Я больше семи лет пребываю в терапии, но такое ощущение, что конца и краю этому не видно. И вовсе не потому что я сижу на месте и никак не решаю свои проблемы. Как раз многое разрешилось, но, видимо, слишком много всего. Я ведь действительно родом из токсичной семьи, которая семья только по названию вообще-то. И я уже не знаю, что чувствую по поводу украденного детства. Гнев и слезы уже позади давным-давно.
А дальше? Что дальше? Я не знаю. Что-то не полученное в нужные годы я добрала в общине у сестер-монахинь. Фактически они восполнили многие мои пробелы в воспитании. Но все равно этого было слишком мало для полного исцеления. Моя самая большая мечта - это перестать по сути быть человеком-невидимкой, своего рода вещью, за счет которой лишь удовлетворяют свои потребности. Мне именно поэтому так сложно быть матерью - выедается и так тощий ресурс уже до дна.
И мне захотелось, чтобы меня заметили, чтобы увидели и услышали, наконец. Потому что я не вещь, не статуя - я живая. И я хочу быть живой и настоящей. Потому я стала говорить о том, что я думаю, чувствую, как отношусь к окружающим меня людям и так далее. Потому что устала молчать. Мне нужно было освободиться от ощущения, что я никому не нужна иначе чем какая-либо функция. А это убеждение сидит во мне с детства - в меня его просто вколачивали напрямую. Видимо, что навеки держать в ловушке и пожирать меня.
А еще я мечтаю вернуть себе полноту и яркость чувств. Я уже забыла практически, как это. Один из симптомов моей болезни - это алекситимия. То есть тощие эмоциональные реакции. Я знаю, что по идее должна чувствовать, даже мозг отмечает этот факт, что у меня промелькнула мысль об этом чувстве, а вот эмоциональной реакции чаще всего нет. Может, с годами это чуть смягчилось, но все равно я устала от этой практически постоянной серости внутри, от того, что я эмоциональное бревно, которое даже не может чувственно подключиться к другим людям.
Когда я чувствую себя получше, то у меня получается выйти из этого замкнутого круга, но я не могу быть включенной всегда - улетаю в астрал через некоторое время и очень долго восстанавливаюсь. И вообще большая часть моей жизни происходит внутри моей головы, в воображении, мыслях, воспоминаниях, а по жизни я труп. И никто за это не ответит. Никто. От этого больнее всего. А, может, я все еще зла? Я не знаю. Не знаю.
Сьюзан Форвард в книге «Токсичные родители» пишет, что однажды должен настать момент, когда мне нужно будет все это высказать и предъявить претензии и требования, но я в ужасе от этой мысли. Не смогу, наверное. И не верю, что это что-то изменит. Я знаю, что прошлого не вернуть и не исправить. Но и настоящее отношение ко мне не изменить.
Наверное, в эту стену я и уперлась. Повисла как рыба на крючке.
Анализировала свои чувства по Форвард. Вину не чувствую, страх в мизере, зато со всеми "раздражительными" утверждениями согласилась. Значит, наверное, я до сих пор гневаюсь. Вот только "повесить хвостик поросенку" не получается - две части упражнения не стыкуются между собой. Потому как не в том дело, что там описано.
Почему меня все бесит? Наверное, просто сам факт существования агрессоров. То, что они живут как ни в чем ни бывало и считают себя правыми и святыми мучениками, а я еще и кругом должна. А чего хочу? Извинений? А что мне с них? Упущенное не вернуть. Новых отношений?
Раньше мне так казалось, а теперь не знаю. Прежде всего я хочу, чтобы меня оставили в покое. Вот просто оставили. Наверное, потому я так люблю путешествовать чем дальше - тем лучше. Там хотя бы меня достать не могут. Разве что по телефону. Хотя и эти факты отравляют, но гораздо меньше. Когда мы провели зимой 3 недели в Минске, я ни разу не чихнула и не схватилась за живот, а в Москве у меня каждый февраль легочные болезни те или иные, потому что я задыхаюсь. В Анапе у меня почти не болел живот и не отнимались руки-ноги. Даже травма пальца как-то мягко пережита была.
