Наши читатели уже знакомы с Домом Коммуны - любимым объектом экскурсантов, интересующихся такими темами, как "Смоленск мистический" или "Были и легенды старого Смоленска". Действительно, необычный дом оброс за время своего существования множеством преданий и "городских страшилок". Он был построен на участке, где находилось древнейшее монастырское кладбище, т.е. "на костях". Многие считают, что тем самым жутковатая судьба дома уже была предопределена. Попробуем разобраться, как же было на самом деле.
Приглашаем на экскурсии по Смоленску и Смоленщине!
На рубеже 20–30-х годов прошлого века осуществлялись попытки воплотить в жизнь теории "коллективизации быта", которые в конце 1930-х уже были признаны "левацкими извращениями". Но за этот период в Смоленске появилась такая своеобразная постройка, как «дом-коммуна». Это сооружение, возведенное в 1930–32 годах, стало первой смоленской высоткой.
Перед архитектором О. А. Вутке стояла задача:
Во-первых, в отличии от обычного массивного кирпичного строительства необходимо было использовать облегченные конструкции - с кирпичом, бетоном и деревом.
Во-вторых, проект должен был быть разработан на дом обобществленного типа. Скромные средства для постройки предопределили выбор в пользу т. н.
"переходного типа дома-коммуны", где дети жили бы вместе с родителями.
Все важные вопросы по обустройству дома согласовывались на собраниях пайщиков.
Первоначально заказчики проекта планировали получить обычный трехэтажный дом, т. е. "с жилыми ячейками, расположенными вдоль коридоров с односторонним использованием". Но архитектор предложил "в порядке опыта осуществить план иного, бескоридорного типа".
Отстаивая идею дома-башни, в пояснительной записке к проекту
О. А. Вутке писал:
«…Является столь же насущным произвести опыт в смысле выбора такого типа жилья, который содействовал бы обоществлению быта
и раскрепощению женщины.
Поэтому опытный дом спроектирован коммунального типа. При этом имелась в виду желательность избежать по возможности тех отрицательных моментов, которые до настоящего времени выявились в домах такого типа, построенных в Москве и других городах.
К этим отрицательным моментам относится, главным образом, гостиничный характер большинства этих домов. Этот характер, очевидно, зависит от системы планировки, когда выходя из комнаты или
квартиры попадаешь сразу в коридор, являющийся проходным для всех
обитателей дома и, кроме того, часто местом скопления людей и детских
игр».
15 марта 1930 г. башенный проект смоленского дома-коммуны
получил одобрение в Строительном комитете РСФСР, а 23 марта - в
Государственном научном экспериментальном институте гражданских, промышленных и инженерных сооружений Научно-технического управления ВСНХ.
В июне 1930 г. в газете «Рабочий путь»
была опубликована заметка о начале строительства дома:
В доме будут обобществленные сектора, а также предусмотрены при каждой жилой ячейке необходимые удобства. По проекту решено построить дом как опытно-показательный...
В каждом жилом этаже будет устроена гостиная общего пользования. При доме будет кухня общего пользования, столовая, детский сад, ясли и ряд других обобществленных комнат со всем необходимым оборудованием. Заселение дома будет предусмотрено всесторонне с тем, чтобы вселяющийся член товарищества соответствовал условиям дома-коммуны…
[Рабочий путь, 1930, 24 июня].
Однако строительство дома-коммуны шло с постоянно возникавшими
серьезными проблемами. Уже в феврале 1931 г. президиум Смоленского горсовета обсуждал вопрос о том, что "Постройка этого дома характеризуется отсутствием достаточно продуманного плана и не соответствует возможности его эксплуатации (недостаточный размер площади квартир (8 и 12 метров), не учтена возможность подачи воды на верхние этажи, невозможность техн. оборудования связи с верхними этажами и т. д.) – в условиях смоленских возможностей является ненужным строительством и требует специального расследования".
В центральных органах печати критика строительства смоленского дома-коммуны незамедлила появится.
«Смоленск счел необходимым увековечить себя восьмиэтажной громадой при наличии огромного количества свободной городской и пригородной земли и при отсутствии лифтов, дефицитных стройматериалов,
пожираемых такими громадами в огромных количествах»
апрель 1931 г., журнал «Культура и быт»
Однако в проекте постановления 11 января 1932 г. заседания президиума облисполкома, несмотря на признаные нарушения сроков строительства, перерасход средств и трудности с финансированием, было решено «Строительство дома-башни как объекта опытно-показательного с точки зрения применения новых облегченных конструкций и перехода к обобществленному быту признать целесообразным»; и к июлю 1932 года постройка дома-коммуны в целом была завершена. Окончательно дом был сдан в эксплуатацию в 1933 г.
Осенью 1933 г. новосёлы с нетерпением ждали начала отопительного сезона, которое планировалось с 15 октября, «так как холод и сырость нового помещения давали себя чувствовать».
Однако «только 19 октября была проведена первая пробная топка, которая дала скверные результаты. Трубы в нижнем этаже оказались неисправными, и поэтому отапливать здание в дальнейшем оказалось невозможным».
- Дальнейшую историю мистического дома читайте в заметке Были и легенды "дома-призрака".