Работать в детском доме - та еще задачка. Дети, не видящие родительской любви, драки, истерики. Это все тяжело переносить, и, со временем, обрастаешь тяжелой броней, которую ничем не пробить. Но никакая броня не способна справиться с той болью, которую испытывают дети, которые возвращаются к нам назад.
Этот мальчик был как раз из таких. Его возвращали постоянно. Как игрушку швыряли туда-сюда, говоря про какие-то странности. Мы за ним ничего такого не замечали, обычный тихий ребенок. Слишком замкнутый, конечно, но как тут не замкнуться, когда ровесники сделали тебя козлом отпущения, а приемные родители снова и снова отказываются от тебя.
Но эти странности оказались не единственными в нем. Когда я решила начать свое небольшое расследование о его родословной, чтобы узнать, может причины в генах, что от него отказываются все подряд. Но о его родителях было не известно. Никто не знал, кто его мать и отец. В бумагах не было ни одного упоминания этих людей. И я стала спрашивать, как же так вышло.
Все только пожимали плечами. Сказали, что Ваню нашли шестилетним ребенком. Он растерянно брел по улице, а родителей рядом не было. Он не смог сказать ни где он живет, ни кто его родители. В объявлениях о пропаже детей его не было, на заявления о том, что найден ребенок, никто не отозвался. Так его к нам и определили. Тихий, самостоятельный мальчик. Сообразительный. И жутко милый. Как только будущие родители общаются с ним, сразу соглашаются усыновить. А потом что-то идет не так.
И вот, когда Ваню вернули в очередной раз, я решилась спросить у родителей, что же за причины такие. О какой мистике говорят все эти люди.
- Знаете, я наверное, буду звучать как сумасшедшая, но вы выслушайте меня, и все поймете, - женщина говорила с каким-то надрывом в голосе, будто пережила нечто ужасное. Ее муж же, наоборот, молчал.
Сначала все было хорошо. Ванечка замечательный ребенок. Он слегка отстраненный и нелюдимый, но это ничего. Приемные они почти все такие. Мы были готовы к этому, как и к тому, что он не сразу станет нам доверять. Тем более с такой тяжелой судьбой.
Но в первую же ночь, как мы его привезли домой, начали твориться странности. В окна стучала непонятная женщина, а Ваня плакал и просил ее впустить. Говорил, что мама за ним пришла. А мы живем на десятом этаже! Понимаете? Кто может стучать в окно на десятом этаже...
С рассветом все прекратилось. Мы даже начали думать, что нам все приснилось. Но Ваня утром был нахмуренный и постоянно говорил, что мы его маму не впустили. Я стала расспрашивать у него про родителей, но он молчал.
На следующую ночь все повторилось. И на другую. И так всю неделю. Мы с мужем пытались спать днем по очереди, но Ваня начинал истерить, стоило кому-то из нас отойти от него. И все кричал, бил кулаками стены. А по ночам снова женщина. Поймите, мы не сумасшедшие, такого не было у нас никогда. И так жить невозможно. Совершенно невозможно.
Я их выслушала и подумала, что мне нужно опросить других детей и прошлых приемных родителей. Все подтвердили, что к Ване ночью приходила "мама" и стучала в окна. Но дети быстро привыкли к этому и совсем не боялись ее. Но впустить ее не могли.
И тут меня посетила сумасшедшая мысль. Забрать Ваню к себе и проверить, что же за мистика вокруг него творится. Каким-то чудом я смогла оправдать повод, почему вдруг забираю ребенка к себе домой. Но мои разговоры о том, что хочу проверить, как он себя ведет в новой обстановке, кажется, подействовали. Ночью в окно моей спальни стала стучать женщина. Длинные спутанные волосы, белая грязная сорочка, длинные когти. То, что она стучит на восьмой этаж меня смутило еще сильнее, чем ее внешний вид. Я позвала Ваню и открыла окно.
В соседней квартире был грохот и громкий крик. Соседи подумали, что эта воспитательница из детского дома издевается над бедным мальчиком, которого взяла к себе домой. Вероятно, долгие годы работы с брошенными детьми дали о себе знать. Не долго думая, люди вызвали полицию.
Внутри квартиры все было залито кровью. Женщину будто разорвали на части и пропустили через мясорубку. Даже видавшим виды сотрудникам полиции поплохело от увиденного. Ребенка нигде не было. Все анализы подтвердили, что все останки принадлежали одному человеку - женщине, жившей там. Следов взлома не было. Только открытое окно и царапины на внешней стороне подоконника.
Делитесь своими историями в комментариях или на почту ya.yana-pryanishnikova@yandex.ru
А также не забывайте подписываться и делиться моими историями с друзьями.