Возможно, переезд куда-то далеко был бы выходом, но муж против - у него тут работа. Да и у меня много такого, что я не хотела бы терять. Да и легко ли пережить бегство из родного города, когда тебя фактически выселили? Я устала от вынужденных решений в моей жизни - они почти все были вынужденные от выбора профессии и места работы до замужества и рождения детей. Только принятие католичества было моим личным решением, продиктованным внутренним побуждением. Наверное, потому я так им дорожу и столько лет не изменяю, несмотря ни на что.
Родители и прочие значимые взрослые в детстве являются непогрешимыми, именно они прокладывают жизненную тропу. Ребенок подсознательно воспринимает этот путь как самый лучший и безопасный - родители же знают, как лучше.
А когда осознаешь, что с тобой поступали по-свински, что вместо того, чтобы помогать тянуться к солнцу, тебя втаптывали в грязь, то не сразу веришь в то, что случившееся не норма, и ты заслуживаешь большего. И не хватает слов, чтобы описать это другим - и сложно передать такое на словах, и боишься, что не поверят, тем более в обществе всегда принято обелять родителей, если, конечно, они не совсем уроды, чьи злодеяния видны явно.
И то не факт, что не скажут, будто ты сама виновата. "Онижетвоиродные" - эту песню я слышала очень часто, особенно от тех, кто не знает, что это такое и максимум проблем - требование хорошей учебы и неотпускание на дискотеку ночью. У меня дело было не в запретах и требованиях, а в том, что мне отказывали в праве быть личностью и идти по собственному жизненному пути. И мне не к кому было пойти со своими жалобами, так как фасад нашего дома выглядел терпимо.
Ну мало ли детей, которых фактически растит бабушка? Я часто старалась рассказывать об этом, но действенного утешения не получила до тех пор, пока не нашла Бога. Нет, не Церковь, без которой нам, конечно, не обойтись в любом случае, а именно Бога. Церковь порой может и усилить боль, привив ей "новый колорит". Иные считают, что из христианского смирения и любви обязаны терпеть любое свинство от родственников и покорно исполнять все, что от них требуют.
К сожалению, в Церкви не всегда точно объясняют, чем именно является прощение. В христианских кругах порой считается, что непременно любовь-морковь даже с самым страшным маньяком, который желал тебя расчленить, что попытки защищаться и ставить врага на место - это недостаток смирения. Не в этом оно заключается.
Я потому сейчас не прошу от Церкви ничего, кроме Причастия и отпущения грехов, так как мои отношения с Богом порой помогают осознать происходящее гораздо лучше, чем это сделают священники-теоретики, которые порой никогда на практике с этим не сталкивались. Потому я не нуждаюсь в подобных советах, которые только усилят чувство вины.
Но теперь я могу назвать свою проблему по имени - во мне не видели и не хотят видеть человека, у которого свой путь, который никто за него не может пройти. Я до сих пор красивый манекен, который наряжают в свои представления о счастье, а манекену спорить не по штату. Но да не будет. Я все равно стану счастливой, пусть даже к концу жизни.
Одна из самых болезненных царапин, которые я вынесла из подобных семейных отношений - это то, что сомневаться начинаешь в собственной адекватности и крепости памяти. Когда я предъявляла претензии за то, что было в прошлом, делался вид, что ничего подобного не было. И не делали они такого, и не говорили, и вообще даже о школьной травле я все преувеличиваю - если бы было так, то они бы знали.
Доходило до абсурда. Не было и все, даже если были сторонние свидетели. Мать однажды заявила, что до 16 лет меня дорастить (можно подумать она меня растила!), а потом выкинет, чтобы я шла, куда заблагорассудится. Что-то в этом роде. Этому была свидетельницей моя учительница английского, которая была в полном шоке. И все равно не было этого. Про бабушкины выверты и говорить нечего - она всегда святая перед Богом.
