⭐⭐⭐
(Рейтинг: 3 из 5)
Если даже вы не знаете, кто такой Рэймонд Скотт, то вы, скорее всего, слышали его музыку. Может быть, она была частью саундтрека вашего детства, а может быть — ваших детей. Дело вот в чем: Рэймонд Скотт — автор «Powerhouse», невероятной во всех смыслах композиции, которую другой американский композитор, Карл Столлинг, адаптировал как часть музыкального сопровождения к мультфильмам Looney Tunes. Чтобы было ясней, вот небольшая нарезка фрагментов на YouTube.
Но Рэймонд Скотт был больше, чем «Powerhouse». Гораздо больше. История жизни Рэймонда Скотта — это история классического мэверика, то есть человека инакомыслящего, по природе своей не способного и не желающего встроиться в обычное течение вещей. Выпускник Джульярдской школы, Рэймонд Скотт изначально написал «Powerhouse» для своего ансамбля, которым руководил в 30-е и 40-е годы. Ансамбль назывался Quintette, но никогда не был квинтетом, а в разные годы видоизменялся от секстета до биг-бэнда. Музыку Quintette очень трудно характеризовать. Композиции этого ансамбля были безусловно джазовыми, с характерными для джаза тех лет инструментами и синкопированием. Но по форме и размаху они явно ориентировались на западную академическую музыку эпохи, то есть на сочинения модернистских композиторов вроде Прокофьева, Бартока или Гершвина.
Непосредственно «серьезной» академической музыкой Скотт тоже занимался — уже потом, в 50-е. Как еще был много кем: главой собственного лейбла, работником других звукозаписывающих компаний, автором сотни рекламных джинглов (это его джингл сэмплировал Джей Дилла в «Lightworks»). А еще — пионером электронной музыки, в 1946 году создавшим компанию Manhattan Research Inc. для систематических исследований возможностей применения электрооборудования для создания звуков. Впоследствии Скотт фактически сконструировал одни из первых синтезаторов, записал несколько альбомов музыки для убаюкивания грудных детей, а в 70-х шесть лет проработал главой отдела электронной музыки Motown.
Но это — совсем другая история и совсем другой разговор. Альбом, о котором мы говорим сегодня, всё-таки обращает внимание не на деятельность Скотта в мире электронной или академической музыки, а на творчество его Quintette. Именно записи этого джазового бэнда, включая, разумеется, «Powerhouse», подверглись интерпретациям в исполнении ансамбля новой и классической академической музыки Quartet San Francisco. Музыку аранжировал Гордон Гудвин — композитор и пианист, многократный номинант на «Грэмми», лидер собственного биг-бэнда Big Phat Band, который на «Raymond Scott Reimagined» тоже звучит. Еще одним гостем стал вокальный ансамбль Take Six. Непосредственно музыкальные номера в треклисте перемежаются фрагментами архивных интервью Скотта, голосами историка музыки Арта Скотта и знаменитого композитора Джона Уильямса, чей отец был барабанщиком Quintette.
Концептуально альбом вышел действительно симпатичным посвящением гениальности Скотта и конкретно — гениальности музыки Quintette. Новые интерпретации — богато оркестрированные, с добавлением импровизационных соло на инструментах от скрипки до электрогитары — убедительно доказывают уникальность авторского почерка Скотта образца 30–40-х годов. Композитор с бесконечной, бездонной фантазией, нестандартным мышлением и чувством юмора, Скотт писал безумно странную музыку. Что «Powerhouse», что другие его композиции тех лет, звучащие на «Raymond Scott Reimagined», — «Toy Trumpet», «Yesterday’s Ice Cubes», «Twilight In Turkey», — это феноменально оригинальная форма, невероятно остроумные мелодии и предельное доверие музыкантам, для которых Скотт придумывал очень занятные сольные партии.
Конечно, оригинальные записи Quintette, кстати, много раз издававшиеся в современную эпоху, сами по себе задают невероятную планку. Если вы не знакомы с творчеством Скотта, то обязательно послушайте первоисточник. Но в целом у Quartet San Francisco вышел очень милый альбом, с очень энергичными интерпретациями и отличной звукорежиссерской работой, который вполне подойдет для первого знакомства с творчеством этого неординарного композитора. Уместными даже кажутся новые соло, которые Гудвин на правах аранжировщика вставил в некоторые фрагменты произведений Скотта. Немного режут слух по-настоящему слащавые вокальные выступления Take Six — но их, слава богу, мало.