Этой ночью произошло то, что должно было рано или поздно произойти. То ли звёзды на небе заняли благоприятное положение и поспособствовали, то ли сами люди решили, что именно так будет, и в галактике засветило вдруг два солнца. Одним словом, химия. Два совершенно разных человека начали свою жизнь с чистого листа. Очень удобным было то, что квартиры они имели отдельные. Следовательно, исключительная возможность надоесть друг другу им не угрожала. Временно объединиться для решения некоторых проблем – поступок мудрый, но крайне опасный. Как отреагирует на него общественность? В Далматово есть семьи, которые могут себе позволить домработницу, но нет ни одной семьи, имеющей такие же корни, как семья Захаровых-Пашковых. Бояться есть чего. Недавние события ещё продолжают беспокоить умы любопытных горожан. Вряд ли они обойдут это нетрадиционное действие стороной. Не заметить его будет невозможно. Выстоять против злословия завистливых соседей – значит победить. А, как известно, победа не обходится без потерь. Бесспорно, будут ссоры, выяснения отношений, длительная необщительность, самокопание, жажда мести – всё, что встречается в жизни противоположных полов на пути от ненависти к любви. Но Владимир и Галина ещё и не начинали по-настоящему ненавидеть друг друга, чтобы в будущем крепко любить, не начинали по-настоящему крепко любить, чтобы в будущем так же крепко ненавидеть. Не зря говорят, любовь и ненависть – родные сёстры. Любовь – слепая. Ненависть – глухая. Им поневоле приходится быть вместе и дополнять друг друга, чтобы создавать чудесную гармонию отношений между двумя полами.
Утром в дверь квартиры Владимира долго звонила Полина. Ей поручили срочно встретиться с главным специалистом по заводским заказам. Несмотря на раннее время, пресс-секретарь не собиралась сдаваться. Если она не обсудит с Владимиром Викторовичем очень важный вопрос, то может, девушке так и сказали, не возвращаться на своё рабочее место. Завод начинал испытывать затруднения с количеством заказчиков. Произошёл сбой с реализацией выработанной продукции. Так уже неоднократно случалось. Но то были лишь намёки на неудачный ход дел. В этот раз было всё гораздо серьёзнее. В отсутствие одного из членов Совета директоров потерялось несколько солидных клиентов, на которых во втором квартале текущего года делались основные финансовые ставки. Необходимо было искать пути спасения до сих пор успешного в сфере бизнеса завода. В противном случае, ввиду невыполнения плана по заказам, предприятие рискует перейти на сокращённую форму работы, вплоть до трёх рабочих дней в неделю вместо пяти положенных. А это сразу же отразится на заработной плате, которая в данном учреждении была до глобальных изменений настолько высокой, что для большинства жителей маленького провинциального городка считалась несбыточной мечтой.
Галина уже не спала. Она хлопотала по дому. Задумала постирать пелёнки и ползунки. Дети, накормленные молочной смесью, принесённой Владимиром, и убаюканные, крепко спали. Алеше Галина смазала дёсна специальным гелем, снимающим воспаление и боль. Только после этой процедуры мальчику стало легче и он внутренне успокоился и перестал плакать. Когда Полина пыталась достучаться до начальника, разгуливала по лестничной площадке, нервно что-то бормоча себе под нос, Галя прислушивалась, подсматривала за происходящим в глазок, но выходить не решалась. Почему же Владимир не открывал дверь? Уставший от ночных мучений, он отдыхал на диване и не собирался пока просыпаться. Кому могло прийти в голову будить человека в шестом часу утра?! На такое способна была только Полина. Настойчивость снова выручила девушку. Спустя полчаса дверь нехотя открылась и на пороге появилась мятая физиономия Владимира Викторовича. Полина как будто сошла с ума. Она ворвалась в квартиру и начала эмоционально выплёскивать обрывки фраз, от переизбытка отрицательных чувств динамично жестикулируя руками.
– Вы здесь спите себе и не знаете, что в свете происходит! – возмущалась девушка.
– Я когда-нибудь вас, Полина, точно уволю, – злорадствовал Владимир, снимая с себя халат и вновь залезая под одеяло. – Ваше чрезмерное стремление к выполнению обязанностей переходит уже который раз границы дозволенного. Вы нарушаете своим внезапным появлением мой покой. Что на этот раз случилось?
– Мы тонем, Владимир Викторович! – умоляющим голосом выдавила из себя Полина. – Всё! Нам, кажется, конец! Вместо вас никого не назначили. Важные заказы в самый ответственный момент оказались сняты по неизвестным причинам нашими уважаемыми клиентами. Рабочий процесс не сегодня-завтра остановится. Ой, а у меня, Владимир Викторович, взят большой кредит! Чем я буду платить?
Начальник уже не лежал, а сидел на диване, закутавшись в одеяло. Его лицо после услышанного стало бледным. Ведь и у него тоже был кредит.
– Надо подумать, Полиночка, как нам быть с вами дальше, – тихо произнёс Владимир.
– Бежать, как крысы бегут с тонущего корабля! Его спасти не удастся. Он вот-вот затонет. Я сегодня производила расчёты. Это ужас какой-то! Вчера разговаривала с владельцами акций. Они в один голос меня отправили к вам. Нужно принять какое-то решение! – рассказывала Полина, захлёбываясь собственными слезами.
– Так! – и Владимир вскочил с дивана, скинул одеяло и предстал перед пресс-секретарём, одетый только в одни трусы. – Я сегодня выйду на работу. Передайте, Полина, коллегам, чтобы в условиях кризиса ничего без моего согласия не предпринимали. Неужели мои опасения оказались горькой правдой! – вслух размышлял мужчина, убирая с дивана постельные принадлежности.
– Нас уволят! – сделала заключение плачущая Полина.
– Меня. Вас – нет. Вы – обычная сотрудница. А я? Я – начальник отдела, – сообщил Владимир.
– Если вы уйдёте, то и я тоже уйду, – вдруг пожелала Полина. – С другим шефом мне не сработаться. Он не оценит мои достоинства. А вы, Владимир Викторович, это умели делать.
– Теперь это не имеет значения, – ответил задумчивый Владимир. – Идите, Полина! Увидимся на работе!
Продолжение следует...