Это приводит к тому, что появляется ощущение, будто сходишь с ума, будто существуешь в параллельной реальности, я была один на один со своей болью, проблемами и страхами. Мне некому было помочь особенно. Полностью разрушилось доверие - дом не был крепостью, а полем боя, пороховой бочкой. Доверия не было, так как все было совершенно непредсказуемо - не было поддержки, не было принятия безусловного, не было четких рамок поведения в целом - все определялось настроением бабушки и ее хотелками.
Я и сейчас никогда не знаю, как именно она на что-то отреагирует. Предположить могу вероятный сценарий, но все-таки она умеет и удивлять. Что уж говорить про детство. Но теперь я себе верю. Я ничего не выдумала. Так на самом деле было. Мне уже неважно, верят мне или нет, главное, я сама себе верю.
Спросила мужа однажды, не сохранилось ли у него обид на родителей. И он ответил, что ни малейшей обиды не может припомнить. А что отец бил - так это за дело. И на "педагогические приемчики" матери у него был явный иммунитет. Почему-то я ему завидую. Наверное, быть аутистом - это спасение. И для него, и для дочери. Я только на краешке спектра, потому куда как чувствительнее на эмоции.
Дочь, наверное, не страдает, потому что не может в виду своего развития потребовать от меня то, что я не в состоянии ей дать. И ведь я люблю. Но у меня блок на выражение эмоций и контакт с людьми частенько. Я и плакать с облегчением, наверное, только недавно научилась. До того, если слезы и были, то от них мне только хуже делалось и еще больнее.
Муж как-то спросил после моего очередного рассказа про "счастливое детство", почему я не плачу, когда рассказываю такие ужасы. А я знаю? Вот сухие глаза были и почти ноль эмоций в голосе. Только моя способность мыслить и анализировать, позволила понять, что это все было ненормально. Иные и на четвертом десятке не могут себе признаться в этом, продолжая цепляться за иллюзии и ложные надежды.
Мне повезло с мужем, с крестной, с иными учителями, с сестрами, священниками, с психотерапевтом, с друзьями в конце концов. Иначе я бы просто не выжила, наверное. В воде нуждается даже колючий кактус. А уж в любви нуждается и внешне холодный и малоэмоциональный человек. То, что внутри вулкан, мало кто может разглядеть. Но я стала верить, что я человек. Ничем не хуже и не ниже других. Так что тоже имею право на любовь, дружбу, уважение, надежды и мечты.
До этого мне казалось, что все это практически незаслуженные милости, а не нечто нормальное. С крестником тут говорила про оружие и желание им владеть в детстве. Ну он сказал мне, что во все времена на оружие имели право свободные граждане, а рабы нет. Может, мне так хотелось самоутвердиться и показать, что я не рабыня, а свободный человек? Потому мне категорически были необходимы лук со стрелами и пистолет. Ну и что, что яжедевочка? Я б с удовольствием занялась стендовой стрельбой, не взирая на то, что вижу уже плоховато.
Но мне жаль, что слова "мама" и "папа" для меня не имеют такого значения как у нормальных людей. И произношу я их без сердца. Особенно "мама" говорю по обязанности, иначе родительница взовьется на неверное обращение. Дешевле не спорить. А за глаза я зову ее "мать", «мамо» и "маман". К отцу тоже многое заставило пересмотреть отношение. Он не мог ничего не знать. Это означает, что и ему было все пофиг. И любил он по сути только себя.
Может, нам не даются более-менее крепко стоящие на земле дети, потому что иначе их тоже искалечат как меня? А дитя не касается никакая грязь. Она в своем мире живет. Ее попробуй сломай.
