Утром встретил соотечественницу по СССР: лет пятидесяти, короткие черные трикотажные брюки до колена, белая майка, светлые волосы в пучке, утиный носик, маленькие темные глаза, - Южная Россия или Украина.
Заметила меня утром на улице, оценила и громко обратилась к миру: "Кто-нибудь говорит по-русски?"
Пришлось сознаться, что говорю и даже понимаю. Был шанс, что человеку действительно что-то нужно. Нет, не сбылось.
Она первый раз в Стамбуле, языка не знает, с ней ребёнок. Она не уточняла пол и возраст. Может, расширяла охват аудитории, может лень, а может правильно решила что "к черту подробности", куй железо, сразу переходи к главному - хотим есть.
Кое-как доиграли мы с ней эту сценку, диалог скомкали, половину текста выбросили - как она оказалась здесь, зачем вообще поехала, на что надеялась... Всё это - лишние подробности, зачем же время терять. - Что надо, денег? - Денег.
Купюра вытащилась из кармана крупная, но менять не стал, из-за чего разозлился ещё больше.
Она попыталась обнять меня на сдачу, но я не позволил. Ушёл не дослушав похвал. Все это время глаза её оставались внимательным, злыми и холодными. Расстались мы взаимно недовольными.
Так я и понимаю согласие и примирение. Если от меня что-то и нужно соотечественникам, то только денег и по-возможности быстро. Я с этим примирился, и согласен держаться от них подальше. Чтобы не портить праздник ни им, ни себе.
* * *
Турецкая деревня у моря. В этой части пляжа стоянка прогулочных корабликов. Перевернутые лодки на камнях, куски кабеля, полезный и бесполезный хлам, пара мусорных контейнеров.
Не ожидал встретить здесь Человека-паука. Наверное, на отдыхе. Лет семи, с мамой и сестрой Алисой. Но и здесь нет ему покоя.
(Прижимает к уху какую-то веточку.)
- Это Человек-паук. Алё, Алиса, что ты видишь!? Что нибудь грабят?
- Вижу... грабят... помойку с деньгами!
- Слева или справа!?
- Слева!.. Нет, справа, справа...
- Лечу.