Вся моя лента заполнена новостями о финансовых злоключениях условных галкиных, макаревичей и прочих представителей «творческой интеллигенции», сбежавшими из России, и, как я посмотрю, многие блогеры решили написать на эту тему, кто по зову сердца, а кто ради роста просмотров и подписчиков. Тема, конечно, выгодная, народу нравиться читать как кому-то плохо, особенно, если этот кто-то плюнул народу в лицо.
Мне стало интересно, есть ли подобные прецеденты в истории, когда крупные артисты и художники бежали из родной страны, в которой им в общем то ничего не угрожало, веди они себя прилично, и не набрасывая известную субстанцию на вентилятор. Однако, они решили, что из-за происходящих громких событий родной стране пришел конец, и нужно «валить», но перед этим громко обозначить свою антиправительственную, и на всякий случай антинародную, позицию, чтобы на той стороне считали за своего.
Искал, искал, искал, и не нашел. Очевидно, гадить собственной стране и народу «из любви к искусству» это уникальное свойство «русской либеральной интеллигенции», о которой писал еще Достоевский. Естественно, что представители творческих профессий такие же люди, как и все, они тоже эмигрируют под влиянием обстоятельств, которые схожи с главными причинами смены работы – заработная плата, условия труда (жизни), отношение к ним в коллективе (обществе).
Из знаменитых людей, оттиравшихся возле сильных мира сего, но вынужденных бежать, мне на глаза попалась французская художница Элизабет Луиза Виже Лебрен (1755–1842). Парижанка, не дворянка, мастер светского портрета, которая до событий Великой французской революции писала портреты членов семей царственных особ и крупных чиновников. Во время «Террора 1792 года», когда на гильотине мог очутиться любой человек, заподозренный в связях с монархистами, бежала из Франции, и до реконструкции монархии вполне комфортно работала за рубежом. Как дитя своего времени и класса, она конечно негативно высказывалась о восставшей черни, но страну то свою любила.
Также на глаза попалась статья с южнокорейского сайта «koreana.or.kr» о северокорейских художниках, оказавшихся в вынужденной эмиграции. В статье сообщалось, что по состоянию на 2016 год в Южной Корее проживало 28 000 беглецов из КНДР, в т.ч. и несколько художников. Однако, издание повествует о причинах бегства только одного из трех упомянутых художников.
Сунь Му вырвался из Северной Кореи в 1998 г, и после скитаний по Китаю, Таиланду и Лаосу, прибыл в Южную Корею только в 2002 г. Он известен как первый северокорейский художник-перебежчик на южную сторону. В отличие от прочих, он бежал с Севера не потому, что ему не нравился режим. В юности он был членом Корейского молодежного корпуса. В течение трех лет он учился в художественном техникуме и служил в армии художником-пропагандистом. Он бежал с Севера по стечению обстоятельств. Он временно подрабатывал в Китае, когда на Севере наступил день выборов. На Севере всякий гражданин обязан участвовать в любых общественно-политических выборах. Тот, кто не отдаст свой голос, может быть осужден как политический преступник и отправлен в концлагерь. Но он понимал, что не успевает вернутся ко дню голосования в свой дом в провинции Хванхэ, расположенный не далеко от границы Северной Кореи с Китаем. Тогда он решил не возвращаться на Север. По всей вероятности, эта идея не возвращаться возникла в его голове во время пребывания в Китае, когда познакомился с богатым образом жизни на Юге.
Из любопытных злоключений Сунь Му и еще одного художника по фамилии Сон Бёк можно отметить тот, факт, что и в «свободной» Южной Корее не все так просто со свободой самовыражения:
В 2007 г. в галерее в районе Чонно в центре Сеула состоялась первая выставка Сунь Му, после его бегства на Юг. В один из дней в галерею неожиданно ворвался полицейский и сказал: "Пройдемте, пожалуйста, со мной на допрос". После этого его сопроводили в полицейский участок. Оказалось, что местные жители и посетители галереи сообщили в полицию, что на его выставке представлены "картины, восхваляющие Северную Корею", что является уголовным нарушением закона о национальной безопасности страны. В 2008 г. его работы были сняты с художественного конкурса в Пусане, поскольку на них было изображено лицо Ким Ир Сена.
С Сон Бёком, еще одним художником-перебежчиком с Севера, приключилась похожая история. Его картины, в том числе с изображением Ким Чен Ира и Ким Чен Ына, хранились в его мастерской в торговом центре в Каннаме (южный Сеул). Несколько пожилых людей, увидевших эти работы, пожаловались властям, что привело к визиту агента Национальной разведывательной службы.
Самая похожая на Россию ситуация сложилась в Венесуэле из-за т.н. “чавизма”, национального курса на политическую и экономическую независимость от США, что привело к санкциям, и, как следствие, к падению уровня жизни. Около 3 миллионов венесуэльцев рассосались по соседним странам, в т.ч. и какое-то количество представителей богемы.
Например, некто Хосе Луис Родригес “Эль Пума” (1943 г.р.), с 1990-х на ПМЖ в Майми, судя по всему до 2019 года (пережил операцию по пересадке легких) ездил с концертами по всей Латинской Америке, и не забывал чихвостить Уго Чавеса и Пабло Мадуро. Обещал вернуться в Венесуэлу, когда падет ненавистный режим “чавизма”. Был в Венесуэле и свой “Децл” - Тироне Гонсалес, молодой рэппер (25 лет), который покончил жизнь самоубийством в 2015 году. Пишут был талантлив и любил покритиковать “чавизм”. Правда из страны не уезжал и народ свой с навозом не мешал, впрочем, как и Эль Пума.
Из любопытного про Венесуэлу стоит отметить, что местные политики и журналисты агитируют против выступлений нескольких испаноязычных певцов из Пуэрто-Рико (карибской колонии США), которые в 2019 году участвовали в концерте на границе Колумбии с Венесуэлой, где призывали свергнуть режим Мадуро, и говорили, что и ноги их не будет в Венесуэле, пока Мадуро с его “чавистами” находятся у власти. Однако, не прошло и пары лет, как их снова можно было увидеть на разных развлекательных мероприятиях в Каракасе.