Наверное, дочери в интернате, в лагере и так далее лучше, чем со мной. Она не находится с матерью, больной на всю голову. Хоть какое-то общение с морально здоровыми людьми и забота от них. Я, конечно, стараюсь ничего не переносить на нее, но это невероятно сложно. Я сто раз клялась себе, что не буду такой же, как те, кто меня воспитал, и все равно нет-нет да проскочит что-то. И выходит, что я где-то излишне давлю, а где-то наоборот попустительствую, так как не переношу криков и слез - сразу больно моему внутреннему ребенку, вижу себя маленькую в ней, страдающую и потерянную.
Ну и кого я могу в таких условиях воспитать? Такого же невротика? А отец не в состоянии подключиться к эмоциям - его бесит сам факт крика и непослушания. Он не умеет ставить себя на место другого, понимать намеки, читать чувства и так далее. Аутистам это сложно, я понимаю. У меня просто врожденный дар, который удалось развить на мое счастье, иначе я бы вообще не знала, как жить. Потому что долгое время было ощущение, что или лыжи не едут, или я идиотка.
Наверное, в том числе ребенка надо благодарить за то, что помогла узнать правду о себе. Хотя, конечно, официально диагноз у нас в стране мне никто не поставит - взрослым это не пишут. Но мне хотя бы стало понятно многое из того, что раньше со мной происходило. Я не дура и ни в чем не виновата.
Дети выросшие в условиях постоянной травмы, не обязательно физической даже, но и психологической, - эти дети, подростки, взрослые - они другие, не похожие на остальных, кто с этими травмами не рос. На понимание, принятие и восстановление уходят годы, многие годы, а то и вся жизнь. Они лишены возможностей самореализации. У них проблемы межличностные, с работой, с учебой, с организацией времени и жизни, с нахождениями партнера, вступлением в брак, воспитанием детей и т.д. и т.п. много-много раз.
Другим людям, выросшим в нормальных условиях любви, тепла и заботы, не понять их, наверное. Это как землянам не понять марсиан. Одиночество, пустота и самоанализ сопровождает таких людей по жизни рука в руку. Неврозы. Бессонница. Онкология. Аутоиммунные. Всех бед не перечислить. И это всё очень болезненно! Это жжёт душу и мозг. И хочется кричать, кричать и кричать - за что, за что мне исковеркали всю мою жизнь?!?!?! Я виновата лишь тем, что посмела родиться? Иногда думаю, не лучше ли было родиться тому ребенку, что был до меня? А я тогда не мучилась бы....
Мультик про мамонтенка, наверное, никогда уже смотреть не смогу. В детстве радовалась положительному исходу, разумеется, в глубине души веря, что и сама найду маму. Теперь я понимаю, что не было, нет и не будет у меня мамы, увы. Есть лишь женщина, которая зачем-то произвела меня на свет и к которой я по заповеди обязана относиться с почтением. Почитаю. Где-нибудь издалека лучше.
Какие-то компенсации я все-таки получила от других людей, иначе я бы, наверное, не знаю кем выросла, но все равно этого внутреннего сиротства не компенсирует никто, видимо. Потому мне так сложно быть матерью. Я ведь пытаюсь черпать по дну сухого колодца и отдавать то, чего у самой нет. Мне порой в Церкви говорили, что ну не плачь-де - Богородица будет тебе мамой. Но это ведь только в метафизическом смысле. Это не то. Сложностей в отношениях с Ней у меня нет, хоть и говорят, что людям трудно, у кого сложные отношения с матерью иногда. Я и молюсь-то только к Богу и Богородице. Редко к другим святым обращаюсь, сильно по настроению. Но именно сказать, что это полноценная замена, нельзя. И с этим всем придется жить. Потому что своей дочери я таки должна.
Помню, в одну из первых сессий после очередной офигительной сказки-ужастика про мое прошлое доктор спросила меня, как я вообще с ума не сошла после всего этого. Она б давно сошла же. А это была еще даже не десятая часть из пережитого. Чего я, спрашивается, пришла? Просто посчитала, что со мной и произошла сия досадная неприятность. Газлайтинг он такой.
