Найти в Дзене
МногА букфф

Алтарь

Александра была красавицей. Яркой, изысканной, победительной.Всегда. Люди немели, глядя на малышку с глазами такой изумрудной глубины, что хотелось нырнуть и остаться. В школе у учителей не хватало духу отчитывать маленькую тогда Сашу за лень и двойки. Просто терялись под острым, тяжёлым, надменным и завораживающе красивым взглядом, плавным поворотом головы, ироничной полууоыбкой- полоуусмешкой. Мать работала поварихой в столовке, отец - слесарем на заводе. Простые люди, они диву давались, как у них могла родиться такая красавица. Старшая дочь, Лизка, была понятна и близка в своей простенькой немудрящей миловидности, а младшая была подобна стихии. Стихия бурлила в зелёных глазах, в свободной, природой подаренной пластике и той победительниц, неосознанной чувственности, что очень близка и к целомудренной чистоте, и к распущенности. И испытывали вину за скромные платьица, сервант от бабушки в большой комнате, пальто, доставшееся от старшей сестры - за весь простенький немудрящий свой б

Александра была красавицей. Яркой, изысканной, победительной.Всегда.

Люди немели, глядя на малышку с глазами такой изумрудной глубины, что хотелось нырнуть и остаться. В школе у учителей не хватало духу отчитывать маленькую тогда Сашу за лень и двойки. Просто терялись под острым, тяжёлым, надменным и завораживающе красивым взглядом, плавным поворотом головы, ироничной полууоыбкой- полоуусмешкой.

Мать работала поварихой в столовке, отец - слесарем на заводе. Простые люди, они диву давались, как у них могла родиться такая красавица. Старшая дочь, Лизка, была понятна и близка в своей простенькой немудрящей миловидности, а младшая была подобна стихии. Стихия бурлила в зелёных глазах, в свободной, природой подаренной пластике и той победительниц, неосознанной чувственности, что очень близка и к целомудренной чистоте, и к распущенности.

И испытывали вину за скромные платьица, сервант от бабушки в большой комнате, пальто, доставшееся от старшей сестры - за весь простенький немудрящий свой быт, который не вязался с дочкиной красотой и от этого казался ещё более убогим.

Александра знала, что красива, но знала так, отвлеченным знанием. Внимание одноклассников было делом настолько же обыденным, как манная каша в школьной столовке.

Ей было 14, когда, когда осознала, что красота - это власть. В тот день задержалась после физкультуры в раздевалке. Смотрела в мутное зеркало и наслаждалась собственной красотой: длинной шеей, крепкой высокой грудью, тонкой гибкой талией. Испытывала почти физическое удовольствие,глядя на себя в зеркало.

Чужой взгляд ощутила всей кожей. Иван Антонович, физрук, смотрел на девочку, тяжело дыша. Взрослого, семейного, порядочного мужика колотило от желания, преступного, невозможного, сильного настолько, что причиняло почти физическую боль. Сто раз пожалел, что пошел закрывать раздевалку после уроков.

Саша медленно взглянула на учителя, улыбнулась дразнящие..

Иван Антонович пулей вылетел из раздевалки. Чего это ему стоило, знал только его ангел - хранитель.

До десятого класса у Саши были пятерки по физкультуре..Оба, и физрук, и ученица, хорошо помнили тот вечер. И знали, что могло произойти.

К семнадцати годам Александра превратилась в сногсшибательную красавицу. Мать только головой качала: не к добру, как бы чего не вышло.

Вышло. Просто в один прекрасный день тонированная " Волга" не вписалась в поворот. Ошарашенный водитель даже забыл, как материться. Машина, кстати, не пострадала. А человек на заднем сидении смотрел на девушку, как смотрят на судьбу.

Так Александра встретила своего первого мужа.

Игорь Альбертович был немолод, не особенно хорош собой, умён и проницателен. А ещё являлся не последней детальной в той огромной машине, что называлась "партийным аппаратом".

По Александру понял все. Про ум, обаяние и огромную любовь к собственной красоте.

