Женщина блогер написала о том. что в нашей стране люди ненавидят матерей. "Как это?"- удивилась я.- А как же: "...Пусть всегда будет мама, пусть всегда буду я"? А стихи, песни, фильмы? А люди, пишущие о своих мамах самые теплые слова?".
У женщины оказались свои резоны. В качестве примеров всеобщей ненависти к мамам автор привела расхожие ситуации: мама с детьми в самолете, мама, желающая перепеленать ребенка в кафе и мама-апологет грудного вскармливания по первому требованию и в любом месте, где бы оно ни находилось.
Автору эти женщины виделись слабыми, беззащитными и гонимыми злым обществом, ненавидящим матерей в частности и материнство в целом.
Ну, не знаю. Мне кажется, надо обладать крепкими нервами и недюжинной силой, чтобы противостоять гонителям, обижающим этих мам. Что-то вроде:"Кто меня обидит, дня не проживет". Но в чем-то автор прав. У нас на работе сильно недолюбливали одну из сотрудниц только за то, что она была очень хорошей мамой.
...У лаборантки Маши была дочь Катя и Маша без устали о ней заботилась. Едва придя на работу, Маша бросалась к телефону. Сотовых в то время не было и связь с дочерью поддерживалась с помощью рабочего телефона. Маша лихорадочно набирала домашний номер и говорила в трубку:
-Катя! Сегодня на улице холодно и сильный ветер. Надень красную курточку и новые сапожки, они теплее старых. Я их вчера почистила. И шапочку надень. Вон ту, теплую, с белыми полосками. Она в коридоре, в шкафчике на полке. И шарфик надень, а то простудишься. И перчатки, а то цыпки будут. Что такое цыпки? Ну, это...-Маша пускалась в пространные объяснения, а закончив, продолжала:
-И поешь обязательно. Я сырники утром пожарила, они на сковородке. Сковородка на плите. Сметана и молоко в холодильнике.
Работа стояла, дозвониться к нам никто не мог, но Машу это не волновало.
-Для меня ребенок важнее любой работы! Никуда ваша работа не денется. Вот поговорю с дочкой и сделаю, что надо. На улице холодрыга! Я же не хочу, чтобы Катя простудилась! Что, потеплело? И правда. Это потому, что солнце вышло. Надо Катю предупредить.
Маша снова брала в руки трубку:
-Катя! На улице потеплело и солнце выглянуло. Надень не красную куртку, а синюю. Она прохладнее. А то вспотеешь, а потом любой ветерок продует. И шапку другую надень, синенькую. Перчатки можешь не надевать, и шарфик тоже. А сапожки на твое усмотрение. Старые я тоже вчера почистила. Ты позавтракала? Что значит:"Не хочу?". Надо завтракать обязательно, а то желудок испортишь. И вообще: я старалась, готовила... Для кого я готовила? Доча, ну не капризничай, просто поешь. Позавтракай, я сказала! Ты сегодня к какой паре идешь? Ну ладно, целую тебя, моя маленькая!
Кате было 20 лет и училась она в институте.
С Катиных семи лет её мама никогда не работала первого сентября. Она провожала дочь в школу, техникум и в институт на первый курс. Провожала бы и дальше, но потом не было линеек. Впрочем, через двенадцать лет после Кати родилась Вика и Маша продолжила традицию. Остальные лаборантки провожали детей только в первый , максимум, во второй класс. Потом их не отпускали:"А кто работать будет?".
Маша звонила весь день уже двум дочкам. С одной писала по телефону сочинения и решала задачи, с другой обсуждала, в чем пойти на дискотеку. Даже когда появились сотовые, легче не стало. Маша пугливой ланью с диковатым взглядом пряталась в укромных местах, прижав к уху телефон. Её голос доносился то с улицы, то из подсобки, то из туалета. И горе тому, кто захочет посетить это место, когда Маша беседует с детьми. Можно и не успеть.
Если Маша чего-то хотела, то проще было дать, чем доказывать, что это несправедливо.
-Я -мать! У меня самый маленький ребенок в отделении!- говорила Маша. -Я имею преимущественное право! Первоочередное.
Это было не так, но... Переход от испуганной лани к тигрице занимал секунду. Поэтому Маша всегда уходила в отпуск в средине июля и отдыхала до 1 сентября, а две остальные лаборантки дробили отпуска, чтобы получить по кусочку лета.
Только Машины дети ездили летом на море, а зимой в санатории. Остальные довольствовались поездкой с горки на ж... .
Только Маша отпрашивалась по любому поводу. Отвести двадцатилетнюю дочь к стоматологу или десятилетнюю в танцевальный кружок в рабочее время- легко.
Только в Машином д/саду было немыслимое количество утренников по любому поводу, включая день космонавтики и день библиотекаря. И все они проходили исключительно в рабочее время.
Кстати, знаете ли вы, что 22 июня отмечается день начала реализации всероссийского общественного проекта "Система морального поощрения рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций РФ"? Ай-яй-яй! В следующем году празднику исполнится 20 лет.
Другие лаборантки пытались пожаловаться заведующему. Но тот сказал:
-Все правильно. Маша- отличная мать и настоящая женщина.
-Но мы тоже мамы и женщины,- возразили лаборантки.
-Вы-то? Ну, нет. Вы- бабы. Рабочие лошадки. А женщина здесь только она. Так что идите и работайте.
Обидненько быть бабой и рабочей лошадкой! Но ведь должен же кто-то работать, пока Маша занимается своими детьми? Больные в этом не виноваты. Люди работали за себя и за неё, но Машу недолюбливали, это правда. А кто бы "долюбливал"? Думала ли Маша когда-нибудь, что поступает эгоистично? Никогда! В её системе ценностей все было правильно. Она-мать, поэтому сражается за интересы своих детей. До чужих ей дела нет. Пусть за них их мамы бьются, а её это не касается.
Наверно, кто-нибудь спросит:"А что было, когда её дети выросли?". Ничего. Хорошие дети выросли и маму любят. И у остальных тоже. Речь не о том. О том, что мамы разные бывают.