Единственная моя претензия к фильму Леонида Гайдая «Не может быть!» - это то, что там всего три новеллы. Вот если бы четыре ... было бы лучше.
Даже сложно сказать, какая из трёх новелл более удачная, и залог успеха ещё и в том, что все три довольно близки к оригиналам Михаила Зощенко. Честно сказать, не помню, когда я впервые стал читать Зощенко, наверное лет в 12 (для меня это 1992 год) и к этому времени «Не может быть!» я знал уже почти наизусть. Вполне естественно, что появилось несколько вопросов к некоторым не очень понятным деталям - как ранней советской эпохи, так и вообще. Немного размышлений о второй и третье части фильма.
Что касается «Забавного происшествия» - Олег Даль - один из моих любимых актёров, и абсолютно попадает в роль излишне нервного и экзальтированного Барыгина-Амурского. А вот Светлана Крючкова - при моем глубочайшем уважении к этой актрисе, не очень соответствует роли легкомысленной любовницы. Скучающая советская барыня из «полуинтеллигенции» - да, похожа, но смог бы ей увлечься Барыгин-Амурский?
Ещё в юности я задумывался над тем, что законная супружница жалкого актёришки (Наталья Селезнева) будет куда интереснее, зачем от неё бегать? Вот только дети... наверное, от них Барыгин с его тонкой душевной организацией подустал.
Чуть-чуть смущает и завязка конфликта актера-любовника с соседом Сонечки (Михаил Кокшенов) - подумаешь, цветы купил «из под носа», стоило ли так озлобиться по пустяковой причине? Тогда как в рассказе, актер после ругани в трамвае плюнул в выходящего «соседа» - вот это уже не цветы, такое надолго запомнишь.
В юности меня озадачивали сильные отличия третьей новеллы от рассказа «Свадьба», поначалу я даже думал, что Леонид Гайдай сам «развернул» этот небольшой, в принципе, сюжет. Рассказ довольно простенький и короткий, там нет ни приятеля жениха, ни шикарных фраз папаши невесты, ни, собственно, бриллиантовых сцен о многочисленных детях Катерины - «мальчик и три девочки». Девочек, строго говоря, мы насчитываем только двух, но для Володьки такая разница уже несущественна. Впрочем, как выясняется, Завитушкин «вычислил» далеко не всё потомство свой избранницы:
- Не успел он сюда явиться, как ему уже насплетничали про моих детей!
- О, про всех?
- Ну, положим, не про всех...
Но вот как раз пьесы М.Н. Зощенко «Свадьба» - по которой и снята заключительная часть фильма, у нас в личной, семейной библиотеке и не было. Я о ней просто не знал.. А ведь здесь наиболее точная, почти филигранная экранизация - все знаменитые фразы, позже кучно ушедшие в народ, взяты из пьесы. Да, кстати, имя жениха Володька Завитушкин взято именно из рассказа, в пьесе его зовут Александр. И здесь есть один крохотный текстовый «прокол»:
- Вот эта, рыжая, моя невеста?
Но невеста - брюнетка, так что характеристика «рыжая» явно лишняя, затесавшаяся ненароком из оригинальной пьесы. И еще - финал пьесы открыт. Слова о разводе Володьки Завитушкина сразу после фееричной свадьбы взяты опять же из рассказа, иначе была бы нелогичная недосказанность.