Есть у меня "далёкий незнакомый друг". Это взрослый мужчина, "старше среднего возраста". Читал наш канал – и решил полюбопытствовать, что там за бумажный журнал мы выпускаем. Купил самый неудачный номер – с "наркоманской коровой" на обложке (мы, когда делали, не знали, что она "наркоманская"). И... Впрочем, эту историю, я потом, если хотите, дорасскажу. А вспомнил вот почему.
Он ведёт телеграм-канал, посвящённый Александру Васильевичу Суворову. (Пишет, что давно хотел, но сомневался – кому, дескать, это надо, а знакомство с "Лучиком" подвигло его начать действовать.) Эти истории ниже я взял оттуда, с его телеграм-канала.
А взял – потому что мне в них почудилось пушкинское – "сказка ложь, да в ней намёк". На что намёк – не скажу, вы сами решите. Интересно, совпадут наши догадки или нет. А то вдруг ещё я параноик просто. Итак...
* * *
По выходе русской армии фельдмаршала Суворова из Альпийских ущелий, в окрестностях города Кура (Граубюндена), зверски голодные русские солдаты вдруг видят двух одиноко пасущихся быков. Ни секунды не мешкая, все и каждый в русской армии, гурьбой бросаются на этих быков, очень быстро закалывают, свежуют и разделав на мелкие части, начинают жарить мясо на разведенных тут же кострах, наколов на палочки, пруты и шпаги. Причем, в процессе участвуют не только солдаты, но и офицеры, генералы, а также, и сам фельдмаршал Суворов.
Позднее описывающий это действо адъютант великого полководца Егор Фукс даже отмечает, что и теперь еще, спустя годы, хорошо помнит вкус того мяса. Настолько велик был его голод!
Неожиданно к ногам Суворова бросаются со слезами невесть откуда взявшиеся старик и старуха с жалобой на то, что их скот расхищен солдатами.
Сердечно обняв, Суворов поднимает старика с земли и с жаром говорит ему:
- Нет! Мы не разбойники, а голодные; возьми сто червонных, возьми более, сколько хочешь; но не порицай в грабительстве добрых защитников твоей родины. Ты, верно, эти две недели был сыт с твоим семейством, а мы не знали хлеба и умираем с голоду. Бог будет нас судить всех: Его беспредельное милосердие помилует нас; но твоего жестокосердия к ближним не оставит без наказания. Помни, старик, мы все братья. Швейцарцы — добрые христиане.
Старый крестьянин, обомлев от проявленного к нему уважения, отказался от денег. (Только попросил выставить к своему дому караул. На всякий случай.)
(Тут всё-таки уточню: эта история напомнила мне широко цитируемый эпизод из популярного фильма: "Вы гангстеры? – Нет, мы русские".)
* * *
Адъютант Егор Фукс читает фельдмаршалу Суворову о том, что персидский шах велел повесить двух газетчиков за то, что они поместили в своих листках две лжи. Александр Васильевич, достаточно натерпевшийся от вранья о себе в газетах, восхищенно восклицает:
- Как! Только за две лжи? Что если бы такой шах явился у нас, исчезли бы тогда все господа европейские журналисты!
* * *
В бою под Фокшанами турки расположили свою артиллерию так, что за спиной у них оказалось болото. Удобная позиция – неприятель в тыл не ударит. Однако Суворов не побоялся болота. Прошёл через топи и захватил турецкие пушки.
Все сочли маневр Суворова рискованным. Мало кто знал, что, прежде чем пустить войска через болота, Суворов отрядил бывалых солдат, и те вдоль и поперек излазили топи и выбрали надежный путь для своих товарищей.
Месяц спустя в новом бою с турками полковник Илловайский решил повторить "рискованный" маневр Суворова. Обстановка была схожей: тоже турецкие пушки и тоже болото. Только повел полковник солдат, не зная дороги.
Солдаты завязли в болоте, стали тонуть. Поднялся шум, крики. Турки услыхали, развернули пушки и расстреляли русских. Много солдат погибло. Илловайский, однако, спасся.
Суворов разгневался страшно. За напрасную гибель солдат разжаловал полковника в рядовые и отправил в обозную команду.
– Ему людей доверять нельзя, – сказал Суворов. – При лошадях он безопаснее.
* * *
По окончанию Итальянского и Швейцарского походов Суворов велел своему адъютанту Егору Фуксу узнать, был ли кто-либо в русской армии наказан за нарушение субординации в означенный период?
Егор Фукс доложил, что таких случаев не было.
Суворов ответил:
- Сей подчиненности обязан я своими победами, ибо каким образом могут толпы вооруженных людей направляемы быть безошибочно к назначаемой цели без власти, разделенной между постепенными начальствами? Запиши: «Ноша службы легка, когда дружно подымают её многие».