Расскажу, как я нашел свою суженую. Но сначала должен рассказать вам предысторию моей встречи с ней, так как уверен, что эта встреча готовилась мне судьбой намного раньше.
В нашем университете студенты проходят военную кафедру, а на четвертом курсе отправляются на два месяца в летние военные лагеря. Это коснулось и меня, тогда студента четвертого курса.
Наша часть располагалась в лесу, разместили наш курс не в палатках, а в двух казармах. Командиром отделения был назначен младший лейтенант Гаврилов, который оказался на два года младше нас. На построении он после слов о порядке несения службы предупредил:
– Старайтесь не попадаться на глаза полковнику Сергачеву. Он мужик суровый, не спускает малейшего нарушения устава, может наказать не только провинившегося, но и его командира за плохую воспитательную работу.
Было видно, что лейтенант сам в первую очередь побаивается этого полковника – не в пример нам, студентам, привыкшим к вольной жизни на гражданке. Так что мы восприняли его предупреждение легко и беззаботно.
Но вскоре мне пришлось убедиться в правоте слов нашего командира. А произошло это так.
На очередном привале после учебного марш-броска нам раздали для самостоятельного изучения воинский устав. Я читал-читал, а потом и сам не заметил, как задремал. Команду строиться сразу не услышал, закопался и прибыл на построение с опозданием. Встав в строй, обнаружил рядом с нашим Гавриловым военного в полковничьих погонах.
– Что это за леший к нам пожаловал, – рявкнул он.
Я назвался.
– Почему воротничок не застегнут? – угрожающе продолжил полковник, который как раз-таки и оказался тем самым пресловутым полковником Сергачевым.
– И куда твоя пилотка смотрит? У тебя что, глаза на затылке?
Впопыхах я не заметил, что надел пилотку задом наперед.
– Виноват! – вытянувшись, громко отчеканил я.
– Наряд вне очереди на кухню, – отрезал полковник. – Картошку будешь чистить. И смотри, я проверю – если будет что не по форме, накажу строже.
Вечером он заявился на кухню. Я был в порядке: воротничок застегнут, пилотка надета по правилам, рукава гимнастерки не засучены.
– Ну-ну, – сказал Сергачев уже более дружелюбно, – продолжай.
Следующая моя встреча с полковником состоялась на стрельбах со ста метров. Я ни разу не промахнулся. И тут появился Сергачев. Наш Гаврилов отрапортовал ему и назвал меня лучшим на сегодняшних стрельбах.
– Вот-вот, – протянул полковник, – видно, что не зря картошку чистил, кое-чему все же научился.
Я и правда научился кое-чему на военных сборах и в последующих встречах с Сергачевым порицаниям и наказаниям не подвергался...
Это была предыстория. А теперь пришло время рассказать о моем знакомстве с Вероникой.
После военных лагерей мы стали пятикурсниками. Под Новый год в клубе университета был устроен вечер с танцами. В самом разгаре вечера, среди общего веселья я заметил красивую девушку, скромно стоящую в уголке зала. Мой развязный сокурсник, считавший себя покорителем женских сердец, продифилировал к ней и пригласил на танец, но девушка ему отказала.
Тогда решился я, как в прорубь головой. Подошел к ней и сконфуженно проговорил:
– Вы не обидитесь, если я приглашу вас на танец?
Наверное, у меня был вид провинившегося школьника, потому что девушка улыбнулась и согласилась. Так мы познакомились.
Вероника училась на первом курсе, и я понял, почему она раньше никогда не попадалась мне на глаза. Когда танцы закончились, я вызвался проводить Веронику домой, и она согласилась. На выходе из клуба к нам подошел тот самый парень, с которым Вероника отказалась танцевать.
– Что же это ты у меня девушку отбиваешь, – нагловато обратился он ко мне, – не по-приятельски это.
– Во-первых, ты мне не приятель, а просто однокурсник, – отпарировал я. – А во-вторых, Вероника сама вольна выбирать, с кем ей танцевать, и кто ее проводит. Так что, Сева, шел бы ты своей дорогой от греха подальше.
Как ни странно, Сева не стал ввязываться в дальнейшую перепалку, наверное, мой тон был убедительным.
Проводив Веронику до дома и прощаясь, я почувствовал, что между нами уже пробежала искра взаимной симпатии. Предложил ей погулять в следующие выходные в парке, и она со своей обворожительной улыбкой, которая покорила меня еще в тот момент, когда я приглашал ее на танец, сказала:
– Я не против, с тобой так интересно и спокойно. Мы стали встречаться все чаще. В конце концов я понял, что Вероника – та единственная, с которой я хочу связать жизнь. Но признаться ей в любви долго не решался, боясь получить отрицательный ответ. Все же решился в один из вечеров. Проводил до подъезда и, задержав ее руку в своей, я выпалил:
– Не могу больше молчать. Я люблю тебя, Вероника, люблю уже давно, но боялся тебе в этом признаться. И сейчас хочу одного: чтобы ты стала моей женой. Я склонил голову, встал на колено и поцеловал ее руку. Не отнимая руки, она попросила меня подняться и тихо произнесла:
– Я-то согласна, Костя, но надо подготовить маму, а она уже с папой поговорит, он у меня строгий, во всем любит порядок.
– А кем работает твой папа? – поинтересовался я. До сих пор я как-то не заводил разговора о ее родителях.
– Он у меня военный, полковник.
«Опять военный, опять полковник, – мелькнуло у меня в уме, – наверное, солдафон, что же мне теперь, перед тестем всегда по стойке смирно стоять? Вот незадача». Но вслух сказал:
– Ладно, поговори. А мои родители, считай, уже согласны.
В назначенный день я явился с букетом цветов и коробкой конфет в квартиру родителей Вероники. Меня встретила ее мама, Ирина Сергеевна, симпатичная и улыбчивая женщина. Я вручил ей цветы, и мы прошли в комнату. Как и положено, я попросил у нее руки ее дочери.
– Ну что ж, Костя, – сказала Ирина Сергеевна, – я вижу, вы интеллигентный и порядочный человек, оканчиваете один с моей дочкой университет, почти специалист, значит, поможете Веронике в учебе. Я вижу, она вас любит, и надеюсь, вы любите ее (я утвердительно закивал головой и даже привстал). Я не против. Конечно, вы познакомите нас с вашими родителями. Осталось только сообщить об этом отцу Вероники, Петру Ивановичу.
– Я, пожалуй, тоже не против, – раздался голос в дверях комнаты. Я повернул голову и обомлел. Передо мной стоял полковник Сергачев, одетый не в форму, а по-домашнему, и оттого мало похожий на прежнего Сергачева. Но я почему-то по привычке вскочил и вытянулся по стойке смирно, готовый отрапортовать о цели своего визита.
– Вольно, садись, – добродушно скомандовал он. – Что, не ожидал? И я, честно говоря, не ожидал увидеть в женихах своего бывшего подчиненного. Я все слышал, о чем вы здесь говорили, и присоединяюсь к моей супруге. Тем более, что мы знакомы с тобой не понаслышке.
И я мысленно горячо поблагодарил свою судьбу за то, что летом прошел эти военные лагеря.
Вот такая у нас с женой история знакомства. С тех пор прошло несколько лет, у нас с Вероникой уже свои дети растут, сын и дочка.