А ещё понял, что не может без неё жить. Вот так, с ходу, с маху влип.К умным дям любовь всегда приходит по- глупому.

Держать девчонку в любовницах? Можно и по шапке получить. А ещё - хотел Александру целиком, телом, душой, мыслями. К родителям приехал чин по чину, попросил руки, панибратски выпил с Николаем, будущим тестем всего на пару лет старше его самого.

- Дочка, иди, не думай, это ж поднебесье! - мама суетливо заглядывала Саше в глаза, гладила, как маленькую , по голове, - ты хоть жизнь увидишь, а не апельсины в Новый год и сапоги новые раз в десять лет.

Александра улыбалась, и мать ни черта не могла разглядеть в её улыбке.

Свадьба была роскошной. Родители и сестра потерялись где - то с краю застолья, люди, одни имена которых заставляли швейцаров вытягиваться в струнку, называли мужа ( уже мужа!) Игорьком и целовали Александре руку. Она смотрела на себя , тоненькую, изящную, в импортном платье и гарнитуре из дивной красоты изумрудов и шептала:" Только так, и никак иначе!"

Саша получила достойную оправу своей красоте, Игорь Альбертович получил Сашу:" Цветочек мой аленьк ий!" - шептал по ночам, рухнув на упругую грудь молодой жены после сладких, но слегка уже утомительных мужских трудов. Александра улыбалась. Муж, сам того не ведая, открыл ей ещё один инструмент. Инструмент, благодаря которому красавица может всё.

Но Игорь хотел ребенка . Александра с омерзением вспоминала дряблый живот и растяжки на груди матери. Сотворить с собой подобное? Никогда!

Игорь Альбертович слово своё держал всегда, Саша в этом убедилась быстро. Пообещал, что подымет все связи, всех врачей- косметологов- массажистов, чтобы Саша сохранила фигуру после беременности. Какие- то мази, травы, притирания доставлялись аж из дружественного Китая. Пахли мерзко, но Александра вспоминала синие полосы на теле матери и терпела.

Родилась дочь, Вика. Игорь Альбертович совершал вокруг младенца такие уморительные па, что даже няня позволяла себе мимолётную улыбку.

Кормила девочку кормилица, ухаживала няня, приходящий педиатр следил за развитием.

Саша выполнила свою задачу. И привязала мужа ещё больше.

Супруг ненавязчиво, но твердо дал понять: иди учись. Александра подумала и выбрала искусствовед ческий факультет. Картины красивые, как и она сама. А ещё почему- то знала, чувствовала, что ей нужно именно это. Интуиция? Игорь Альбертович одобрительно кивнул, тряхнув связями, и Саша поступила без проблем.

Вика росла, Саша училась, Игорь Альбертович руководил, тихо старея.

А потом грянули 90- е, и вывернули наизнанку жизнь огромной страны.

Игорь Альбертович был величиной немалой. Да и мужиком неглупым. Но старые реалии не работали, новых ещё не было. Дикий капитализм. Око за око, зуб за зуб. Вцепиться в остатки государственной кормушки не хватило сил и реакции.

Александре исполнилось 25. С яростью и ужасом смотрела на первые, едва заметные морщинки. Старость? Ну уж нет! Этот номер не пройдет. Надо просто выбрать правильную тактику ведения войны.

У мужа проблемы? Чушь! Это у неё, Александры, проблемы!

- Делай, что хочешь. И как хочешь. Но я выходила замуж за мужчину, который не моросил: " Детка, потерпи!" Проблемы решал, а не перекладывал на жену. Не будет денег - уйду.

Игорь Альбертович впопыхах организовал бизнес, какой - не вникала. Где промахнулся - не интересовалась. По какой статье сел - не женское дело. Муж умер, не дождавшись суда. Сердце. Узнав, пожала плечами. В наследство остались дом,пара квартир, солидная коллекция драгоценностей. Вину за смерть мужа не ощущала. Знал, на что шел. Это жертва на алтарь красоты Александры.

( Продолжение следует )