Автор совершенно незнакомый. Не читала, не слышала, пришлось порыться в Википедии. И вывалилась оттуда гора всевозможных сведений. Филолог, критик, журналист, прозаик, поэт, где-то даже академик. С такими талантами, и неизвестен.
Принялась за чтение и стала поглощать страницу за страницей. Чрезвычайно увлекательно. Год действия – 1975, май-июнь. Главы расчислены по календарю, начиная с 26 мая, понедельника, и заканчивая сакральным 13 июня, пятницей. Нравится мне такой литературный прием. Никаких возвратов и перескоков, все точно, практически минута в минуту. Жаль, не догадался автор снабдить свое произведение краткой схемой: было бы еще полезнее. Названия московских улиц, проспектов, станций метро сыплются безостановочно.
Читала я один ретро-детектив, осталась крайне недовольна. Автор исступленно клянет тогдашнюю действительность. Все и вся вокруг лживое, показушное и спекулянтско-воровское.
У Курицына иначе: жизнь как жизнь, люди как люди. Одеты не в обноски, платье кримпленовое великолепное, со сложным абстрактным узором, фиолетовое, лиловое, лимонное, в Дом кино не стыдно. А у кого таких роскошных одежек нет, носят, что имеется, что в магазинах продают, и не особо заморачиваются. Умилилась одному воспоминанию: была такая фишка: рассчитывать биоритмы.
Часы у Жунева новые удивительные – не в том дело, что швейцарского производства, а в том, что показывают недавно открытые учеными биоритмы. Жунев всегда знает, какой у него день физиологического цикла, какой день эмоционального, какой интеллектуального. Говорит, правда, что ни хрена это знание не помогает.
Много знакомых, но полузабытых деталек: в буфете сосиски варят в кастрюле и подают с зеленым горошком, официантка водку продает навынос после установленного времени, помнится, еще и таксисты таким способом промышляли, в магазинах «Океан» торгуют пастой «Океан». Звонили из телефонов-автоматов за 2 копейки, в почтовых отделениях стояли междугородные автоматы за 15 копеек. Простое было время, незамысловатое, застойное.
Вот только квартирный вопрос жутко тревожил население. В ходе распутывания преступлений постоянно об него спотыкаешься. Из-за комнатки в коммуналке такая битва идет, Аустерлиц и Ватерлоо меркнут. У второстепенного персонажа помирает теща, причем в самую трудную минуту, когда ему выделяют жилплощадь. Теперь квадратных метров будет меньше. Выход находится, связанный со служебным положением новосела. Анекдотичный случай, но не удивлюсь, если ситуация окажется реальной.
Несмотря на то, что милиции помогали дружинники и добровольные помощники-мальчишки, и в эти времена совершали преступления. Гибнут пенсионерки: одна сражена кирпичом, вторая рельсом, третья куском асфальта. Четвертая и пятая чуть не пали от гири, но уцелели, только напугались. По ходу расследования много побочных линий и раскрываются преступления, не связанные с основным сюжетом, но тоже интересные: попытка отравления, хищения из музея, воровство наглядной агитации, спекуляция джинсами.
Главных героев – милиционеров – автор рисует с любовью, но и недостатки не упускает. Да, от рюмки редко отказываются, показания выжимают неэтично, над тайной исповеди глумятся. А уж как добиваются признания от главного злодея – устраивают такую фантасмагорию, что диву даешься.
Искрометная книга, полная живописного юмора, буду искать другие произведения Вячеслава Курицына. Но старушек все же очень жаль.
Книга прочитана в рамках осеннего детективного марафона канала «Библио Графия».