Забавно, конечно, что за годы привыкаешь к дурному обращению и поддевкам настолько, что относишься к ним как Уизли относились к своему домашнему упырю на чердаке. Ну вот приперло ему повыть и побить по водосточным трубам, и ничего ты с этим не сделаешь. Свой панцирь нарастила какой-то. Потому уже не так это все болезненно, хотя иногда раздражает.
Но страшно, что большинство травматиков ответило "нет" на вопрос о любви к родителям. А я пока не знаю, что ответить. Но тоже скорее нет, чем да. А для меня страшный сон, если дочь когда-то скажет такое обо мне хотя бы за глаза.... Надеюсь, что я не впадаю из-за этого в другую крайность.
Поговорим о тех причинах, что побудили меня заняться собой в этом плане.
Сейчас совет сходить к психологу в принципе стал модным и порой раздается направо и налево. Некоторые уже и иронизируют по этому поводу. В принципе напрасно иронизируют. Ничего смешного тут нет. Это в принципе очень полезное дело. Мне принесло большую пользу, например. Главное, грамотно применять, найдя подходящего специалиста.
Говорят, что нельзя жить прошлым, нужно перелистнуть страницу и идти дальше к светлому будущему, наслаждаясь текущим моментом. Если бы все было так просто! Знали бы вы, сколько раз я пробовала "забыть и простить" как в рамках христианства, так и вне него. Наверное, прям ненависти во мне нет. И вряд ли когда-то была прям всепожирающая - я не того склада человек все же.
Хотя злиться и обижаться умею. Да и имею право, если уж говорить честно. Мудрено не обижаться после всего пережитого и после всего того, что в итоге со мною стало. Уж одни заработанные в результате травматического опыта психические расстройства чего стоят, не говоря уже про все остальное.
Да, обиды отравляют и мешают жить дальше, потому надо рано или поздно оставить их позади. Но их нельзя выбросить как мусор типа пустых бутылок. Не получится, сколько ни пытайся. Это будет самообман и подавление истинных эмоций, которые на деле разъедают изнутри и мешают здоровым отношениям с окружающим миром и другими людьми. Эти травмы и обиды надо прожить и проработать. Потому что иначе это будет как неумело наложенная повязка из чего попало на гноящуюся рану.
Подробно товарищей демонов, что живут в моей голове, я разбирать не буду. Сейчас только в общих чертах скажу.
ПСТР, биполярщина и некорректированный в детстве аутичный сектор мне мешали полноценно учиться, работать и строить деловые отношения, нормально строить дружеские и любовные отношения, мешали планировать мою жизнь, брать за нее ответственность и главное реализовывать эти планы. Про брак и материнство вообще молчу. Это стало уже последней каплей.
Можно сто раз пообещать, что "я-то такой не буду". Брачный сценарий в виде бесконечных скандалов и выяснений отношений мне удалось разбить довольно легко. Мы с мужем действительно из одного теста сделаны и научились любить друг друга при любых обстоятельствах. Мы не спорим по пустякам, не докучаем друг другу пустыми претензиями, не навешиваем ярмо в виде непременных обязанностей, исключая то, что совсем-совсем обязательно.
Есть сложные моменты, но никто не идеален же. Не бывает этого розового сахарного сиропа. Нам нет причин ненавидеть и доводить друг друга. Проще что-то обсудить, поддержать, договориться и просто дать супругу отдохнуть при плохом самочувствии и настроении. Да, я более слабое звено здесь, и в физическом, и психическом плане, но то не моя вина.
Я давно ее сняла с себя. Но в то же время стараюсь очень уж не пилить мужа, если он лежит на диване. В общем, обо всем словами через рот стараемся договориться, а не намеками и прочей ерундой. Так что мы, в общем, почти ни разу не ссорились за все наши 16 лет отношений. А если и было, то все вскоре успокаивалось.
Но вот с ребенком все гораздо сложнее оказалось. В младенчестве в среднем беспокоит только бесконечный крик и привязанность к дому. Но потом.... О, потом разом начали срабатывать все триггеры и активироваться заложенные в меня шаблоны поведения. А в меня закладывали совсем не здоровые образцы.
Я действительно будто слышала бабушку в голове. И сама ужасалась этому. И была перепугана, несчастна и абсолютно беспомощна. Вот вроде это и я, и не я в то же время. Как расщепление какое-то внутреннее. Как будто тебя подталкивают к определенным поступкам. Потому что мозг поневоле выдает усвоенный образец.
Если ты сама несчастна, то никого счастливым ты не сделаешь. Из сосуда выплескивается только то, чем он наполнен. Но по-настоящему мне стало страшно, когда внутри появилось побуждение и не делать никого счастливым. Даже наоборот хотелось отыгрываться за свою пережитую боль. И я поняла, что так жить нельзя. Это и не по-христиански, и не по-человечески элементарно. Я не животное же, чтобы жить низменными инстинктами. Не собака Павлова, чтоб у меня были эти условные рефлексы на агрессию. Нужно было что-то менять. Мне хотелось осознанности в моей жизни, ответственности за нее. В общем, я больше не могла носиться по ветру - мне нужен был штурвал от моего корабля.
Мне важно было выключить чужие голоса в голове. Нужно было превратиться из взрослого ребенка во взрослого человека. Мне нужно было преодолеть свою выученную беспомощность, научиться решать свои проблемы самостоятельно и не бояться каждого шага - фобий был целый клубок. Да и вообще нужно было понять, кто я, чего хочу, куда стремлюсь и так далее. В конце концов, научиться быть самой собой и перестать примерять кучу масок, чтобы защитить себя от очередной травмы. Научиться принимать себя как есть.
Потому что я другой прям никогда не буду, так что придется куковать в этой компании всю вечность. Потому надо было подружиться с собой, перестать считать себя недостойной и в разы хуже других. Ну и главное - прервать цепочку ненависти и насилия в роду. Иные травматики решают проблему радикально, просто отказываясь от продолжения рода, но все-таки это не наш вариант. Потому пришлось искать другие пути.
Мне стало легче в том плане, что я лучше понимаю, откуда берутся определенные эмоции и почему, почему я в результате так себя веду, почему другие люди себя так ведут по отношению ко мне. Понимаю, как повлияли на меня и мою жизнь определенные события и какие образцы поведения они сформировали. И, разобравшись во всем этом, я уже ищу тот или иной выход из ситуации, пытаюсь понять, как можно вести себя иначе, как поменять отношение к происходящему и так далее.
И это, конечно, постепенно проявляется в жизни, если действительно что-то делать, а не просто говорить. Хотя, скажу честно, действовать мне трудно. Но, входя в терапию, нужно осознавать свою ответственность за результат, иначе это пустая трата времени и денег. Терапевт не делает что-либо вместо тебя. Он не волшебник, что может изменить все по взмаху палочки.
Часть целей была достигнута, часть в процессе, но я верю, что когда-то смогу добиться того, чего хочу. Работаю над этим. Самое трудное - это быть терпеливой и настроиться на то, что быстрого и мгновенного результата не будет. У меня все серьезно, к сожалению. Но, может, это и есть моя миссия - быть примером борьбы за чувство собственного достоинства? Я не знаю. Просто иду шаг за шагом вперед. Не хочу стоять соляным столбом, оглянувшись назад и навсегда застряв в прошлом.
Поделитесь в комментариях, что вы думаете об этой истории? Какие чувства она вызвала в вас? Может, вы и сами испытывали и переживали что-то подобное?
🔹 Ваш психолог Юлия Герасимова